Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов

становится критическим. С правого фланга на кавказцев устремилась регулярная султанская кавалерия, с правого – масса легкоконных курдов и башибузуков. Тем временем отступившая назад первая линия русских приводится в прежний порядок, но при этом смертельное ранение получает генерал-майор И.Д. Орбелиани.

Чтобы восстановить положение, генерал-лейтенант князь В.О. Бебутов берет из резерва две роты Эриванского карабинерного полка и лично ведет их в штыковую атаку на поддержку правофланговых сил. Генерал-лейтенант, со шпагой в руках, командует солдатам:

– Ну, братцы! Пора и нам в дело! Вперед!..

Удивительно, но бесстрашный натиск нескольких сотен стрелков выправил положение. Штыкового боя контратакующие османы не приняли и отхлынули назад. Первая линия возобновила атаку неприятельской позиции, идя на приступ уступами. Удар наносился по стреляющей 20-пушечной батарее, которая в ходе сражения становилась центром вражеской обороны.

«Наша колонна устилала своими телами скат холма, ее головной батальон казался застрельщичьей цепью, так он был разряжен, и однако же она не зашаталась ни на мгновенье, шла и шла тем же ровным шагом, каким вступила под огонь, – и стала на турецкой батарее».

Рейс-Ахмед-паша послал к батарее все свои наличные пехотные резервы. Турецкая артиллерия с высот сосредоточила свой огонь по атакующей русской пехоте. Кавказская гренадерская бригада, Эриванский карабинерский полк в той ситуации держались стойко, хотя, поднявшись по скатам высот, наткнулись на изготовившихся к контратаке турок, стоявших в тесном строю и державших ружья наперевес. Мемуарист вспоминал:

«Это был момент критический для нас, так как мы остановились и не двигались вперед, держа также ружья на руку и крича «ура»; вот в это то время майор Турчановский, бывший впереди меня шагах в пяти, обернувшись лицом к батальону с поднятой рукой, в которой держал шашку, закричал людям: «ребята, вперед, за мной», но в тот же момент был поражен наповал штуцерной пулей…»

Тем временем генерал-майор А.Ф. Багговут на встречном движении опрокинул вражескую конницу и пошел вперед. Драгуны-нижегородцы и казаки-линейцы лихо перескочили через речку и вынеслись на горное плато. Там их встретило большое каре турецкой пехоты, изготовившееся отразить наскок русской кавалерии. Скорее всего анатолийцы отбили бы его.

Но случилось иное. Вслед за драгунами и казаками-линейцами на плато вынеслись конные орудия казачьего дивизиона есаула Кульгачева. Ему было суждено стать одним из главных героев сражения при Башкадыкларе. Подскочив к каре на дистанцию всего в полсотни шагов (!), орудийные расчеты развернулись и стали расстреливать вражескую пехоту «ближней» картечью. Иначе говоря, казачьи пушки били картечью в упор.

А вокруг каре, которое с первым залпом потеряло свою стройность, и артиллеристами есаула Кульгачева шла неистовая кавалерийская сеча. Казакам-линейцам с берегов Кубани под начальством подполковника Евсеева удалось опрокинуть атакующих султанских улан. Это позволило нижегородским драгунам врубиться в уже полностью расстроенное пехотное каре. Турки, и пешие и конные, не выдержавшие столь дружного натиска конницы противника, обратились в бегство, очищая горное плато.

Чтобы не упустить удачу из рук, генерал-майор А.Ф. Багговут (в том году будет повышен в чине), не теряя ни минуты, сразу же пошел в преследование. От него теперь зависел дальнейший успех атаки. Нижегородцы и казаки-линейцы во весь конский мах стали заходить в тылы турецких таборов, ставших немыми свидетелями разгрома своего фланга.

Победная чаша весов стала клониться в сторону русских. Атаки карабинеров и гренадер с фронта и удар кавалерии Багговута с фланга опрокинули противостоящих им анатолийцев. Те стали оставлять позиции перед походным лагерем. Видя такое, пехотные таборы, еще не участвовавшие в сражении, словно по чьей-то команде бросились на свой левый фланг к селению Огузлы, чтобы не лишиться единственного пути к отступлению, ведущего к Карсу.

