Головокрады - Василий Кораблев

— Нет, — помотал головой мальчик, — хочу пылесос «Кирби» для мамы. Я у дяди продавца тогда насадку купил. На пылесос нам денег не хватило.

— Чего-чего? — переспросил Валерий Васильевич и помрачнел. Ему вдруг всё стало ясно.

— Ладно, Ванёк. Я тебе под Новый год самый лучший пылесос подарю. Слово Деда Мороза! — пообещал он. — А мне пока надо откланяться.

— Слушайте, но если вы можете сделать человека одержимым, то почему вы сразу не заколдовали Фиму и не заставили его отдать нам квартиру? — спросила Софья.

— А как же совесть? Я должен был воззвать к его совести, — ответил Валерий с некоторой грустью. — Понимаете, наши шутки с этой одержимостью не так просты, как могут показаться на первый взгляд. Да, мы могли бы внаглую прийти к нему и всё отобрать сразу, и он бы нам всё безропотно отдал. Он бы сам не понял, почему. Но сейчас конец года, и мы должны придерживаться некоторых условностей. Может быть, нам это зачтётся, а может, и нет — мы сами не очень в курсе. Всего хорошего.

*****

Софья точно помнила, что приехала с Фимой и матушкой Кариной в Фимину загородную резиденцию. Хорошая такая резиденция — трёхэтажная, с бассейном и баней, построенная на деньги его последователей. Она отчётливо помнила, как матушка Карина, противно ухмыляясь, отправила её в баню мыться первой. И сказала, что после бани они её будут ждать. Софья назло им мылась и парилась в бане так долго, как только смогла. В баню никто не приходил. Наконец она не выдержала. Надев в предбаннике самый тёплый банный халат и вооружившись кочергой, она открыла входную дверь и удивлённо заморгала.

— С лёгким паром! Давайте внутрь. Не май месяц, — поприветствовал её Денис, помогая забраться в салон микроавтобуса.

— Чего? А как так? Я же в бане была? — хлопала глазами Софья.

— А ну, детишки? C лёгким паром, Софья Павловна! — крикнул с водительского места Валерий.

— С лёгким паром! — раздался хор детских голосов.

Софья пригляделась. В салоне была целая куча ребятишек разного возраста, мальчиков и девочек, и её сын среди них. Дети были заняты. Ели конфеты из большой сумки в центре салона и кидали назад фантики.

— А вы? А чё? А как? — Софью заело.

— Заехали, забрали детей из чудо-школы. Там случился небольшой инцидент. Учителя, Фёдоров и Симаков, приняли Валерия Васильевича за представителя нечистой силы и открыли по нему огонь из незарегистрированного огнестрельного оружия, — объяснил Денис — Хорошо, что я заблаговременно вызвал скорую помощь.

— Больше всего смеялись врачи скорой помощи, — усмехнулся Валерий. — Стрелки от бога, нечего сказать. Чудо-школа, к сожалению, сгорела.

— Почему?

— Да ничего страшного. Детей мы вывезли. Раненым оказана помощь, — успокоил её Денис.

— Но я же была у Фимы в загородном доме. В бане. Как я оказалась тут?

— Чудеса! — отозвался Валерий. — Ну-ка, дети, споём хором!

И он запел:

— Кабы не было чертей в городах и сёлах,

Никогда б не знали мы этих дней весёлых,

Не играла б малышня возле мёртвой бабы,

Не стекала б с ёлки кровь.

Кабы. Кабы… Кабы!

— А ну прекратите! — потребовала Софья. — Куда мы едем?

— По домам детишек развезём. И родителям объясним, что школа временно не работает. Закрылась на ремонт, — сообщил Валерий.

— А Фима?

— Вот за это не переживайте. Уверяю, завтра ему будет не до вас. И нет его больше в загородном доме. Там одна Карина со страху верещит, — хмыкнул Денис.

*****

Фима точно помнил, что отправил Софью в баню. Выждав некоторое время, он решил к ней присоединиться. Забежал в баню, разделся догола и заблудился в клубах пара.

— Софочка, где же вы? — звал Фима.

— Тут я! Поймай меня, шалун! — отзывалась откуда-то из глубины чаровница.

Фима бегал в клубах пара с вытянутыми руками, но она всё ускользала от него.

— Софочка! Я же виагру съел! Не томи! — стонал Фима, пытаясь изловить неуловимый силуэт.

— Сюда! Сюда иди! — звала его Софья.

Фима наконец нашарил вожделенную красавицу и принялся её обнимать.

— Сколько же я терпел! Отдайся мне, Софья! — шептал он.

Пар потихоньку рассеивался.

— Караул! Караул! Насилуют! — завопила вдруг Софья не своим голосом.

Фима в ужасе раскрыл глаза. Вместо сочной красотки он обнимал голую старушку, вырывающуюся из его окоченевших рук.

— Бабоньки! Да как он тут оказался? Злодей! И хозяйство на нас растопырил? Бей его!

Фима оглянулся и выпустил старушку. Он оказался в городской бане. Со всех сторон к нему подбирались свирепые голые женщины, вооружённые тазиками и ковшами. Над головой, свистнув, пролетел брусок мыла.

*****

— Что же вы так, Ефим Христофорович, хулиганите? — строго спрашивал Фиму очень серьёзный человек из очень серьёзной службы. — Напали на женщин в городской бане. На вас десять заявлений об изнасиловании.

— Да вы что, во всё это верите? Это нелепая ошибка! — оправдывался Фима.

— Особенно в конце года, — продолжал серьёзный человек. — Нам сейчас очень не нужно, чтобы вы вот так выделялись. Ну обнюхались, с кем не бывает, но в баню-то зачем? Дурной славы хотите?

— Я всё осознал. Больше этого не повторится, — смиренно кивнул Фима.

— Хорошо. Не забывайте, пожалуйста, о том, кто вас защищает, и не забывайте, что завтра вам предстоит кое-что нам принести, — напомнил ему серьёзный человек с серьёзным лицом. — Вы и так создали нездоровую шумиху.

— Спасибо. Можно я уже пойду? — попросил Фима.

— Идите, — серьёзно кивнул серьёзный человек. — Только заберите ваши рисунки.

И он швырнул к Фиминым ногам его картины. Тот испуганно отпрянул.

— На самом видном месте, в кабинете мэра. А ведь мэр не в курсе, чем вы это рисуете, Фима, — добавил серьёзный человек самым серьёзным голосом.

*****

Пантелеймонович с испугом поглядывал на бога Фиму. Тот выглядел ужасно. Переднего зуба не хватало. Под глазом набух фингал. Кто-то выдрал ему из волос солидный клок и поцарапал лицо. В офисе секты сегодня царило нездоровое оживление. Фима бегал по офису и требовал, чтобы ближайшее окружение готовило деньги.

Открывшая сейф с деньгами матушка Альбина внезапно увидела внутри голову своей бабки. Голова открыла глаза и, увидев Альбину,