Великая война. 1941–1945 - Алексей Валерьевич Исаев

Поначалу противника удалось удержать на подступах к Керчи. В бой двинулись танки, в том числе несколько огнеметных Т-26. С моря вели огонь корабли Черноморского флота. Но, в отличие от Севастополя, здесь не имелось мощной береговой артиллерии. Немцы ворвались в город. Остатки Крымского фронта отходили на восточную оконечность полуострова. Теперь разбитые части можно было спасти, лишь эвакуировав на Тамань.

Из всех баз и портов собирали баржи, сейнеры, тральщики, баркасы и буксиры – «тюлькин флот», как называли его солдаты. Всего удалось вывезти более 140 тысяч человек. Потери Крымского фронта убитыми, пропавшими без вести и пленными составили около 150 тысяч человек.

6 июня немецкие тяжелые снаряды вновь били по советским позициям у Севастополя. Артиллерийская подготовка перед штурмом шла пятый день. Снаряд проломил бронированную крышу одной из двух башен батареи № 30. Ее ввели в строй уже на следующее утро, но действовал лишь один ствол.

Еще один снаряд не разорвался, и советские специалисты смогли его изучить. Это был двухметровый стальной монстр невиданного калибра – 615 мм. Артиллеристы лишь немного ошиблись: снаряд имел калибр 600 мм и был выпущен одним из двух орудий, известных как «устройство Карл» (Karl-Geraet), которые уже расстреляли 18 снарядов со 2 по 6 июня.

Его бетонобойный снаряд весом 2170 килограммов выстреливался с начальной скоростью 220 м/с и пробивал бетонную стену толщиной до 3,5 метра или стальную плиту толщиной 450 миллиметров. Скорострельность – 1 выстрел в 10 минут. Всего было построено семь мортир.

Днем ранее по Севастополю сделала первый выстрел гигантская пушка «Дора» калибром 807 миллиметров. Орудие было смонтировано на двух опорах, каждая из которых занимала одну железнодорожную колею и покоилась на четырех пятиосных платформах. Обслуживал технику дивизион численностью до 500 человек. В расчет включался транспортный батальон, комендатура, маскировочная рота и полевой хлебозавод. Подготовку позиции осуществляли 1000 саперов и 1500 рабочих. Для укрытия и маскировки в горе близ Бахчисарая сделали специальный разрез.

Сборка и подготовка к стрельбе заняла шесть недель. «Дора» израсходовала 48 снарядов. Зафиксировано лишь одно удачное попадание – в склад боеприпасов, находившийся на глубине 27 метров. Обстрел велся 13 дней, после чего пушку демонтировали и отправили под Ленинград. Всего в составе 11-й армии на тот момент имелось 785 немецких и 112 румынских орудий всех калибров.

Из воспоминаний Манштейна:

«В целом во Второй мировой войне немцы никогда не достигали такого массированного применения артиллерии, как в наступлении на Севастополь».

Основную массу орудий сосредоточили в группе, нацеленной на Северную бухту. Манштейн планировал повторить декабрьский штурм, но большими силами. Обстрел еще не гарантировал успеха. Артиллерия крупного калибра имела ограниченный запас снарядов и недостаточный ресурс стволов для длительного ведения огня.

Более надежной поддержкой при наступлении стала полевая артиллерия. Но запаса снарядов для гаубиц у Манштейна хватило бы лишь на две недели интенсивной стрельбы. За четыре дня немцы выпустили 42 тысячи снарядов общей массой 2,5 тысячи тонн.

Генерал-лейтенант Петров учел опыт зимнего наступления. Теперь секторы обороны Северной бухты являлись самыми сильными. Командующий держал в резерве стрелковую дивизию, чтобы поддержать любую из зон. Но боеприпасов у защитников катастрофически не хватало. Обеспечены снарядами были только батареи № 30 и 35.

В первые месяцы 1942 года боеприпасами в основном снабжался Крымский фронт. После крушения под Керчью перевозки в Севастополь увеличили, но наверстать упущенное не удавалось.

Под ударами немецкой авиации транспортный флот нес огромные потери. Все больше приходилось полагаться на боевые корабли, показавшие высокую устойчивость к атакам. Так, крейсер «Ворошилов» успешно доставил в Севастополь бригаду морской пехоты с вооружением и боезапасом. Вражеские самолеты направили на крейсер 29 торпед, не добившись ни одного попадания. Но доставлять нужное количество боеприпасов военные корабли просто не успевали.

А отступать было некуда. В директиве командующего Северо-Кавказским фронтом от 28 мая прямо говорилось:

«Севастополь должен быть удержан любой ценой. Эвакуации войск на Кавказский берег не будет».

Кроме того, чтобы переправить 100 тысяч защитников Севастополя, имевшихся в наличии кораблей не хватило бы. Оставалось или победить, или погибнуть.

Артподготовка немецкого штурма началась утром 7 июня. Мортиры «Карл» выпустили в тот день 54 снаряда, расстреляв все бетонобойные гранаты по батарее № 30. Но поразить башни они не смогли. Авиация противника совершила почти 1400 вылетов. Казалось, что советская оборона рухнет как карточный домик. Пехота преодолела долину реки Бельбек, но сумела продвинуться лишь на один-два километра.

Из дневника фон Рихтгофена:

«В борьбе за овладение хотя бы одним километром этой территории пехота понесла тяжелые потери. Русская артиллерия и ДОТы повсеместно ожили. Весь горизонт был одним огромным орудийным заревом».

В четырех немецких дивизиях за день погибли 2400 человек. Потери Приморской армии составили около 1500. За первый день штурма гитлеровцы расстреляли 4000 тонн боеприпасов, израсходовав почти четверть боезапаса. Снаряды таяли, пехота несла потери, а до Северной бухты оставалось еще далеко.

Бомб у VIII авиакорпуса осталось всего на полтора дня. Рихтгофен приказал пилотам производить бомбометание с максимальной точностью. Закончились боеприпасы к мортирам «Карл» и к гаубицам «Гамма».

В ночь на 9 июня Петров направил в бой резерв – 345-ю стрелковую дивизию. Батареи № 30 и 35 вели огонь по наступающим немецким частям. Войска начали выдыхаться.

Ранним утром 13 июня транспорт «Грузия» подошел к Севастополю. Теплоход находился в гавани, когда в него попали две 500-килограммовые авиабомбы. От взрыва корабль разломился и затонул. Прибывшее пополнение спасалось вплавь. Но потеря груза, 500 тонн снарядов и мин, стала тяжелым ударом.

Октябрьский телеграфировал:

«Положение с людьми и особенно с боезапасом на грани катастрофы».

Количество доставляемых боеприпасов сильно отставало от расхода.

Манштейн:

«13 июня… удалось овладеть “фортом Сталин”, перед которым зимой было остановлено наше наступление».

Три из четырех зенитных орудий 365-й батареи выведены из строя. Захват высоты Манштейн выдал за стратегический успех, что помогло убедить Гитлера выделить еще три пехотных полка и не перебрасывать под Харьков VIII авиакорпус.

По этой причине начало наступления на Сталинград и Кавказ откладывалось на неопределенный срок. Упорство защитников Севастополя оказывало влияние на обстановку на советско-германском фронте в целом. И все же шаг за шагом вражеская пехота продвигалась вперед.

К 17 июня немцы окружили 30-ю батарею. Далее последовал штурм: артиллерия подорвала минные поля вокруг, и пехота прорвалась вплотную к башням. Защитники ушли в подземные