В прицеле «Азов» - Катерина Полтавченко

Вообще слово «маленький» было основой личности таких людей, как школьный сторож. «Я человек маленький», – при любом случае говорили они, угодливо улыбаясь. И оставались людьми маленькими, совершающими исподтишка свои маленькие гадости и получающие маленькую благодарность от тех, кто разово воспользовался их маленькими услугами. Играть по-крупному, интриговать глобально и масштабно, добиваться высот, идя по трупам, – это не для них, на это не хватит их маленького воображения. Изворотливости родителей школьного сторожа хватило только на то, чтобы как-то протянуть свою жизнь до старости, не умирая от голода, а сам он, прожив уже отнюдь немало, был всего лишь школьным сторожем, им же формально и остался с приходом «воинов света». Вот только функции его на этой должности несколько изменились…

Окинув привычным взглядом территорию вокруг школы, сторож принялся прохаживаться из угла в угол, бросая взгляды в сторону двоих, приехавших с Петром Залипакой. Те курили и бросали на него ответные отнюдь не дружелюбные взгляды.

«Философ», не спуская с них глаз, коротко доложил по рации обстановку. За встречей в подвальном помещении следили, обойдя его с двух сторон, его товарищи. Напротив скрывался Алексей «Лис».

Двое куривших у забора о чём-то негромко переговаривались, бросая на сторожа внимательные взгляды. «Тоже мне вояки – курят на посту!» – презрительно скривилась девушка-снайпер, наблюдая за ними в тепловизионный прицел.

Потом один из них качнул головой, приглашая сторожа подойти.

– Я на работе, – хмуро бросил тот, не отходя от школьной стены.

– Та брось, – отозвался один из приехавших неприятным скрипучим голосом, казалось, передразнивающим любого, к кому обращался. – Какая там твоя работа! Стоять как столб чи шо?

– Не, школу сторожить, – издевательски возразил второй. – Детей…

– Дете-ей! – протянул первый. – А если мы сейчас доложим, кому следует, какие там у тебя сейчас «дети»?!

– Докладайте, – иронично хмыкнул сторож, хорошо осведомлённый, что на встречу с «Поджигателем» приехала более мелкая сошка, а значит, и приятели его не могли представлять собой ничего существенного. – И кому оно надо? Как узнают, хто здесь, связываться не станут. Чи вы не знаете?

– Мы-то знаем, – заверил его скрипучий, – а вот чи будет он за тобой плакать, если мы тебя пришьём по-тихому?

Сторож напрягся, вскинулся и резким жестом расстегнул куртку, но достать оттуда ничего не успел – его насквозь прошила автоматная очередь.

– Саня, к выходу! – резко крикнул скрипучий, направляясь к двери.

Игорь Полёвкин мгновенно навёл на него свой «Калашников» с глушителем, но поразить с первого выстрела бегущую фигуру ему не удалось. Скрипучий обернулся в сторону выстрела, непроизвольно ступил шаг и споткнулся о лежащее под фонарём тело сторожа. Падая, неловко дёрнулся – со стороны по нему прилетел «подарочек» от «Пантеры».

Винтовка привычно ударила в плечо отдачей, а длинный массивный глушитель исказил и частично рассеял звук выстрела. Юля медленно, по сантиметру отползла, сдвинувшись за прикрытие короба вентиляции на крыше трансформаторной будки.

– Бери следующего, – прошелестел по рации её голос, искажённый помехами.

Повторять Игорю было не надо – товарищ скрипучего бежал прямо на него, доставая из-под полы «Макаров» с глушителем. Глухо хлопнул выстрел. Пуля просвистела прямо возле уха «Философа», врезавшись в ближайшее дерево за его спиной, одновременно с его выстрелом. Раненный в плечо, его противник ещё раз выстрелил, на этот раз попав прямо в дерево, за которым укрылся «Философ». Приехавший палил вслепую, не понимая, кто прячется за деревьями, решив, что это один из сюрпризов от «Поджигателя», которые тот любил устраивать.

– Мы попали, слышь… – обратился он к лежавшему приятелю, но тот уже ничего слышать не мог. Тогда он стал снова яростно стрелять по тому же дереву, но «Философа» за ним уже давно не было – он переместился левее и наблюдал за бегающим по площадке перед входом «азовцем», пока у того не кончились патроны.

– Сказочный дебил! – снова прошелестел в наушнике голос «Пантеры». – Кандидат на премию Дарвина…

– Мне его как-то не жаль, – спокойно сообщил «Философ» и, подловив момент, когда «азовец» застыл на месте, всадил ему пулю в голову. Патроны, в отличие от своего оппонента, он привык экономить.

– Спишем на «боевые», – хихикнула в наушнике «Пантера». – Они бы всё равно друг друга перестреляли, судя по таким настроениям.

– Вот бы у них такие «боевые» почаще. Нам бы вообще никакой работы… – поддержал девушку «Философ».

* * *

Тем временем в полуподвальном помещении, где проходила встреча, Петро Залипака заметно нервничал, не дождавшись своих людей, с которыми было условлено, что они здесь появятся сразу же, устранив сторожа. Переговоры шли отнюдь не в его пользу, а двое вооружённых союзников были бы всё-таки, аргументом против громил «Поджигателя». О том, что люди «Поджигателя» могут прятаться в здании, Петро не знал.

Собственно, это было даже не переговорами – это был ультиматум. И отвертеться от него не было никакой возможности, поскольку Петро отнюдь не был всё это время невинной овечкой – о его мутных делах и махинациях собеседникам было известно всё. И повернуть это в нежелательную для него сторону они тоже сумеют.

Он судорожно пытался выкрутиться, поглядывая на дверь, и знал, что выкрутиться ему не удастся. Времени у него было достаточно – теперь его просто не будут слушать. О том, чтобы сбежать, не могло быть и речи – руки громил красноречиво лежали на стволах, давая понять, что они мгновенно пустят их в действие при любом его подозрительном движении.

– Завтра… – всё, что сумел он сказать. – Я прошу у тебя время только до завтра, Поджигатель. Деньги будут у тебя.

– Так бы и раньше, – удовлетворённо произнёс его собеседник.

– Они говорят о каком-то Поджигателе… – сообщил разведчик, подслушивающий у окна.

Внизу, в полуподвальном помещении Поджигатель объявлял свои условия завтрашней передачи денег. Ему что-то угодливо отвечал собеседник. Голоса слышались четко – нервные, напряжённые, что называется, на взводе.

– А вот так мы не договаривались, Петро! Я тебе сказал одному явиться. Решил припрятать своих вояк?

– Каких вояк? Не было никого…

– Ну теперь-то ты мне не рассказывай. Только что убит мой человек. Ты что же, себя самым крутым тут возомнил?

– Я не понимаю!..

– Не понимаешь? Сейчас поймёшь!.. – сухо хлопнул пистолетный выстрел.

Юля в своём укрытии напряглась, услышав прозвище – или позывной «Поджигатель».

– Это тот самый, – шепнула в приёмник – и тут же получила ответ:

– Слышали. Принято.

Теперь они все выйдут на улицу и… увидят убитого сторожа и тех двоих. Именно в этот момент «Пантера» буквально ощутила на себе тяжёлый взгляд. В том, что кто-то на неё сейчас смотрел – смотрел внимательно и отнюдь не дружелюбно, –