Узы Геркулеса - Жасмин Мас

«ВТОРОЙ РАУНД НАЧИНАЕТСЯ!» — проревел Зевс.

Никто не кричал.

Ворота снова поднялись — вышел мужчина — его руки были связаны впереди него, тяжелые цепи тянулись за ним по песку.

На нем была короткая черная спортивная тога, а из его лысой головы выступала алая змея.

Раздался коллективный вздох, и мой желудок опустился.

Хтонические лидеры все вскочили на ноги.

«Ты бесчестишь священные пески Кроноса!» — зарычал Аид, указывая на Зевса, который спокойно стоял на своем подиуме, держа скипетр.

Я не заметила, что Эрмоса не было в нашей секции.

Он был связан, внизу на песке, идя к Агате.

Она была его партнером.

Его… любовницей?

Я не была уверена, какими были их отношения, но они были партнерами, и было очевидно, что они очень близки.

На секунду чудовищное обличье Агаты исчезло, и она снова стала красивой женщиной. Она смотрела на Эрмоса с опустошением.

Артемида кричала ругательства на Зевса о том, что он зашел слишком далеко, и Арес кивнул в знак согласия. Туман Аида распространялся по трибунам кричащими щупальцами. Олимпийцы скулили вокруг.

«Что… что это значит?» — спросила я.

Дрекс пожал плечами, как будто тоже не был уверен.

Август наклонился вперед. «Она должна причинить ему как можно больше боли, пока он не будет недееспособен, — мрачно сказал он. — Что также заставит его принять унижение клеймения один раз за поражение — любое хтоническое поражение на арене приводит к клейму. Без исключений».

Дыхание Дрекса прервалось.

Чарли дрожал рядом со мной.

Внизу на песке кожа Агаты снова отслоилась, и ее челюсть отвисла.

Щелк.

Щелк.

Ще…

Нечестивый шум прекратился, когда кожа Агаты переформировалась в черты женщины. Она покачала головой «нет», как будто не могла довести это до конца, когда смотрела на Эрмоса широкими, измученными глазами.

Эрмос сказал ей что-то.

Агата кивнула в знак согласия.

Они оба повернулись и встали лицом к Зевсу с мятежным выражением лица. Они отказываются сражаться друг с другом.

Их смелость была шокирующей.

«ЕСЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ ВОЙНЫ, МЫ ДАДИМ ТЕБЕ ЕЕ», — проревел Аид Зевсу, поддерживая их, его ужасающий туман теперь заполнял три четверти стадиона.

Лицо Зевса было тревожно безэмоциональным, когда он смотрел сверху вниз на двух восставших хтонических.

Он поднял свой скипетр, орел поднялся, расправив крылья.

Электричество пылало по его коже.

ТРЕСК.

Мир вспыхнул белым, и огненный жар опалил воздух. Мои зубы заныли, челюсть болела, когда озон наполнил мой нос.

Мое зрение прояснилось.

Вокруг волосы людей стояли дыбом от статического электричества, бросая вызов гравитации, пока туман завивался вокруг них.

Зевс указывал своим дымящимся скипетром на арену.

Песок выступал зазубренной, чужеродной скульптурой, всего в нескольких дюймах от того места, где стояла Агата.

Я быстро моргала, мозг пытался обработать — молния ударила в скипетр Зевса, и он перенаправил ее в колизей.

БУМ.

Гром оглушительно хлопнул, прямо над головой.

Электрический купол зашипел.

Агата и Эрмос стояли неестественно неподвижно, их губы приоткрыты, парализованные страхом.

Зевс повернулся на своем подиуме, глядя на Аида. «Я не хочу войны, старый друг, — крикнул он. — Коалиция игр федерации назначила каждый подвиг, исходя из способностей и мощи участников. Это испытание ЧЕСТИ!»

Ветер хлестал черный тогу Аида, когда он нахмурился, глядя на него сверху вниз.

Арена была мертвенно тихой.

Взаимное гарантированное уничтожение, — эхом отдавалось предупреждение Елены.

«Никто не должен умирать», — крикнул Зевс, его белая тога освещена искрами. «Я не хочу войны». Он указал вниз на окаменевший песок. «Я пощадил их».

Аид наклонил голову набок, напрягаясь, как будто боролся за контроль. Он медленно опустил руку — туман отступил к нему, устремляясь с трибун, завиваясь вокруг его ног.

Молния ударила вдалеке, и толпа вздрогнула, включая меня.

Аид резко кивнул. «Твоей честью — никто не умрет!»

Зевс низко поклонился в знак согласия.

«Что… что… что… — Я оборвалась. — Как?» — прошептала я.

«Зевс — единственный олимпиец, который может использовать свою силу наступательно», — мрачно сказала Елена. «Один удар вводит любого, кто не является древним, в кому, и большинство не просыпается от нее… Вот почему… только хтонические лидеры пережили Великую войну».

Чарли сжал мою руку достаточно сильно, чтобы оставить синяк.

«Это не абсолютно», — прошептала Елена, как будто пыталась убедить себя. «Ему нужно быть снаружи в штормовой день, чтобы использовать ее».

Мне не стало лучше.

«ВОЗОБНОВИТЕ БОЙ!» — проревел Зевс.

Эрмос двинулся с шокирующей скоростью, обвивая свою цепь крепко вокруг горла Агаты, прежде чем она успела среагировать, бицепсы напряглись, когда он душил ее изо всех сил, его выражение лица было решительным.

Она царапала его предплечья.

Долгие, ужасные секунды прошли, пока он душил ее.

Наконец, она бессильно упала на песок, шея обиженного красного оттенка.

Она бессмертна, — напомнила я себе. Он спас ей жизнь.

Это не чувствовалось так.

Эрмос смотрел сверху вниз на обмякшее тело Агаты, его выражение лица было разрушено, когда он медленно размотал цепь с ее шеи. Он отвернулся, руки все еще скованы, как у заключенного, и направился к выходу.

Он взглянул на Зевса, затем быстро отвел взгляд.

Зевс поднял свой скипетр — толпа отшатнулась. «Агата проиграла», — спокойно объявил он. «Она получит пять клейм. Она не смогла победить во всех пяти своих подвигах».

Стадион оставался тихим.

Зевс спрыгнул с платформы — через шипящее силовое поле — и приземлился на песок. Глухой удар.

Свет вспыхнул по его коже, как будто электричество зарядило его, и он подошел к Агате с вулканическим металлическим жезлом в одной руке, скипетром в другой.