Ведьма - Мила Романова

– Да, я знаю, что там было. А сейчас что происходит? – девушка вдруг вспомнила свой сон, и слова вещей птицы, что это не прошлое, но будущее.

– А сейчас вокруг этой разрушенной станции опять начались танцы с бубнами. Там же военные действия идут. И соответственно угрозы посыпались, что бомбу туда бросят, то ли грязную, то ли тактический ядерный заряд подорвут. А ведь саркофаг, который построили тридцать лет назад, после аварии на четвертом энергоблоке уже и так порядочно поизносился. Если бомба взорвется даже просто поблизости, беды не избежать. Будет равносильно ядерной войне. Это я тебе как бывший военный говорю, служил когда-то в РВСН

4

.

– Да, новость так себе, – Арина почувствовала, как ладони становятся мокрыми. В памяти всплыли фрагменты её неотступного сна и самые яркие переживания. Неужели это и, правда, будущее? Неужели люди настолько беспечны и забывчивы, что позволят случиться непоправимому? Ведь сколько ошибок уже наворочено в прошлом, чему-то же они должны были научить.

Российскую границу прошли быстро. Девушка таможенница посмотрела её паспорт и спросила о цели поездки. Услышав ответ, хмыкнула, но ничего комментировать не стала. А вот на эстонской границе пограничник рассматривал и листал документы долго. Арина терпеливо ждала. Она никак не могла отделаться от странного и неприятного ощущения надвигающейся беды, которое возникло у неё, когда Артур прочитал новость о Чернобыле.

«Неужели это правда?» – продолжала размышлять девушка. – «Неужели нет никого, кто сможет остановить это безумие?».

Вспоминалось всё, что приходило ей ранее во снах. И цинковые гробы, и вязкая масса бетона, и большая братская могила.

– Цель поездки, – вдруг услышала она далекий голос работника пограничной службы.

– Обучение, – ответила коротко.

– А что, в России учиться негде? – съязвил он.

– Есть где учиться, – произнесла машинально.

– Так почему же решили уехать? – продолжил он расспрос, по-прежнему внимательно рассматривая документы.

Девушка хотела ответить, но вдруг перед её глазами появился густой туман, сквозь который, как в окне, она увидела дорогу. Большое асфальтовое шоссе и множество разного транспорта, едущего на огромной скорости.

Маленькая серая машина пошла на обгон торговой фуры, а дальше был отчетливо слышен визг тормозов, удар и человеческий крик.

– Сын! Ваш сын! – довольно громко сказала она, глядя прямо в глаза пограничнику.

– При чём тут мой сын? – его взгляд стал жёстким и непроницаемым.

– Ему нужна Ваша помощь! Срочно! – девушка не могла остановиться.

Какая-то часть её сознания понимала, что продолжать нельзя, это может плохо закончится, но и прекратить была совершенно не готова. Слова сами рвалась изнутри, продирались в горло, заставляли её говорить.

– Пожалуйста! Позвоните ему! Прямо сейчас! Пожалуйста!

Пограничник замер лишь мгновение. Затем, не говоря больше ни слова, поставил печать в паспорте и протянул в окошко:

– Проходите!

Девушка секунду стояла как оглушённая, взяла документы и отошла в сторону. Боковым зрением заметила, что пограничник встал и вышел из своей будки, а его место занял другой сотрудник.

Туман перед её глазами постепенно рассеивался, «окно» стало шире, стало возможным увидеть машину скорой помощи и человека, лежащего на носилках.

«Жив. Слава Богу, жив» – подумала с облегчением.

Сил стоять больше не было, и Арина устало опустилась на лавочку, которая находилась тут же. Она понимала, что её слова слышали и другие пассажиры автобуса, чувствовала на себе их взгляды. В основном это было любопытство, смешанное со страхом. Ведь и правда, откуда она узнала? Объяснить произошедшее девушка не смогла бы и сама себе, а другим и подавно. Что откуда берётся?

Голова кружилась, Арина закрыла глаза и открыла их только, когда услышала голос водителя, приглашающего опять занять места в автобусе. Встала и, не поднимая глаз, пошла в направлении транспорта. Проходя по коридору, почувствовала прикосновение к своему плечу и оглянулась. Рядом стоял тот самый пограничник, который недавно проверял её документы.

– Давайте отойдем, – тихо попросил он.

«Сейчас скажет, что мне выезжать нельзя» – только и успела подумать. Но нет. Пограничник теперь смотрел на неё совсем по-другому. И Арина поняла, что ничто человеческое ему не чуждо.

– Откуда? Откуда Вы узнали? – тихо шептал, заглядывая в глаза собеседницы.

– Что узнала? – не поняла девушка.

– То, что у меня есть сын. И то, что он попал в аварию.

– Я не знаю. Просто увидела и всё.

– Как это, «просто увидела»? – пограничник прищурился и повысил тон, его взгляд стал едким и колючим. – Может ты русская шпионка? – резко перешел на «ты».

– Нет. Я не шпионка, – устало и едва слышно ответила девушка. – Я – ведьма. Я могу видеть на расстоянии, могу видеть будущее. Многое могу.

Слова снова вылетали из её горла сами по себе. Какая-то часть сознания упрямо сопротивлялась и сигнализировала об опасности, но завершить разговор на полуслове Арина не могла, как ни старалась.

– А если я тебя не пропущу? Заставлю вернуться? – его тон стал ещё жёстче.

– А смысл? – пожала плечами. – Пропустите. Вы меня уже пропустили. И ещё. Сын ваш будет жить. Ему уже ничего особо не угрожает. Пара неглубоких царапин, ушибов, плюс сотрясение мозга. Максиму недели через полторы будет в полном порядке.

– Уверена? – излишняя прыть пограничника как-то разом сдулась, его голос стал тише. Девушка уловила в нём знакомые нотки чисто человеческой надежды.

– Да. Уверена.

Пограничник посмотрел на неё в упор, а потом вдруг развернулся и быстрым шагом направился внутрь служебного помещения.

Порыв свежего ветра сыпанул мелкой взвесью дождя, бросил ещё не холодную влагу в лицо, бодрил, как мог. Арина почувствовала себя легче.

– Занимаем свои места в салоне – снова повторил голос водителя.

Хотела идти к автобусу, но ноги отказались слушаться.

«Нейтральная полоса. Грань. Вот я сейчас стою на этой грани и ничего не могу понять. Откуда что взялось? Зачем? Быть преемницей я отказалась. Но события, никак не связанные со мной, происходящие кто знает где – увидеть смогла. Как? Почему сказала пограничнику, что я ведьма? Ведь это неправда. Моя мама – ведьма. Моя мама – Хранительница. Не я. А кто я?».

Движима невольным чувством, подняла взгляд в небо и увидела знакомую птицу. Та зависла прямо над её головой, почти касаясь низкого небосвода, и какое-то время казалась совершенно неподвижной. Несмотря на приличную облачность, в прореху туч пробился солнечный лучик и коснулся небесного странника.

«Сокол! Это же сокол!» – мелькнула догадка, на душе стало теплее.

Дождь усиливался. Холодные капли больно били по лицу, а, непонятно откуда взявшаяся в западной части неба, серая туча, нещадно закрывала сине-розовый простор.

Птица взмахнула огромными крыльями прямо над нейтральной полосой, развернулась и стремительно полетела обратно. В Россию.

«Матушка