Головокрады - Василий Кораблев

— Там теперь матушка Карина живёт. Сожительница бога Фимы. И меня они звали сожительствовать. Мерзавцы!

— Ага.

Валерий Васильевич прошептал над кувшином, а потом резко отломил у него край горлышка. У Софьи округлились глаза. Из кувшина вырвалось нечто серое и мохнатое, похожее на котёнка, и шмыгнуло под дверь.

— Это вы что сейчас сделали? — поражённо спросила она.

— Барабашку заселил, — объяснил Валерий. — Он новым жильцам устроит сладкую жизнь. Будет вещи портить, еду, веселить соседей по ночам.

— Барабашку?

— Ага, хороший барабаха. Выдержанный. Пять лет бездельничал. Ух он оторвётся теперь! Можно, конечно, и кикимору было бы подбросить, но конец года. Карма, опять же. Кикиморы любят членовредительством заниматься, наносить увечья малой и средней тяжести. Её мы оставим на крайний случай, — задумчиво отвечал он.

Валерий убрал кувшин обратно в рюкзак.

— Теперь можно вернуться в машину и ехать на обед. После обеда вы позвоните в секту и попроситесь назад.

— Что? Но зачем? Вы хоть знаете, что там за люди? — испугалась Софья.

— Вы позвоните и попроситесь назад, — упрямо ответил Валерий. — В качестве извинений предложите меня и Дениса как новых кандидатов. Скажете, что вам было видение или чего там ещё? Что бог Фима открыл вам глаза на истину, и вы жаждете вернуться. И что у новых кандидатов очень много денег. Зуб даю: они клюнут и согласятся.

*****

Бог Фима давал представление в старом актовом зале городской художественной школы. Прохаживался по сцене и вещал в микрофон о времени как явлении. В зале яблоку негде было упасть. Собралось человек двести. Сидевшие на последнем ряду Валерий Васильевич и Денис восхищённо слушали его проповедь.

— Время — это две точки не связанного между собой пространства, — говорил Фима. — Вы думаете, что стареете, но это совсем не так. Это лишь ложные восприятия вашего опыта. Я, достигший совершенства и ставший равным богу, всего за несколько лекций научу вас, как жить вечно, правильно, используя время…

— Какой человек! — качал головой Валерий. — А я и не задумывался раньше, что так бессмысленно живу.

— Это что! Походите подольше, и Фима научит вас летать, — сообщил ему старичок, сидевший справа. — Вот я уже почти научился. Нужно всего лишь исключить из рациона два продукта…

Валерий посмотрел на него и подумал, что, перестав употреблять мясо и молоко, дед на старости лет действительно скоро научится летать. При помощи ветра. Но вслух ответил:

— Я очень люблю господина Пыже, то есть Фиму.

— А я его — ещё больше ку! — поддакнул Денис.

Дед посмотрел на них как на идиотов и замолчал. Фима на сцене распалялся всё сильнее. Его таланту действительно можно было позавидовать. Так говорить и рассказывать, постепенно овладевая умами публики, мог не всякий. Фима был не всяким.

Его заместитель по административным вопросам Святослав Пантелеймонович, длинный худой человек с узким унылым лицом, поведал товарищам, что Фима с пяти лет начал подозревать в себе великие силы. В двенадцать лет он уже окончил среднюю школу и поступил в МГУ сразу на третий курс. А в восемнадцать достиг состояния бога, но человечество не приняло его наставлений, а государство так и вовсе решило отправить в армию. Но Фима успешно доказал призывной комиссии, что боги служить не должны. Это им все служат. За это он был награждён пятилетней путёвкой в санаторий закрытого типа, что новому богу пошло только на пользу. Употребляя лекарства и ведя аскетический образ жизни, он возмужал и окреп. И написал несколько десятков уникальных трудов, признанных во всём мире.

Пантелеймонович заставил их купить все книги, которые сочинил Фима. Это было обязательным условием для кандидатов. Валерий скрипел зубами, но заплатил и теперь время от времени огорчённо ощупывал похудевший бумажник. Впрочем, проповедь того стоила.

С обучения контролю временем Фима неистово перекинулся на современное общество. Он клеймил позором распущенность и видеоигры, призывал начинать работать с молодёжью с самого раннего возраста:

— Все эти школы не доведут ваших детей ни до чего хорошего. А обучаться состоянию бога нужно с младых ногтей, как делал это я, постигая необходимые базовые знания самостоятельно. Все учителя — проходимцы и пропагандисты! В учебниках физики нет ни одного закона, подтверждённого практикой. Учёные до сих пор не могут объяснить проблему электричества. Вот вы! И вы! Вы знаете, откуда берётся электричество?

— Из розеток! — крикнул было Валерий Васильевич, но на него строго шикнули.

Фиму было не остановить. Он разливался соловьём и чирикал по-воробьиному. В конце первого часа проповеди внимание зала начало ослабевать, и тогда по рядам пошли девушки в платочках с водой для желающих освежиться. Софья разносила воду в последнем ряду. Возле товарищей она остановилась и шепнула, протягивая им бутылочки:

— Возьмите. Только не пейте, пожалуйста. В воде наркотики.

— Ага, щас! — пробурчал Валерий Васильевич. — Я столько денег за макулатуру отдал. Я эту воду не только выпью, но ещё и с собой возьму.

— С собой не дают, родимый, — пожаловалась ему какая-то бабка. — А жаль. У меня с этой водички и ревматизм враз проходит. И голова не кружится. Как птичка, потом целый день летаю. Каждый день бы пила, но в меру, говорят, надо пить. А вода эта целебная. Фима с тайного родника, что сам открыл, привозит. Через хороших людей.

— Да. Верно. Пейте водичку, внучки. Она целебная, — закивали, подтверждая её соседки. — От ста болезней!

Они сделали по глотку. Денис прищурился и выдал вердикт:

— Амфетамины.

— Ага, — Валерий Васильевич снова попробовал, — и не из дешёвых. Значит, у него где-то подпольная лаборатория. А то с таким подходом к бизнесу он бы давно разорился. Ничего, доберёмся мы до этого источника.

Потихоньку волшебная вода начинала действовать на слушателей. На помощь Фиме приходили другие сектанты. Они подстрекали людей браться за руки и петь хором. Ощущение эйфории охватывало зал. Фима, надев шкуру медведя, скакал на сцене и рассказывал про эволюцию человека. И как он силой мысли убил медведя и съел его, скитаясь по сибирским лесам в поисках истины. Люди настолько верили ему, что вставали и аплодировали стоя.

— Славься, Фима! — кричали особенно рьяные, впавшие в транс.

— И помните, чада мои. Истина вокруг! Истина где-то рядом! — прокричал бог под конец проповеди, после чего успокоился и