Рейс-Ахмед-паша еще пытался выправить положение. Огромная масса курдской племенной конницы, сирийских арабов и башибузуков начала контратаку правого фланга первой линии русских, где стоял с кавалерией князь Чавчавадзе. Его нижегородским драгунам, сотне грузин-милиционеров и подоспевшим вовремя из резерва четырем сотням донских казаков пришлось целые три часа отбивать беспрерывные атаки легкоконных вражеских всадников, которые превосходили их числом в 8–10 раз!

Все же конникам Чавчавадзе удалось отбросить ополчение племен куртинцев к горе Караялу, хотя неприятель постоянно совершал наскоки. Драгуны прославленного на Кавказе Нижегородского полка не только отбивали атаки, но еще и шли в преследование отхлынувшей неприятельской конницы. За три часа беспрестанных схваток кони и всадники русских так вымотались, что на исходе сражения не смогли пойти вдогон отступавшим.

Генерал-лейтенант В.О. Бебутов, руководивший Башкадыкларским сражением, решил окончательно переломить ход баталии. Он вводит в дело всю отрядную артиллерию, которой командовал генерал-лейтенант Э.В. Бриммер. Орудийные расчеты встали в первую линию и повели прицельный беглый огонь. Турки, батареи которых замолчали, теперь ничего не могли противопоставить русским пушкарям, стремясь только избежать разящих залпов и поскорее покинуть поле брани.

Под бой барабанов кавказская пехота усилила натиск и штыковыми ударами погнала перед собой перемешавшиеся таборы. Вскоре занимается селение Огузлы. Его захват и послужил сигналом к общему бегству войска Рейс-Ахмет-паши. Единственное, что ему удалось организовать, так это прикрыть отступавшую в беспорядке султанскую пехоту регулярной кавалерией и курдской конницей.

Потерявшая стройность своих рядов, турецкая армия оказалась отброшенной от Башкадыклара за реку Маврякчай. Дорога была забита отступавшими османами, конница перемешалась с пехотой. Горная местность мешала преследованию, равно как не находилось малопригодных дорог для обхода бегущих к Карсу османов. Караванные тропы в счет не шли.

В противном случае разгром турецкого корпуса мог быть полным. Бежавшие войска Анатолийской армии имели такое численное превосходство над победителями, что заставили посчитаться с этим командира Александропольского отряда. Князь В.О. Бебутов в итоге приказал прекратить преследование и вернуться всем войскам назад, к селению Башкадыклар.

Успех русского оружия в сражении 19 ноября 1853 года при Башкадыкларе был полный. Войска бывшего янычара Рейс-Ахмет-паши – турки, курды и арабы-сирийцы в беспорядке отступили к Карсской крепости. Они потеряли на поле брани до шести тысяч человек убитыми и ранеными, бросив весь походный лагерь, обоз и артиллерию числом в 24 орудия вместе с зарядными ящиками.

Среди трофейных пушек оказалось так называемое «башкадыкларское кровавое орудие», в силу обстоятельств оказавшееся в самом эпицентре жестокого рукопашного боя. Оно, окрашенное в ярко-красный цвет, было в торжественной обстановке подарено султаном Анатолийской армии и считалось ее талисманом, почитаемой реликвией. По свидетельству очевидцев, вокруг него пало до полутора тысяч султанских аскеров (пехотинцев). Знаменитое орудие Крымской войны вместе с зарядным ящиком к нему нашло на более чем полтора столетия последнее пристанище в Санкт-Петербургском артиллерийском музее. Оно по сей день является молчаливым свидетельством ратной доблести воинов-кавказцев под Башкадыкларом.

Победители погибшими потеряли в сражении всего 317 человек – девять офицеров и 308 нижних чинов. Но раненых среди них набралось до тысячи человек. Общие потери составили 1294 человека.

Анатолийская армия теряла