Свистящие стрелы Маодуня - Юлий Сергеевич Худяков

юэчжей хотел убить заложника, но Маодунь «украл аргамака у него, и ускакал домой». В отличие от хунну, которые ездили на низкорослых лошадях монгольской породы, у юэчжей были быстроаллюрные среднеазиатские аргамаки, которых в Китае называли «небесными конями». Как бы то ни было, после бегства Маодуня хунну фактически освободились от зависимости от правителя юэчжей. Большая орда юэчжей была очень многочисленной. По сведениям китайских летописцев, она насчитывала до 400 тысяч человек, не менее 100 тысяч семей и в случае войны могла выставить до 100 тысяч воинов, по одному от каждой семьи. Вероятно, обладая столь значительными силами, правитель юэчжей не придал большого значения бегству заложника и фактической самостоятельности хунну. Он не предчувствовал опасности и, видимо, не был осведомлен о положении в своем бывшем периферийном вассальном владении — хуннской орде. Никак не обеспокоили правителя юэчжей и приход к власти его бывшего заложника и заклятого врага Маодуня, и разгром хунну живших далеко на востоке дунху. Сразу после возвращения из похода на дунху хуннское войско во главе с шаньюем Маодунем ударило «на западе» на юэчжей. Это нападение было совершенно неожиданным для юэчжей. Они не смогли оказать достойного сопротивления и бежали. Хунну подчинились и племена лоуфаней и байянов, которые, скорее всего, находились в зависимости от юэчжей.

Вероятно, поражение и бегство юэчжей объяснимо не только внезапностью хуннского нападения. Воинственные и храбрые, многочисленные юэчжийские воины, воевавшие на быстроаллюрных аргамаках, не могли уйти без боя. Они могли уступать хунну только в дальности и точности стрельбы из своих луков скифского типа, дисциплине и организованности.

Археологические комплексы юэчжей в Ганьсуйском коридоре не выделены. Однако можно полагать, что они воевали оружием, характерным для кочевников скифо-сакских культур Евразии. Это были скифские луки, не усиленные накладками, стрелы с бронзовыми и костяными наконечниками, бронзовые или железные кинжалы или короткие мечи, чеканы или копья. Решающим для исхода боев и войны было превосходство хунну в дальности полета стрел и организованности войска. Отважные и сильные юэчжийские воины храбро устремлялись в атаку и во множестве гибли от убийственных хуннских стрел, не успевая приблизиться к врагу, чтобы нанести ответные удары. Жестокие враги просто перестреляли своих в недавнем прошлом непобедимых противников с безопасного расстояния.

Не желая погибнуть до последнего человека или покориться своим бывшим вассалам, юэчжи откочевали в западном направлении, уступив хунну Ордос и восточную часть Ганьсуйского коридора. Но уйти от врагов не удалось. Границы западного крыла хуннских владений простерлись до земель юэчжей. В 176 г. до н. э. против них «в наказание» был послан хуннский западный чжуки-князь во главе своего войска. Военное превосходство хунну в стрельбе из дальнобойных луков было столь ощутимым, что его армия «поразила» юэчжей и «предала острию меча» усу-ней и многие другие племена номадов Ганьсу и Восточного Туркестана.

Решающее поражение юэчжам нанесло войско Лаошан-шаньюя. Правитель юэчжей был убит, а его череп стал винной чашей для кровожадного победителя. После этого разгрома юэчжи распались на две орды. Большие юэчжи ушли еще дальше на запад, в земли саков на восточном Тянь-Шане, вытеснив самих саков на юг. Малые юэчжи остались жить в горах Наньшаня, в местах своих старых кочевий. Они были вынуждены подчиниться власти хуннских шаньюев. «Когда царь больших юэчжи был убит хусцами, царицей стала его супруга». Под предводительством царицы юэчжи завоевали Бактрию, оставив прежние земли, на которые перекочевали усуни. «Она покорила Дася и властвовала над ней» [Зуев 2002: 20]. Большие юэчжи смогли наконец уйти от хунну. Китайцы вспомнили о юэчжах, когда им понадобились союзники для совместной борьбы с хунну. По повелению императора У-ди к ним было направлено посольство с богатыми дарами. После десятилетнего плена послу Чжан Цяню удалось наконец достичь государств юэчжей-тохаров в Бактрии-Тохаристане. Им правил царь, сын правителя, убитого хунну, и царицы, завоевавшей новые земли для своего народа. Несмотря на могущество своего войска, царь юэчжей отказался воевать с хунну, чтобы вернуть свою покинутую родину. Вероятно, он решил не искушать судьбу. Память о понесенных поражениях и жертвах была еще очень свежа в его народе. Правитель юэчжей назывался по-китайски «сихоу» или «еху». Считается, что этот титул соответствует «ябгу», известному у тюрок в эпоху раннего средневековья. В Бактрии тохары постепенно слились с родственным иранским населением. Несмотря на ряд крупных неудач в войнах с хунну, они сохранили вооружение скифского облика и смогли основать свое новое государство в завоеванной Бактрии, уступив хунну Центральную Азию.

Глава 5

Хунну в Саяно-Алтае.

Вооружение и военное искусство

южносибирских культур

В конце III в. до н. э. Хуннская держава была на гребне военного могущества. Грозная, как стихия, неудержимая волна хуннских завоеваний докатилась до отдаленных северо-западных окраин Центральной Азии, до заросших непроходимой тайгой горных хребтов и заснеженных вершин Алтая и Саян, до благодатных степных долин, раскинувшихся вдоль полноводного Енисея и своенравной Катуни. Свистящие стрелы, выпущенные из мощных дальнобойных луков многоопытными, закаленными в бесчисленных сражениях хуннскими всадниками, возглавляемыми талантливыми полководцами во главе с самим шаньюем Маодунем, смели со своего пути и разметали по горным ущельям племена «скифских» кочевников саглынской, пазырыкской и тагарской культур в Туве, Горном Алтае и Минусинской котловине.

Вооруженные устаревшими луками скифского типа ираноязычные номады Саяно-Алтая не могли противостоять хуннским воинам в дистанционных боях, свистящие стрелы которых поражали противника на расстоянии, почти в полтора раза превышавшем полет скифских стрел. У саяно-алтайских кочевников не было и сколько-нибудь эффективных средств защиты от ударов хуннских стрел, копий и палашей. Для того чтобы поразить врага своими чеканами и акинаками, им было необходимо прорваться сквозь дождь хуннских железных стрел, пробиться через лес копий, прорубиться через частокол клинков. Но и после того, как саяно-алтайские воины достигали хуннских всадников, им было необходимо преодолеть преграду из щитов и железных чешуйчатых панцирей.

Обладая таким явным и очевидным превосходством в вооружении дистанционного и ближнего боя, в средствах защиты, хунну смогли покорить все кочевые народы и племена Южной Сибири. В покорении этих племен участвовали не только сами хунну, но и подвластные им кочевые племена Центральной Азии. Как это неоднократно бывало в истории войн между кочевыми народами и племенами, победители, подчинив своих соперников, использовали новых подданных для дальнейших завоеваний, и кочевая империя расширяла свои владения и границы силами покоренных номадов.

В Туву, Минусинскую котловину и Горный Алтай в составе войск Хуннской державы пришли монголоидные кочевники из восточных районов Центральной Азии. Они уже испытали на себе военную мощь хуннских завоевателей, оценили высокую эффективность и дальнобойность хуннских луков,