Головокрады - Василий Кораблев

— Знаете, мне с сыном сейчас не до шуток, — ответила Софья. — Валите отсюда, клоуны вокзальные. Денег у нас нет, и взять с нас нечего.

— Понял! — Валерий присел рядом с ней на скамейку. — Извините нас. Мы просто не так начали знакомство. Мы с товарищем, конечно, не из секты. Мы представляем интересы вашей покойной матушки, а значит, теперь и ваши. Сектанты обманом заставили подписать вас документы на квартиру, после чего выжили вас из неё. Мы должны восстановить справедливость и вернуть вам утраченную жилплощадь.

— А вы действительно клоун, — горько ответила Софья. — В полиции мне сказали…

— Да нам пофиг на законы и на то, что они вам сказали, — не дал договорить ей Валерий. — Мы своих придерживаемся. Ваша мама заплатила нам за работу, и мы связаны договором. Софья Павловна, мы можем провернуть дело и без вас, но не сидеть же вам тут, на вокзале, в антисанитарных условиях всё то время, пока мы будем трудиться над исполнением договора? Может, проедем в номера?

— Никуда я с вами не поеду! Вы псих! — отрезала Софья.

— Мама, а что это за дяди? — заинтересовался ребёнок.

— Дяди уже уходят. Это плохие дяди, — успокоила она сына и повернулась к Валерию. — Ну что вы нас мучаете? Зачем? Что вам ещё отдать? Последние вещи? Нате! Забирайте!

Она пнула ногой сумку.

— М-да. Тяжело с женщинами работать, — вздохнул Валерий. — То они на слово готовы поверить любому проходимцу, то смотрят волком на руку, протягивающую им помощь, и требуют документы с подписью президента. А как быть нам? Хорошо. Начнём ещё раз. Ваша мама, Серафима Леопольдовна...

— Моя мама умерла шесть дней назад. Ни про какие договоры о возврате квартиры она мне не сообщала! — перебила его Софья.

— Да. Но потом она заявилась ко мне и начала просить за вас, и мы с ней заключили договор, — кивнул Валерий.

— Когда она к вам заявилась?

— После смерти, естественно. Ой, ну не делайте такие глаза. У нас с товарищем такая работа. Работаем с потусторонним миром. Иногда и с призраками, когда от них польза есть.

— Уходите! — потребовала Софья.

Валерий помолчал, поморщился, прикидывая про себя, как лучше достучаться до измученной женщины. Потом посмотрел на молчащего Дениса. Тот согласно кивнул. Валерий начал:

— По роду своей деятельности мы видим призраков постоянно. У каждого человека, если присмотреться, за спиной стоят его умершие родственники. Они оберегают живых от неправильных поступков, пытаются помочь, когда есть такая возможность, подталкивают под руку. И они очень болтливы. Всё рассказывают. Хотите, про вас расскажу такое, что никто не знает?

— Не хочу.

— А я всё же расскажу. До шестого класса вас дразнили одноклассники. Сонька-заика было вашим прозвищем. И только добрая женщина, логопед, долго занимавшаяся с вами по просьбе вашей матери, Мария Фёдоровна Костомарова, помогла вам. А ещё вы любили грызть ручки, и язык у вас был синий от чернил. Первый мальчик, с которым вы поцеловались в девятом классе, Антон, до сих пор помнит ваш синий язычок. Хотя он уже давно женат на другой и счастлив в браке. Вам двадцать семь лет. Замуж вы так и не вышли, потому что на третьем курсе института встретили мужчину своей мечты. Космонавта Витю. Вы так сыну и рассказываете, что папка его — космонавт. А этому космонавту ещё год летать. По двести двадцать восьмой статье. Мне продолжать?

— Вы кто? — побледнела Софья.

— Я уже вам объяснил, — вздохнул Валерий и извлёк из кармана куртки бумажник. — Давайте будем это считать новогодним чудом и не вдаваться в подробности. Я знаю, что вы нам не доверяете и не поедете с нами, поэтому сейчас я дам вам денег, снимите номер в гостинице. На неделю. Вы вызовете такси, возьмёте вашего сына, вещи и поедете туда приводить себя в порядок. Ваш номер телефона нам не нужен, мы и так его знаем. Утром мы навестим вас и составим план действий по возврату вашей квартиры.

Он протянул ей купюры:

— Берите. Утро вечера мудренее.

*****

Утром они завалились в гостиницу, предварительно закупившись кое-какими продуктами.

— Я так понимаю, нормально вы уже несколько дней не питались, поэтому возьмите. Тут лёгкий перекус. Хлеб, колбаса, соки, шоколад, йогурты для Вани, — Денис протянул Софье пакет.

— Ой, спасибо большое! Вы столько набрали, я даже не знаю, как вас отблагодарить! — Софья рассыпалась в благодарностях.

Кажется, за ночь она действительно пришла в себя после стольких потрясений. А после душа выглядела очень даже мило. Валерий хмыкнул, глядя, как Ваня потрошит пакет в поисках шоколадок, после чего обратился с просьбой:

— Сейчас вы поешьте немного, а потом спускайтесь вниз. Мы поедем на вашу квартиру. Потом пообедаем в более приличной обстановке. Квартиру же ещё не продали?

— Вроде бы нет, — задумалась Софья. — Но вы же хотели составить план?

— План для укурков. Профессионалы должны придумывать на ходу, — махнул рукой Валерий Васильевич. — Ждём вас на улице.

— А вы адрес же не знаете, — спохватилась Софья, когда все расселись по местам.

— Знаем. Тимирязева, сорок четыре. Второй подъезд, — ответил Валерий Васильевич, занявший водительское место.

— Третий этаж, — подсказал Денис, сидевший рядом с Ваней.

— На двери нацарапано: «Мама и Буся». В нижнем правом углу, — добавил Валерий, поворачивая ключ зажигания.

— Ваня ключом нацарапал, — наябедничал Денис.

— Это не я! Это Женька с пятого! Меня там вообще не было! — возмутился мальчик. — А откуда вы знаете?

— Эти дяди всё про тебя знают. А я ещё тебе всыплю за испорченную дверь. Врёт и не краснеет! — возмутилась Софья. — В кого только такой?

«В папу-космонавта», — подумал Валерий Васильевич, но вслух говорить, конечно, не стал.

Подъехав к дому, Валерий попросил Дениса посидеть с ребёнком. Вытащил из-под сиденья рюкзак, и вместе с Софьей они поднялись на третий этаж к той самой двери.

— Замки они уже поменяли, — пожаловалась она, разглядывая дверь.

— Неважно. Внутрь мы не пойдём, — успокоил её Валерий. — Вы пока отойдите подальше. Мне одну операцию совершить надо.

Он снял с плеча рюкзак и достал из него глиняный кувшин.

Из дальнего угла лестничной площадки, наблюдая