Великая война. 1941–1945 - Алексей Валерьевич Исаев

После поражения Крымского фронта на Керченском полуострове в мае 1942 года, советских войск под Харьковом и в Донбассе противник имел подавляющее превосходство в силах над войсками, оборонявшими Кавказ. Единственным способом сохранить остатки бойцов был немедленный отход к реке Терек.

28 июля Сталин подписал приказ № 227 «Ни шагу назад!» и одновременно утвердил предложение Буденного об отходе. Одно не противоречило другому – стратегия не означала забвения военной целесообразности. Обрывистые берега реки и высокие горы давали надежную опору обороне. Своевременное отступление обещало сохранение войск и удержание Кавказа. Промедление могло привести к окружению и разгрому.

Основные резервы уже задействовали под Сталинградом, и восстанавливать фронт на Кавказе было нечем. Началась подготовка рубежа Терека к обороне.

После провала «Барбароссы» и стратегии блицкрига в ходе битвы за Москву немцы спланировали второй «молниеносный» поход. Главный удар направлялся на разгром южного крыла советских войск, а в последующем и на других направлениях. К осуществлению приступили 28 июня 1942 года. Важной составляющей плана стал и захват нефтяных месторождений Кавказа.

Накануне войны, в 1940 году, в Бакинском нефтяном районе добывалось свыше 71 % всей нефти СССР. В Грозненском и Майкопском – свыше 24 %. Также в районе Баку осуществлялась переработка 90 % добытой в СССР нефти. Захват основных месторождений и перерабатывающих заводов мог оставить Красную армию без топлива.

После начала операции «Блау» и взлома обороны Красной армии к нефтепромыслам двинулась группа армий «А». Ударное ядро – 1-я танковая армия Эвальда фон Клейста.

В 1941 году Клейст возглавлял танковую группу на Украине и командовал частями в крупнейшем сражении в районе Броды – Дубно – Луцк. Теперь он получил непростую задачу прорваться к нефтяным полям Кавказа.

Буденный имел все основания просить Сталина об отходе к горам Кавказа. Они, словно гигантская стена, преграждали дорогу к Бакинской нефти.

Главный Кавказский хребет протянулся огромной грядой на 1200–1300 километров от Каспийского до Черного моря. Хребет условно делится на три части: Восточный Кавказ – от Апшеронского полуострова до горы Казбек, Центральный Кавказ – от Казбека до Эльбруса и Западный Кавказ – от Эльбруса до Анапы. Выше 3200 метров на Кавказе круглый год царство снега и льда. Путь к нефтепромыслам Грозного прикрывал и быстрый Терек.

Клейст планировал прорываться танками через Орджоникидзе (Владикавказ) по Военно-Грузинской дороге к Тбилиси. Перевалы Западного Кавказа он не считал нужным атаковать, а все усилия хотел сосредоточить на главном направлении. Однако германское верховное командование отклонило план. Для прорыва через перевалы Западного Кавказа направлялся горный корпус.

Гитлер ставил следующую задачу:

«Овладеть всем восточным побережьем Черного моря, в результате чего противник лишится черноморских портов и Черноморского флота».

1-я танковая армия пыталась отрезать войска Буденного от переправ, но безуспешно. Командующему удалось создать сильные арьергарды из имевшихся в распоряжении танковых и артиллерийских частей, которые поддерживались авиацией. В итоге немцем не удалось помешать организованному отходу частей Красной армии.

Лето 1942 года ознаменовалось важным шагом в развитии ВВС СССР: в составе фронтов формировались воздушные армии.

Теперь управление авиацией сосредотачивалось в одном штабе. Ранее они распылялись между штабом ВВС фронта и несколькими армиями. Такая негибкая система управления продемонстрировала нежизнеспособность в первый год войны.

Красную армию на подступах к Кавказу поддерживали авиация Черноморского флота, 5-я воздушная армия генерал-лейтенанта Горюнова, а также недавно сформированная 4-я воздушная армия 42-летнего генерал-майора авиации Вершинина.

Вершинин Константин Андреевич (1900–1973) – Герой Советского Союза, главный маршал авиации. Начинал службу в пехоте. В 1930 году его неожиданно направили в авиацию, в военно-воздушную академию. Поначалу воспринял перевод без восторга, а мастерство летчика освоил уже немолодым человеком. Именно пехотное прошлое помогало Вершинину управлять авиачастями прежде всего как инструментом воздействия на наземную обстановку.

В августе 1942 года от летчиков Константина Андреевича зависело выживание фронта Буденного. Они засыпали бомбами и ракетами колонны немецких войск, преследующих наших солдат.

Немецкий историк Вильгельм Тике:

«Необычная активность советской авиации создавала помехи выдвижению немецких соединений. Советские самолеты кружились над районами сосредоточения и демонстрировали подавляющее превосходство в воздухе».

Авиация стала и глазами отступающих. Самолеты-разведчики отслеживали передвижения врага и позволяли контролировать обстановку.

К перевалам Западного и Центрального Кавказских хребтов шли подготовленные и экипированные для действий в горах части. Они состояли из уроженцев Тироля и других гористых южных районов Германии.

Немцы располагали вьючными животными и особой облегченной артиллерией. Помимо натасканных в Альпах егерей, на Кавказ направили два «высокогорных» батальона с хорошей альпинистской подготовкой. Все эти части получили амбициозную задачу «пробиться через Кавказ западнее Эльбруса и в случае успеха выйти к Тбилиси». Чтобы прорваться через горы до закрытия перевалов с наступлением холодов в запасе имелось всего несколько недель. Выход гитлеровцев к Черному морю означал бы окружение и разгром советских войск на побережье.

Командование Закавказского фронта на тот момент считало, что горные вершины и высокогорные перевалы сами по себе непреодолимое препятствие. Основные силы расположились у подножия хребтов, ближе к морю. На перевалы выдвинулись лишь небольшие отряды.

Так, Марухский перевал обороняла всего одна стрелковая рота. Клухорский – прикрывали две стрелковые роты и саперный взвод. Защищали фактически только сам перевал, вместо выноса позиций на ближние и дальние подступы к нему. Не велась даже разведка на северных склонах.

Высокогорные районы Кавказа, где располагались перевалы Марухский, Клухорский, Белореченский, Умпырский и другие в августе 1942 года обороняли 20-я горнострелковая и 394-я стрелковая дивизии. Боевой порядок дивизии строился в один эшелон с выделением крупного резерва. Однако подобная организация не в полной мере соответствовала сложившейся ситуации.

Клухорский перевал занимали подразделения 1-го батальона 85-го полка 394-й стрелковой дивизии. Полоса обороны была очень широкой – до 140 километров. Поэтому вторые эшелоны располагались как можно ближе к перевалам на узлах дорог. Отдельные опорные пункты готовились и на переднем крае, и в глубине.

Передний край проходил по склонам высот и перевалов, обращенных в сторону противника. Но на территориях, захваченных врагом, передний край проходил по южным склонам, что существенно усложняло наблюдение и организацию боя. Для прикрытия промежутков в высокогорных районах выделялись отдельные отряды – рота, усиленная саперами.

Вражеский удар последовал 15 августа. Горные егеря предприняли замысловатый обходной маневр. В многочасовое восхождение отправились два отряда с пулеметами и минометами.

Преодолев скалистые склоны, они обошли с фланга советские части, находящиеся на Клухорском перевале. Защитники неожиданно обнаружили немцев у себя в тылу. Угроза с тыла и атака с фронта заставили наших бойцов оставить седловину перевала.

Из-за отсутствия надежной связи ситуация стала и