Тайная сила разведки Германии - Евгений Михайлович Гришин

записям, Николаи много и напряженно размышлял о том, как проводить реорганизацию, какую разведку хотел бы создать. Он составил план «новой разведки», понимая, что сразу его вряд ли удастся осуществить из-за бюрократических проволочек и ведомственного сопротивления. «Нельзя было одновременно все создать. Все должно было создаваться в определенной последовательности. Ни одно ведомство не хотело быть сокращенным или уменьшенным, никто из числа многих неспособных и ненужных не хотел быть сокращенным. Ничего не было легче, чем создать большую численностью организацию, для чего требовалось лишь мое распоряжение, приказ, чтобы иметь столько людей и денег, сколько я хотел… Сама организация еще не является конечной целью. Она должна выполнять необходимые задачи, воплощать волю в действие, превращать теорию в практику». О ценности разведки следует судить, по его словам, не по размерам ее, а по успехам.

Своей рукописи Николаи предпосылает выражение: «Разведка — это искусство!» Развивая эту мысль, уточняет: «По своему опыту знаю, что в разведке, о которой я говорил как об искусстве, точно так же и в стратегии, простое и само собой разумеющееся является наиболее трудным, на чем чаще всего и спотыкаются. Когда я говорю о разведке и контрразведке как об искусстве, то меньше всего хочу представить это “чистым” искусством или чем-то более “таинственным”, чем есть на самом деле. По разведке нет учебника или для всех случаев одной установленной схемы… Разведка и контрразведка не должны быть неподвижной, везде одинаковой, а обязаны быть подвижной и пригнанной к каждому положению». Далее следует предупреждение: «Нет ничего опасней бесконтрольной, неруководимой разведслужбы! Опасность в том, что чужое, если даже не вражеское влияние выступит на место собственного господства в разведслужбе… Исходя из этого, я бы потребовал, учитывая недостатки прошлого, следующее: разведслужба (контрразведка) должна быть самостоятельной и на равных правах с другими инстанциями государственного руководства… Только таким образом можно приобрести ручательство, что разведслужба и контрразведка не станут в полумраке поисков зажиточной жизни опасностью для народа и государства, игральным мячом для вражеской спецслужбы (через пропаганду). Разведслужба (в самом широком объеме) имеет также свою культуру. Она должна быть взращена руководством. Это не нанесет вреда ее действенной силе, но будет способствовать ее внутреннему укреплению и надежности».

«Разведслужбу нужно резко отделять от задач других государственных инстанций (министерств: внешнего, внутреннего, хозяйственного, пропаганды, военного и морского). Их нужно освободить от разведки, имеющей свои собственные законы и могущей преуспевать долгое время только при едином, знающим свое дело руководстве. Разногласия в споре о разведке, которыми попытаются задушить ее развитие, необходимо предотвращать. От всего партийно-политического необходимо строго отделить разведку Разведка должна быть разведкой, и только».

Николаи считает: «Разведка — государственное дело. Она должна подчиняться главе государства… Если моя оценка положения в основном правильна, то сказанного вполне достаточно, чтобы признать, какие большие, новые, быть может, охватывающие целое столетие задачи стоят перед разведкой (и тем самым перед контрразведкой). Их нельзя разрешить только шпионажем и поимкой шпионов».

Самая важная и сложная задача реорганизации разведки заключалась в подборе кадров, особенно на руководящие посты новых структур. «В разведке решающее звено — это офицерский состав, — подчеркивает Николаи. — Тот, кто по собственному желанию стремится в разведку или к шпионажу, вызывали во мне подозрение. Я всегда придерживался той точки зрения, что как в секретной разведке, так и в абвере (контрразведке) нужно иметь по возможности небольшой, тщательно подобранный штат офицеров… Любая организация имеет в себе динамичность развертывания, опасность разбрасывания ее сил. Новые задачи требуют новой организации. Чем обширнее самостоятельность и чем продолжительнее длится срок ее организации, тем больше концентрация их. Если в организации несколько разных ведомств, зависящие внутренне друг от друга, то возникает опасность сползания одного из ведомств, может быть частично, в другое ведомство и восхождение не ясно организованной и руководимой массы. Поэтому необходимо разделение отдельных ведомств друг от друга… Я думал, что если мы едины духом, то всегда будет обеспечена преемственность вождя. Именно поэтому должны быть подготовлены способные к самостоятельному действию, а не по приказу надежные сотрудники».

О начальнике и руководящих кадрах разведки: «Шеф должен быть способен правильно действовать в любой новой обстановке. Для этого он должен: а) не брать на себя функции, входящие в обязанность младших командиров; б) иметь полную власть, а для этого обладать безусловным доверием Главного начальника и полнейшую ясность его взглядов, его воли; в) иметь полнейшее взаимное доверие с его ответственными сотрудниками (министрами, генералами)».

«Руководство должно быть твердым, дальновидным, справедливым, признанным и не навязанным. Оно должно устранять противоречия между разведкой и контрразведкой, разграничивать их работу».

«Начальник разведки не должен сам непосредственно работать со шпионами в ущерб другой своей работе, сокращая свой кругозор, вместо того, чтобы его расширять, быть консультантом своего высшего начальника, среди сотрудников которого по вопросам разведки и контрразведки он является единственным экспертом. При этом первостепеннейшей задачей является осуществление им единого руководства разведкой и контрразведкой, не допуская самотека… Я всегда трезво смотрел на вещи и не предавался иллюзиям, базировался на существующем и возможном, стараясь добиться наибольшего успеха. А в разведке — это не только добывание секретов, но и констатация действительного положения вещей».

«Начальник разведки должен любить правду, и если он уверен, что эта правда соответствует действительности, то он вправе, это его обязанность и он должен иметь на это смелость, доложить обо всем слышанном своему единственному вышестоящему начальнику, главе государства. Я имею в виду смелость двух видов: во-первых, он не должен бояться, что это повредит ему лично, и, во-вторых, не должен бояться взять на себя ответственность… Благодаря тому что мне приходилось многое видеть, мой взгляд на вещи становился все более трезвым, а это для начальника разведки очень полезно. Он не должен терять своих идеалов, но перепроверка их на основе фактов не повредит».

«Как шеф разведки и абвера я вычеркнул из своего политического словаря понятия “друзья”, “союзники”, “нейтральный”, “враги”. Я с полным сознанием пришел к формулировке “мы” и “остальные”… Чем больше число союзников и чем ближе они расположены друг к другу, тем быстрее проникает вражеская разведка и пропаганда. Только там, где абвер является хозяином в доме, он может успешно работать в течение данного времени. Сохранять самостоятельность! По моему опыту это подходит как для разведки, так и контрразведки против иностранных политических партий и “союзников”… Распавшаяся Австрия стала, как проходная страна, как база и источник для разведки и пропаганды врага, настолько опасной, что я должен был всеми силами и средствами создать препятствия на австрийско-германской границе… Мой опыт позволяет мне предостерегать от