Коллекционер - Александр Варго

лет, они c семьей поехали встречать Новый год в Ярославль, на дачу к каким-то знакомым. К слову, там же была и родня Носа. Утром, когда почти все еще спали, Максим вышел на улицу и решил пойти к пруду, который находился в двух шагах от дома. Едва он спустился по крутому склону, как тонкий лед под ногами треснул и Максим тут же ушел c головой под воду. На счастье, в то же время на улицу вышел хозяин дома, чтобы покормить собаку. Он услышал странный плеск и кинулся к пруду, где буквально за волосы вытащил оцепеневшего от ужаса Максима. Все произошло мгновенно: и падение в воду, и чудесное спасение (вода даже не успела попасть в легкие), — но жуткие ощущения Максим запомнил на всю жизнь. Обжигающая холодом вода, резкое сокращение мышц, нехватка воздуха и ледяной озноб, когда его, словно мяукающего котенка, вытащили наружу…

Эти ощущения вернулись к нему все одновременно, когда он разлепил тяжелые веки, вынырнув из бессознательного состояния. Хватая ртом воздух, Максим сел, все его тело сотрясала мелкая дрожь, как если бы по нему все еще проходил электрический ток, глаза слезились. Шею, куда пришелся удар шокера, жгло и саднило так, что любое прикосновение к ней вызывало мучительную боль.

Ноздри уловили спертый запах давно не проветриваемого помещения, и Максим скривился. Единственным источником скудного света была одинокая лампа, свисающая c потолка. Наконец блуждающий взор Долина сфокусировался на странных перекрещивающихся черных прутьях, они маячили у него прямо перед глазами. Казалось, что на сетчатке глаз появились хирургические швы: все вокруг было фрагментарным, каким-то ненастоящим.

Моргнув, Максим нерешительно вытянул руки вперед, обхватив пальцами прутья. Они были гладкими и прохладными.

«Решетка, — вяло шевельнулось в голове. — Я в клетке».

Долин попытался встать на ноги, но тут же ударился макушкой о верхнюю стенку своей новой тюрьмы. Выругался, облизав губы, сухие, как крупный наждак.

— Эй, — хрипло позвал он, вцепившись в прутья. — Эй, есть там кто?!

Максим предпринял попытку раскачать клетку, но его усилия не увенчались успехом — сваренная из стальных прутьев коробка даже не шелохнулась. Судя по всему, она была намертво привинчена к полу, выстланному рулонным покрытием из резиновой крошки. Максим увидел дверцу, в петлях которой болтался громадный замок, и сглотнул. Похоже, ситуация намного хуже, чем он может себе представить.

«Осмотрись вокруг, дуралей».

Максим вздрогнул. Знакомый до тошноты голос возник словно из ниоткуда.

— Где ты был, урод? — тихо спросил он, оглядываясь по сторонам. Рядом c клеткой располагался невысокий пластиковый столик c лежащим на нем ноутбуком. Еще дальше, у самой стены, виднелся грубо сколоченный стул, на котором кто-то сидел, но из-за слезящихся глаз и тусклого освещения Максим не сразу смог разобрать, кто именно. Он прильнул к решетке, внимательно вглядываясь в неподвижную фигуру. Толстые слоноподобные ноги были обнажены и раздвинуты в стороны, рыхлый живот выпячен вперед, голова безвольно опущена… Темные волосы закрывали лицо человека, но Максим, смахнув влагу c глаз и так его узнал. Точнее, ее. Потому что это, несомненно, была Ольга. Его бывшая супруга была без сознания (а может, и мертва), а ее конечности были пристегнуты ремнями к стулу. На ней была ночная рубашка c изображением зайчат, влюбленно глядящих друг на друга.

Максим устало опустился на пол. Да, он помнил эту ночнушку, она была у бывшей жены одной из любимых.

Он вновь обратился к голосу:

— Где ты пропадал все это время?

«У меня были дела, — ответил тот. — Могу я быть занят?»

Взор Долина остановился на пластиковом ведре c крышкой, валявшемся в углу клетки, и он раздраженно пнул его.

«Это твой туалет, — известил голос. — Раз есть туалет, значит, будет и еда».

— Думаешь, мне от этого легче? — буркнул Максим. К слову, точно такое же ведро стояло под стулом, на котором развалилась Ольга.

Он еще раз огляделся. В отличие от пола, стены комнаты были отделаны странным покрытием, напоминавшим ковролин.

«Для шумоизоляции», — догадался Максим.

Потолок был обшит широкими досками. Кроме клетки, столика c ноутбуком и стула, на котором застыла Ольга, в комнате больше ничего не было. Хорошо хоть имелась дверь, она была хорошо видна из клетки. Значит, отсюда все-таки можно выбраться…

Максим еще раз взглянул на бывшую жену и тут же подскочил как ужаленный.

Дети! Как он мог забыть об этом?!

Проведя рукой по редеющим волосам, Долин мысленно вернулся к последним событиям, которые перед отключкой зафиксировала его память. Этот жуткий мужик, вырубивший его c помощью электрошокера, как там его… Лев Владиславович? Вот тебе и адвокат… Оборотень, мать его.

Что этому сумасшедшему нужно от Максима? И кто вообще этот холеный, но крепкий тип в белом как снег костюме? Раз этот Лев приехал в СИЗО, участвовал в допросе, представляя его интересы, значит, он действительно адвокат!

Долин вспомнил, что Лев интересовался кражей коллекции Павла, а также смертью его семьи. Может, это друг Шибаевых? Решил отомстить? Но как он вышел на Максима? Если это до сих пор не удалось следствию?!

«Его могли нанять, — предположил голос. — Может, он только для виду притворяется адвокатом, а на самом деле сыщик».

Вероятно. Но… ведь Павел мертв. И кому теперь будет отчитываться этот «мститель»?

Максим вновь прильнул к решетке, глядя на неподвижное тело Ольги, и в какой-то момент ощутил укол совести. Какие бы у них ни были отношения и какой бы стервой ни была его бывшая жена, она этого явно не заслужила. И всему виной он.

— Оля! — позвал Долин. — Оля, очнись!

Его крики не возымели действия, женщина даже не шелохнулась.

«Может, она действительно мертва?» — c нарастающей паникой подумал Максим. Он снова открыл рот, но имя бывшей супруги застряло в глотке: снаружи послышалась возня, и спустя мгновение в помещение вошел Лев. На этот раз костюм на адвокате был черного цвета. Его лицо было сосредоточенным и слегка утомленным, длинные волосы аккуратно забраны в «хвост».

— Уже пришли в себя? — поинтересовался он, глянув на Максима. — Полагаю, у вас немного болят мышцы, но это нормально после удара шокером. Не волнуйтесь, скоро пройдет.

— Спасибо, — процедил Долин, не сводя c адвоката ненавидящего взгляда. — Смотрю, вы костюмчик сменили. Что, праздник закончился?

Лев усмехнулся, сложив руки перед собой.

— Вы совершенно правы, Максим. Праздник завершен. Вы в клетке, моя цель — во всяком случае, промежуточная — достигнута. Эйфория прошла, начинаются рутинные будни.

Закончив, он перевел взор на Ольгу и, вытащив из кармана крошечный пузырек, двинулся к ней.

— Что ты собираешься делать? — c тревогой спросил Максим.

— Привести в чувство даму. Только