Великая война. 1941–1945 - Алексей Валерьевич Исаев

стоявший в ста метрах впереди позиций пехоты. Дом был прекрасным наблюдательным пунктом и хорошей площадкой для обстрела противника, оттуда открывалась панорама города на запад, север и юг в радиусе километра.

Красноармейцы очистили здание. Вскоре на помощь разведчикам прибыл взвод лейтенанта Афанасьева. Когда враг осознал потерю и пошел в атаку, его встретили плотным огнем.

За 58 дней последующих боев обороной руководили разные командиры. Но так уж вышло, что закрепилось имя Якова Федотовича. Первыми Дом Павлова использовали артиллеристы, делая на картах. Как Дом Павлова он значился и в донесениях, и в приказах по армии.

К сооружению проложили подходы, соединяющие с мельницей и с соседним зданием, захваченным лейтенантом Заболотным. По ним прибывало подкрепление. В стенах проделали амбразуры для ведения огня, подходы заминировали.

Бойцы быстро освоились на новом месте. В квартирах осталось много вещей. Нашелся даже патефон. Правда, уцелела лишь одна пластинка, но в перерывах между боями с немцами, которые предпринимали попытки любой ценой отбить дом, над руинами плыла музыка…

Штаб Чуйкова переместился на открытое место у огромных цистерн нефтехранилища. Определив его расположение, немцы начали обстрел. И русские, и немцы были уверены, что нефти в цистернах нет, но, когда те стали взрываться, горящие потоки хлынули к окопам, где располагался штаб, и лишь чудом не залили командный пункт. Телефонные линии сгорели, из-за дыма невозможно было дышать. В течение трех дней Чуйков был заперт в огненной ловушке. Все это время командующий Сталинградским фронтом Еременко, находившийся на восточном берегу, не знал, жив ли Чуйков и где штаб его армии. Наконец, от Чуйкова пришло сообщение: «Мы там, где больше всего дыма и огня». Штабу 62-й армии вновь пришлось менять свое расположение. Немцы все больше усиливали натиск, прижимая Красную армию к Волге. 4 октября они захватили район вокзала. Спасла положение переправа в город воздушных десантников генерал-майора В. Г. Жолудева.

14 октября начался новый штурм. Основной удар наносился теперь в районе тракторного завода. Против дивизии Жолудева действовали три пехотные и две танковые дивизии. А Сам Виктор Григорьевич с автоматом в руках сражался рядом с уцелевшими бойцами.

На подходе к переправе находилась свежая 138-я стрелковая дивизия Людникова, но до ее прихода нужно было продержаться. С территории тракторного завода немцы наносили удары по заводу «Баррикады». Лишь залпы «катюш» с левого берега реки остановили атаку. Однако враг достиг Волги, разделив 62-ю армию на две части. В то, что Сталинград удержать удастся, не верил даже Чуйков.

16 октября, когда битва шла в 320 метрах от штаба, высадилась 138-я дивизия Людникова и вступила в бой в районе завода «Баррикады». Немецкое наступление вновь остановили. Гитлер пребывал в ярости, что Сталинград до сих пор не взят.

Из сообщения ВВС, октябрь 1942 года:

«Сталинград поглотил гитлеровские армии. Польша была завоевана за 28 дней. За 28 дней в Сталинграде немцы сумели захватить несколько домов. Франция пала за 38 дней. В Сталинграде за 38 дней немцам удалось перебраться с одной стороны улицы на другую».

Немцы называли военные действия в городе «крысиной войной», где нельзя положиться на техническую мощь армии. Здесь солдат стоял против солдата, и разделяло их 10–20 метров. Выигрывал тот, кто злее и изобретательнее, тот, в ком больше мужества и воли, тот, кто сильнее духом.

К концу октября советские бойцы, глядя на пленных, заметили, что те перестали бриться и мыться. Отчасти сказывался недостаток воды. А ведь до Сталинграда немецкий солдат со вшами был большой редкостью!

Напротив, в Красной армии именно в эти тяжелые дни иметь неопрятный внешний вид стало дурным тоном. Вне зависимости от тяжести сражений раз в неделю каждый шел в баню на берегу Волги и получал комплект чистого белья.

У реки среди множества блиндажей, напоминающих ласточкины гнезда, люди знали, где можно починить часы и обувь, выменять хороший нож или мундштук.

Именно здесь в полной красе проявилась знаменитая фронтовая традиция. Один солдат мог подойти к другому, дотронуться рукой до кармана, а другой до кармана приятеля и предложить: «Махнем не глядя». Отказаться нельзя. Так окурок обменивался на портсигар, а зажигалка – на пистолет или деньги. В ситуации, когда в любую секунду можно потерять жизнь, цена вещей сводилась к нулю.

11 ноября. Последнее наступление Паулюса в Сталинграде. У завода «Баррикады» немцы достигли Волги и окружили дивизию Людникова, разрезав 62-ю армию на три части.

138-я дивизия, или, как ее называли, «остров Людникова», полтора месяца в одиночестве защищалась в 200 метрах от Волги.

Переправы, по которым шло снабжение войск, находились под постоянным огнем и днем и ночью. Вскоре Волга начала замерзать, и суда уже не могли доставлять в Сталинград боеприпасы и продукты. Лишь самолеты У-2, навьюченные как верблюды, сбрасывали мешки с патронами и сухарями. Парашютов не хватало, и груз часто просто скидывали с малой высоты.

Однако обеспечить бойцов всем необходимым по воздуху невозможно. Судьба последних защитников Сталинграда, казалось, уже решена.

Приближалась зима. От Балтики до Волги фронт обороны выглядел неуязвимым. Союзникам – венграм, румынам и итальянцам – доверили удерживать часть позиций на Дону. Считалось, что, даже если советским войскам удастся взломать оборону, серьезного кризиса не возникнет. Господствовало мнение, что русские «едва ли в состоянии начать крупное наступление с далеко идущими целями».

Однако в сентябре командование Красной армии начало работу над планом полного разгрома Паулюса. Из района станицы Клетской войска Юго-Западного фронта должны были нанести удар по городу Калачу. Навстречу наступали войска Сталинградского фронта, замыкая окружение противника. Донской фронт наступательными действиями должен был сковать немецкие части и не дать перебросить их на другие направления.

Численный перевес советских войск был не такой уж значительный, и успех «Урана» зависел от мастерства солдат и командиров. Но неприятности начались еще до первых залпов. В ночь на 19 ноября перед днем атаки поднялась метель, видимость резко упала. Сталин подчеркивал:

«Если авиаподготовка операции неудовлетворительная, то операция кончится провалом».

Теперь из-за снега приходилось вообще отказаться от поддержки авиации. Однако откладывать наступление не стали. На юге войска уже переправились через Волгу. Спрятаться в степи они не могли, но ждать хорошей погоды означало обнаружить себя перед врагом.

19 ноября в 8:50 загремела артиллерийская канонада, завершившаяся залпом «катюш». Обстрел велся почти вслепую, но румынская оборона рассыпалась под первыми ударами танковой армии.

Контрудар по атакующим попытался нанести 48 танковый корпус немцев. В районе Усть-Медведицкого произошел крупный встречный бой, длившийся более суток. Корпус вермахта разбили.

Позднее началось наступление к югу от Сталинграда,