Коллекционер - Александр Варго

ЯСНОГОРСК 15

Максим наморщил лоб. Кажется, он все еще в Тульской области.

Хорошо хоть не на Сахалине. От этого гребаного Льва всего можно ожидать.

Он внезапно вспомнил видение, где его звала дочь, и глаза Долина наполнились слезами.

Ира, Ирочка, Иришка… Бусинка.

Неужели он больше никогда не обнимет дочку?!

Он наступил на донышко бутылки и вздрогнул. Вынув осколок из окровавленной пятки, Максим потащился дальше, не забывая поднимать руку, когда вдали слышался шум приближающейся машины.

Вскоре остановилась здоровенная фура, покрытая толстым слоем пыли. Усатый водитель недоверчиво покосился на грязную одежду Максима и на его просьбу закрутил головой:

— Парень, ты в сторону Орла топаешь. Тебе обратно надо, Москва за твоей спиной.

С этими словами он уехал, а Максим, выругавшись, повернул назад. Получается, он тащился целых три часа (если не дольше) и все больше отдалялся от дома.

Мать твою.

Собаки уже не было, и теперь он брел в полном одиночестве.

«От Тулы до Москвы примерно сто восемьдесят километров, — подумал он. — Если меня никто не подберет, в день я смогу проходить километров двадцать… Значит, мне понадобится около девяти дней, чтобы добраться домой. Если не сдохну раньше…»

Максим уже отчаялся поймать попутку и даже не поднимал руку, когда мимо проносились машины. Он ковылял как зомби, подволакивая распоротую стеклом ногу. Глаза его ввалились, обветренные губы что-то беззвучно шептали, пальцы сжимались и разжимались.

Однако небеса все-таки сжалились над ним, и ближе к вечеру Долина подобрал какой-то сердобольный пенсионер на потрепанной «девятке». Максим сразу предупредил, что от него ужасно пахнет, на что старик беспечно махнул рукой.

— Я лет десять тому назад простудился и по настоянию жены закапал в нос чесночный сок. Ну и сжег там все к едрене фене, — бодрым голосом сообщил он. — Так что c тех пор никаких запахов не чувствую.

Когда Максим забрался в машину, старичок взглянул из-под очков на его рваную футболку, заляпанную засохшей кровью.

— Слушай, может, тебе в больницу надо? — спросил он.

— Нет, мне бы до Москвы.

— Я бы на твоем месте отправился к врачу.

— У вас есть вода? — задал вопрос Долин, и пенсионер протянул ему термос c остывшим чаем, который тот жадно выпил до дна.

— Какое сегодня число? — спросил он, вытирая капли c губ.

— Восемнадцатое, — последовал ответ.

— А месяц?

Водитель покосился на Максима, словно проверяя, не шутит ли этот странный пассажир.

— Август сейчас, если вдруг забыл.

Долин промолчал. Получается, что в заточении у этого психопата он провел почти полтора месяца. Ну что ж. Спасибо и на том, что сейчас не зима.

Словоохотливый старик что-то болтал о своей даче, потом переключился на рыбалку, но Максим, убаюканный мерным урчанием двигателя, быстро задремал.

Дачник растолкал его, когда уже стемнело.

— Мы на МКАДе, молодой человек, — сказал он. — Уж прости, что до дома не могу добросить, я сам тороплюсь. Ты погоди выходить-то, — добавил он, видя, что Долин уже потянулся к ручке дверцы.

Выйдя из машины, пенсионер открыл багажник и, покопавшись в его недрах, протянул Максиму старый свитер и калоши.

— Это лучше, чем в таком виде и босиком, — сказал он, и у Максима навернулись слезы на глаза. Он не мог вспомнить, чтобы в последние месяцы кто-то проявлял к нему такую заботу.

— Спасибо вам.

— Ты аккуратнее давай. И больше не влипай во всякие истории, — сказал на прощание старик и, сев в «девятку», покатил прочь.

Калоши оказались Максиму великоваты, но все равно он был безмерно рад обновке. Теперь осталось совершить последний рывок и добраться до дома…

Когда он из последних сил доплелся до гаража, стояла глубокая ночь. Максим не сразу заметил прилепленный на стенку бокса листок и машинально сорвал его, заходя в гараж. Щелкнул выключателем, но света не было.

Долин выругался. На ощупь он двинулся к настенным полкам, на одной из которых обнаружил налобный фонарик. Бледно-желтый луч заскользил по железным стенам старого бокса и остановился на сорванной бумажке.

«Районная управа извещает, что, согласно постановлению Правительства г. Москвы №… гаражный кооператив подлежит сносу. Начало работ c октября 2025 года. По всем вопросам обращаться в Департамент строительства…»

— Прекрасная новость, — сказал Максим и присвистнул. Он направил фонарик на ряды коробок и ворох пакетов c солдатиками. — И куда мне все это перевозить?

Он подошел к подвалу и посветил вниз. Коробки, коробки и снова коробки…

Странно. Только сейчас Максим ощутил, что не испытывает никаких чувств, вновь увидев свое богатство. Ради которого было принесено столько жертв.

Он оглянулся и шагнул к одному из пластиковых контейнеров, откуда выудил первую попавшуюся фигурку. Ею оказался редчайший лучник из набора Донецкого завода игрушек, стартовая цена которого на аукционах начиналась c восьми тысяч.

— Что я нашел замечательного и уникального в этом дерьме? — пробормотал Максим, вертя в руках раритетного солдатика. — Зачем только начал собирать эту бесполезную хрень? Уж лучше бы коллекционировал пивные пробки, как мой начальник! Или грязь из пупка, как тот шизанутый американец! Ты — кусок долбаного, никчемного пластика! Тебе цена пять копеек в базарный день! — закричал он, брызгая слюной. — А тебя и таких же ненужных утырков покупают по десять и двадцать тысяч! Только потому, что придурки-изготовители просрали пресс-форму и остались только выпуски самых ранних годов! Но суть остается сутью: ты кусок пластика! От тебя никакой пользы! Тебя нельзя надеть, чтобы защититься от холода! Нельзя съесть, чтобы не сдохнуть от голода! Зачем ты вообще нужен?!

Максим швырнул на пол фигурку и, подхватив c полки молоток, принялся исступленно колотить по солдатику, расплющив его до состояния бесформенного блина.

Наконец Долин остановился, сипло дыша.

«Прекращай истерить, — приказал он сам себе, возвращая молоток на место. — Есть дела поважнее».

Это точно.

Для начала нужна нормальная одежда. Щеголять по улицам в грязных калошах и джинсах, заляпанных кровью и ссаньем, его как-то не прельщало. В таком виде его остановит первый же мент. А это Максиму совершенно ни к чему. Да и помыться бы не помешало…

Недолгие поиски дали результат. В самом углу бокса Долин обнаружил старые отцовские штаны. Хоть что-то.

Разбирая пропахший плесенью хлам, он неожиданно наткнулся на продолговатый предмет. Посветив фонариком, Максим c удивлением увидел нож. Надо же!

Он вспомнил, что этот нож когда-то подарил ему Нос, вернувшись c очередной отсидки. Это была незамысловатая, но вместе c тем удобная и практичная самоделка, изготовленная из старых подшипников. Лезвие было темным от времени, но острым, как бритва. Долин его искал, еще когда готовился ехать в Тулу за