Тайная сила разведки Германии - Евгений Михайлович Гришин

В ходе реорганизации отдел III Б Генштаба должен был превратиться из простого органа военной разведки в общегосударственное разведывательное и контрразведывательное военно-политическое ведомство. В рукописи Николаи представляет такую структуру «Новой разведки»: «1) группа “Секретной разведки” проводит работу со шпионами и агентами. Пункты военной разведки должны проводить свою практическую работу самостоятельно и на различных фронтах по-разному. В каждом пункте работает максимум около 10 офицеров. Руководителем должен быть офицер действительной военной службы, а остальные сотрудники набираются в большинстве случаев из резервистов. Войсковым частям разрешается заниматься тактическим шпионажем; 2) группа “Фронтовой разведки” занимается разведкой на фронте, передавая командующим армиями сведения тактического порядка. Однако стратегические данные направляются непосредственно начальнику отдела III Б. В ее ведение входят допросы пленных, перебежчиков, руководство контрразведкой в войсках, наблюдение за работой секретной полевой полиции, использование добытых документов; 3) “Разведка внутри страны” — я рассуждал так, что среди финансистов, коммерсантов, политиков и научных работников безусловно имеются занимающие видное положение, надежные, способные дать анализ обстановки люди, которые в силу своих родственных связей располагают информацией о положении в стране противника. Таких людей надо было найти, вступить с ними в контакт и поручить работу с ними “офицерам разведки внутри страны”; 4) группа “разведка печати” — черпает свои сведения не только из газет. При наличии цензуры зачастую наиболее важным является не то, что пишут в печати, а то, что в прессе не освещается. Раскрыть этот источник было в основном личной заслугой начальника управления военной печати; 5) группа “Разведка Зам. III Б” проводит изящную тонкую работу по лагерям военнопленных, наблюдению за почтой, паспортному отделу, железной дорогой, границей и т. д. Самыми правдивыми являются те сведения, которые получены без применения насилия, для чего необходимы покой и время. С другой стороны, необходима осторожность против введения в заблуждение, вдвойне требуется осторожность по отношению к дезертирам».

В разделе «Разведка в организации» «Нач. III Б» Николаи размышляет о перестройке разведки и контрразведки, правилах руководства службой, об опасности шпиономании и предательства внутри страны, о методах введения в заблуждение противника. «Прежде всего не должно оставаться так, что руководящий государственный деятель из контрразведки не подвержен опасности, которая состоит не только в шпионах, угрожающих извне и изнутри… Для контрразведки полиция сейчас одно, но не единственное необходимое средство исполнительной власти. Разведка, как и контрразведка, объединены одним начальником и находятся непосредственно в ведении ответственного государственного деятеля… “Организация” ограничивалась присоединением одного к другому. Внутреннее содержание состояло: а) в общем руководстве, но не уменьшении самостоятельной деятельности и ответственности руководства отдельных групп; б) в устранении территориальных границ между ними. Все расстояние, занятое германским фронтом армии — единый разведрайон: в) в обмене опытом и воз-мощностями получения совета; г) в необходимом наблюдении за всем в целом, чтобы ни одна инстанция не зевала, не злоупотребляла полицейской силой в чрезмерном усилии, принося больше вреда, чем пользы; д) в ограничении и сравнении с другими… Компетентные государственные инстанции и отдельные руководящие личности жаловались по праву на мероприятия разведки и нарушения отдельных органов внутри страны; е) с другой стороны — уничтожение всякого вмешательства с непрошенной или неопытной стороны, энергичное заступничество интересов разведки, необходимое часто во многих местах фронта, в оккупированных районах и на родине; ж) для этой цели — непосредственное подчинение верховному руководству армии и его авторитету. Через общее верховное руководство — связь с разведслужбой. Предусмотрительность в том, что контрразведка соответствует значению разведки, которой она должна противодействовать и которая должна быть различной на разных постах».

О шпиономании: «Я считаю тот народ находящимся в опасности, который заражен ядом шпиономании. Это разрушает сообщество, воспитывает боязнь, недоверие, доносчиков; не борется, а способствует развитию еще и других вредных явлений, создает условия, при которых никто не рад больше собственной жизни. Это открывает также путь влиянию иностранных держав».

В книгах и рукописи Николаи неоднократно предостерегает «от предательства страны, то есть прежде всего от того, что произрастает из собственных рядов навстречу врагу. Это означает необходимость контрразведки в организации “Нач. III Б”. Борьба контрразведки против внешнего врага сохраняет свое полное значение. И та и другая одинаково оправданы. Одна без другой является половиной бесцельной и безрезультатной». «Печальной главой в развитии разведки является государственная измена, — говорится в книге “Тайные силы”. — Интересам государства сильно вредит то обстоятельство, что наказуемой является лишь военная измена стране. С тех пор как война между народами протекает не только на поле брани, государственная измена в области политики и хозяйства приобретает такое же, а в так называемое мирное время имеет и большее значение, нежели военное предательство… Народы со здоровым национальным чувством должны в будущем с уважением вспоминать о своих шпионах, к государственным же изменникам должны испытывать глубочайшее презрение и строжайшим образом их наказывать».

В своих размышлениях о шпионаже, агентуре, полиции (в ту историческую эпоху разведывательная работа называлась «шпионажем») Николаи вводит понятия «национального шпиона», доверенного лица, агента, информационной связи. «Я различаю “шпионаж”, ограниченный в своих возможностях и, по моему мнению и опыту, гораздо более важную всеобъемлющую, не ограниченную в своих возможностях разведку. Чтобы различать, я буду именовать борьбу с шпионажем — “полицией”. Под словом “абвер” (контрразведка) я подразумеваю организацию с гораздо более обширными задачами по охране себя от всего того, что может быть опасным при собственном продвижении вперед. Как разведка освещает в полном объеме путь государственного деятеля, так и контрразведка должна его охранять. Я делаю такие различия:

1. Шпион — оплачиваемый аппарат разведки, возможно своей же национальности. Неоплачиваемый шпион своей национальности занимает особое положение, которое не может служить меркой для других. Неоплачиваемый шпион чужой, а также союзной национальности требует в отношении себя особой осторожности;

2. Доверенные лица — всякого рода оплачиваемые и неоплачиваемые помощники внутри страны и за границей; 3. Агенты, способные к самостоятельным действиям в течение длительного периода; 4. Информированные, занимающие по возможности высокие посты в области политики, экономики лица, а также военные, к которым разведка ищет пути, но иным способом без того, чтобы эти люди знали, что они для разведки являются, возможно, самыми ценными сотрудниками».

В книге «Тайные силы» он уточняет значение этих понятий: «В работе, подобной тайной разведке, существует два элемента, на которые можно полагаться: это — руководящие лица и те шпионы, которые работают из чистой любви к отечеству, и которых я бы назвал “национальными шпионами” (современном понимании — разведчиками)… Отливающая всеми цветами радуги масса агентов требует в качестве руководителя выдающуюся во всех отношениях личность. Здесь, безусловно, необходимо знание людей, трезвое отношение к