Сверхсовременная война и СВО. Философский взгляд - Георгий Валериевич Полеводов

и Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов от 24 мая 2002 года. Международное соглашение было рассчитано на 10 лет с возможностью продления по взаимной договорённости сторон еще на пять лет. Позже, 27 января 2021 года Госдума и Совфед ратифицировали соглашение между Россией и США о продлении ДСНВ до 5 февраля 2026 года. Президент России Владимир Путин 29 января подписал закон о продлении ДСНВ.

Таким образом, мы видим, что Россия последовательно сокращала свой стратегический ядерный потенциал сдерживания в той мере, в которой это не противоречило нарушению собственной обороноспособности. Однако как раз США показали нежелание следовать букве и духу международных договоренностей по сокращению взаимной ядерной угрозы.

При этом США последовательно в одностороннем порядке разорвали часть ключевых международных договоров по коллективной безопасности, тем самым продемонстрировав, что их соблюдение — всего лишь вопрос узкоориентированных интересов одной из сторон. Как только Вашингтон почувствовал свое преимущество над Москвой, был взят курс на пересмотр и отказ от взаимных договоренностей по надуманным причинам.

Так, Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) утратил силу 2 августа 2019 года, поскольку ранее США разместили комплексы противоракетной обороны — ПРО в Польше и Румынии. Их вертикальные пусковые установки Mk-41 для противоракет SM-3 пригодны также для пуска и крылатых ракет «Томагавк». Причем оба боеприпаса загружаются в пусковые устройства, заключенные внутрь транспортно-пусковых контейнеров, и внешне их отличить практически невозможно. Следовательно, США в Европе могут скрытно подготовиться к нанесению первого обезоруживающего удара по территории России с массированным применением низколетящих высокоточных крылатых ракет. Необходимо отметить, что даже для систем эшелонированной противовоздушной и противоракетной обороны — ПВО — ПРО подобные цели являются весьма сложными для перехвата.

Также тревогу военно-политического руководства РФ вызвало наращивание производства и развертывание США ударных беспилотников, таких как MQ-9 Reaper. Несмотря на то что он оснащен двигателем с толкающим воздушным винтом, все остальные характеристики данного летательного аппарата укладываются в характеристики именно крылатой ракеты.

В то же время ряд высокопоставленных представителей Минобороны РФ отметили, что сопредельные с Россией государства, не связанные таким договором, активно разрабатывают ракеты ближней и средней дальности. Так, в Обзоре внешней политики России от 2007 года отмечалось: «Озабоченность вызывает ситуация, складывающаяся вокруг Договора между СССР и США о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД). Ракеты этих двух классов были уничтожены в соответствии с Договором еще в 1991 году, но с тех пор этому международно-правовому акту так и не было придано универсального характера. Более того, всё большее число государств, в том числе расположенных вблизи наших границ, разрабатывают и берут такие ракеты на вооружение. В этих условиях необходимо задуматься об обеспечении нашей собственной безопасности»[65].

Со стороны США поводом к выходу из ДРСМД стали испытания крылатой ракеты Р-500 оперативно-тактического ракетного комплекса (ОТРК) «Искандер-М»/«Искандер-К» якобы с дальностью менее 500 км. Однако подобное заявление Белого дома не соответствовало действительности.

Другим важнейшим международным документом коллективной безопасности являлся Договор об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО), подписанный 26 мая 1972 года между США и СССР. Согласно этому международному документу, в частности, стороны обязались сократить позиционные районы ПРО и не развертывать элементы противоракетной обороны вне собственных национальных территорий. Однако в 2001 году США в одностороннем порядке вышли из Договора по ПРО, и в 2002 году он прекратил работу. Уже в 2008 году США разместили РЛС обнаружения и противоракеты-перехватчики системы Aegis Ashore в Польше. Подобные переговоры велись и с правительством Чехии, однако в 2011 году руководство страны отказалось от размещения элементов американской системы ПРО на своей территории.

В то же время высшее военно-политическое руководство России резко отрицательно высказывалось о нарушении Договора по противоракетной обороне, не без оснований заявляя, что в этом случае нарушается глобальный баланс сил. Так, Президент РФ Владимир Путин на встрече с российскими военными 13 мая 2016 года заявил, что размещение американских систем ПРО в Европе — это наращивание ядерного потенциала. «Если, используя свои возможности в мировых средствах массовой информации, они еще могут ввести кого-то в заблуждение насчет того, что это не угрожает России или насчет того, что это исключительно оборонительные системы, то присутствующих здесь, за этим столом, на этом совещании никто в заблуждение не введет. Ничего подобного, это не оборонительные системы, это часть ядерного стратегического потенциала США, вынесенная на периферию»[66], — приводит слова Путина информационное агентство ТАСС. Также Президент РФ отметил, что подобные действия США являются явным нарушением договора о ракетах средней и малой дальности, так как пусковые установки, которые будут размещаться в Румынии и Польше, могут быть использованы для запуска ракет средней и малой дальности.

Таким образом, на наш взгляд, в контексте современной геополитики как на региональном, так и на глобальном уровне определяющим фактором является подлетное время баллистических и крылатых ракет с обычными либо ядерными боеголовками, а также время реакции средств противовоздушной и противоракетной обороны, ПВО — ПРО, на подобную внезапную и массированную атаку. Именно такая детерминанта является ведущей для взаимного сдерживания от вероятной глобальной войны с применением в той или иной мере, атомного оружия между ведущими государствами планеты, обладающими ракетно-ядерным потенциалом.

В подобном контексте отход в одностороннем порядке США от ранее подписанных и ратифицированных договоров по глобальной безопасности характеризует политику Вашингтона как намеренно агрессивную. С момента распада СССР в 1991 году Вооруженные силы США вели ограниченные боевые действия против, как правило, заведомо слабого противника. При этом сами боевые действия ограничивались локальным характером. При этом армия США все равно несла потери, однако она рассчитывала на подавляющее технологическое превосходство.

Но с ростом научно-технического уровня стран, которых ранее было принято относить к классу «развивающихся», подобный научно-технический разрыв сократился. На сегодняшний день, например, гиперзвуковые крылатые ракеты есть не только у России и США, но и у Китая, Ирана, КНДР и даже группировок йеменских хуситов или палестинских террористов. Об этом классе вооружения мы расскажем в следующих главах, в этом же контексте важно понимать следующее.

Во-первых, в условиях, когда научно-техническое превосходство США нивелировано весьма высоким уровнем развития стран — потенциальных противников, Вашингтон снова тяготеет к возможностям спекуляций на тему вероятного применения ядерного оружия.

Во-вторых, легкость, с которой Вашингтон выходит из подписанных ранее соглашений по взаимной глобальной безопасности, свидетельствует о недобросовестной политике в отношении партнеров по важным международным договорам.

В этой связи, на наш взгляд, стоит проработать систему международных договоров в сфере глобальной безопасности, чтобы не допустить очередного витка гонки вооружений, в том числе и ракетно-ядерных.

Таким образом, казалось