Герои Русской весны. Личные встречи - Александр Валерьевич Сладков

16 мая 2014 года 30 бойцов батальона «Восток» захватили воинскую часть, относящуюся к Национальной гвардии Украины, 23 мая бойцы «Востока» приняли участие в бою против батальона «Донбасс» в селе Карловка. Воевали в Донецком аэропорту.

29 мая бойцы батальона «Восток» окружили здание Донецкой облгосадминистрации и вошли внутрь. Гражданским лицам было рекомендовано отойти от здания ОГА. 5 июня бойцы батальона атаковали пограничный пункт пропуска «Мариновка». При помощи авиации украинским силовикам удалось отбить атаку. Часть бойцов «Востока» была вынуждена отступить на территорию России, где была разоружена российскими пограничниками. В первых боях батальон «Восток» нес ощутимые потери, тем не менее добровольцы активно пополняли его ряды. В 2014 году через мое подразделение прошли приблизительно 8000 добровольцев, а вообще личный состав был в пределах 4000. Из этой большой цифры около 500 человек впоследствии погибли. Это люди той категории, что способны на подвиг.

Интересно, что в те дни никаких списков личного состава в «Востоке» не составляли.

Никто не знал, кто останется в живых в той мясорубке, и базу данных не составляли, ведь она могла попасть в СБУ. Когда человек приходил в «Восток», ему выдавали удостоверение, в котором были только его позывной и его фотография.

Я познакомился с Александром Ходаковским летом 2014 года на базе «Востока» недалеко от Мотеля, каждый знает эти места, если вырос в Донецке. Меня встретили на КПП и вдоль плаца провели в кабинет командира. Это был широкоплечий мужчина среднего роста. Овальное, вытянутое лицо, узкий, с небольшой горбинкой нос и миндалевидные глаза. Волосы короткие, прямые. Типичная внешность римского военачальника. Глаза умные, взгляд вдумчивый.

Как раз в город вошли отряды Игоря Стрелкова, которые под напором украинской армии отошли из Славянска. Тема для разговора была на языке.

– Александр Сергеевич, Стрелков вышел со своей вооруженной группой из Славянска, вышел в Донецк. Как это повлияет на ситуацию в Донецке в военном отношении?

– Я сейчас не готов сказать. Я думаю, что пополнение бойцами Стрелкова существенно укрепит Донецк, с одной стороны. С другой стороны, сейчас посмотрим, насколько он эффективно будет их здесь использовать. Потому что мы не учитывали фактор Стрелкова и присутствие здесь его при разрабатывании планов обороны. Соответственно, мы полагались на свои силы, на взаимодействие с теми смежниками, с которыми мы работаем. Сразу хочу сказать, что у нас в вопросах обороны города не было абсолютно никаких разногласий. Мы четко себе понимали наши цели и задачи. У нас есть разработанные планы, которые заключаются в том, что мы говорим украинской армии «добро пожаловать». То есть впустить для того, чтобы не выпустить. И на консультациях, которые проходили с участием украинской стороны, возглавляемой господином Кучмой, предупреждали о том, что это война на взаимное уничтожение. При нашей достаточной воле к победе украинская армия перестанет существовать, как только она войдет в город Донецк. А надо не забывать, что есть еще город Луганск. Это могила для техники и, соответственно, для личного состава. Поэтому мы прекрасно понимали, какую нам выстроить линию военного поведения и как для этого нам налаживать взаимодействие. То, что сейчас появился Стрелков, я думаю, только укрепит наши позиции. Как мы будем с ним налаживать взаимодействие, это вопрос считаных дней. Есть попытки со стороны Стрелкова возглавить оборону, если это конструктивные попытки и он продемонстрирует нам, что это пойдет только к улучшению, мы с удовольствием предоставим ему заниматься этим вопросом. Мы абсолютно не амбициозные в этом плане люди.

– А как он должен продемонстрировать конструктивные попытки?

– Я думаю, здесь работа штаба. Мы-то не считаем себя великими стратегами, потому что у нас специализация несколько иная. Здесь сугубо ополчение, соответственно, человек, прошедший не один военный конфликт и располагающий достаточным опытом, если он предложит, скажем так, штабу какие-то свои видения и решения, которые повлияют на улучшение обстановки, на укрепление наших позиций, естественно, это будет принято. И это априори является тем, что мы принимаем его здесь. Но не то чтобы главенство, но, по крайней мере, верховенство в этих вопросах. Поэтому только на пользу.

– Немножко о тех людях, которые воюют под вашим командованием. Батальон «Восток» характеризуют как одно из самых мощных боевых подразделений, а может, это уже соединение, ближе к бригаде, наверное, так?

– На сегодняшний день мы уже ближе к бригаде, хотя говорят «батальон», но это уже как нарицательное имя.

– Кто эти люди у вас? Как менялся состав сначала и как он изменился сейчас? Каковы стадии качества, через которые прошел личный состав батальона? Были одни, стали другие?

– Здесь совокупность факторов, с одной стороны, это исключительно внутренний порыв людей, которых мы не призывали под свои знамена, они сами инициативно собрались, мотивированы одной идеей, сами понимают, какой идеей. А мы выступаем в роли организаторов, администраторов и командиров. Если вдруг я изменю этой мотивации, этой идее, люди пойдут вперед сами, без меня, как и без Стрелкова, как и без любого другого полевого командира, я употребляю сленговое выражение, полевой командир. У них есть свой путь, они его выбрали, и мы в этой ситуации только способствуем этому движению, организуем его в правильном направлении, не более того. А это означает, что, во-первых, это уже был, я прошу прощения перед этими людьми за то, что употреблю это слово, материал, изначально уже подготовленный к определенным жертвенным моментам. В процессе того, как развивались обстоятельства, в том числе и благодаря тем ребятам, которые держали Славянск и стягивали крупную группировку противника на себя, давали нам возможность выходить на определенный уровень, мы постепенно втягивались в боевые действия. Методом проб и ошибок мы набивали себе шишки, мы, имея постоянные точки соприкосновения с противником, обкатывали свой личный состав и в итоге постепенно эволюционно привели людей в то состояние, которое я могу назвать боеспособным. Вот сейчас это разрозненное ополчение, которое первоначально даже не напоминало никакую воинскую организацию, становится, ну или уже на семьдесят процентов стало, вполне нормальной регулярной воинской частью, которая способна дать отпор любому противнику. Тем более наше техническое оснащение на сегодняшний день вполне удовлетворительное.

– Тогда у меня такой вопрос. Вы сейчас становитесь профессиональным боевым соединением и встаете на одну линейку с профессиональным боевым соединением украинской армии. Теряются ли при этом те позитивные черты, которые присущи только партизанскому движению, только ополчению: нестандартные действия, нестандартная организация, процессы обороны, наступления, диверсионных действий. С приобретением стойкой профессиональной структуры не потеряет ли бригада