Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов

сераскир Абди-паша считал, что по пути к Тифлису прежде всего следует взять крепость Ахалцых. Из нее открывались удобнейшие пути с гор на равнину, в Мегрелию и Гурию. Потеря стратегически важного пункта грозила русским войскам разрывом связей в отрядах действующего Отдельного Кавказского корпуса.

Ахалцых – бывшая турецкая, а потом российская приграничная крепость располагалась на левом берегу реки Посховчай (или Ахалцыхчай), в семи километрах от ее впадения в Куру. Город разместился в тесном ущелье посреди гористой и чрезвычайно пересеченной местности. Казалось, что сама природа побеспокоилась о безопасности крепостного города, прикрыв его собой буквально со всех четырех сторон света.

Сама крепость состояла из цитадели в виде каменной ограды на крутой голой скале, и собственно крепости, расположенной на утесе ниже. Город был окружен двумя рядами каменных стен с удачно расположенными фланкирующими башнями. Ахалцых представлял из себя сильно укрепленный форпост на русско-турецкой границе.

Благодаря волеизъявлению сераскира Абди-паши Ахалцых с самого начала военных действий оказался в центре быстро развивавшихся событий в приграничье. Еще в начале октября 1853 года главнокомандующий Анатолийской армией по указанию султана Абдул-Меджида заблаговременно сформировал и двинул против крепости 18-тысячный Ардаганский корпус. Во главе его был поставлен опытный ферик (дивизионный генерал) Али-паша, хорошо знакомый с противником и горным краем.

В боевой состав Ардаганского корпуса вошли восемь тысяч низама – регулярной пехоты и три тысячи сувари – регулярной кавалерии, 13 полевых орудий. Традиционно немалую часть султанского воинства составляла иррегулярная конница. В корпусе имелось около семи тысяч башибузуков и ополчений воинственных курдских племен.

Силы османского корпуса ферика Али-паши заметно – почти втрое превосходили противостоящий ему Ахалцыхский отряд русских войск, назначенный по диспозиции для прикрытия Западной Грузии. Особенно ощутим оказался перевес в коннице. И даже в пушках турки имели преимущество, но только в их числе, но не в выучке орудийных расчетов.

Весь собранный к тому времени у Ахалцыха сводный отряд кроме виленских егерей состоял из двух батальонов Белостокского и шести рот Брестского пехотного полков, двух легких батарей 13-й дивизионной артиллерийской бригады, двух горных орудий, девяти сотен донских казаков 2-го и 21-го номерных полков, двух дружин пешей грузинской милиции по 600 человек в каждой и Горийской конной дворянской дружины. Всего набиралось около семи тысяч бойцов.

Командовавший Ахалцыхским отрядом генерал-лейтенант князь И.М. Андроников через хорошо отлаженную армейскую разведку знал о намерениях Абди-паши. Целый корпус и его маршруты движения даже в горах трудно скрыть от посторонних глаз. Имея под началом опытных, повоевавших на своем веку кавказцев, Андроников все же составил не одну тревожную докладную записку наместнику в Тифлис. Хотя на сколько-нибудь серьезную помощь рассчитывать в той ситуации ему не приходилось.

Однако главнокомандующий императора Николая I на Кавказе нашел чем помочь. 2 ноября в недалекую от Ахалцыха крепость Ахалкалаки прибыл батальон Белостокского пехотного полка, а с ним пришла еще и пешая грузинская дружина в полтысячи ополченцев. Эти силы могли оказаться в трудный час ближним резервом Ахалцыхского отряда. На большее его начальнику пока рассчитывать не приходилось.

Когда Ардаганский корпус дивизионного генерала Али-паши 29 октября подошел к Ахалцыху, там уже изготовились к его встрече. Для начала турки постарались надежно блокировать город-крепость. Они до 12 ноября занимались обстрелом ахалцыхских укреплений из имеемых 13 орудий, установив их на удобных высотах. Однако бомбардировка успеха не имела, поскольку орудия русских успешно отвечали огнем, который в меткости превосходил неприятельский.

У Али-паши на все задуманное не хватало ни сил, ни решительности. Он на время отложил генеральный штурм крепости, укрепления которой оставались почти неповрежденными. Султанский ферик отважился на другое: корпусным отрядом он попытался прорваться к городам Гори и к самому Тифлису через Ахалкалакский округ и Боржомское ущелье. Османы достоверно знали, что здесь не имелось сколько-нибудь значительных сил русских войск.

Направление вражеского удара прикрывала небольшая крепость Ахцури. Ее гарнизон состоял из двух рот Брестского и двух рот Белостокского пехотных полков. Узнав о приближении ардаганцев, русские пехотинцы перекрыли Боржомское ущелье. Турецкая пехота атаковала их при поддержке регулярной кавалерии и пушечного огня. В ходе боя на помощь ахцурскому гарнизону успели подойти еще три роты брестцев и грузинские ополченцы из состава местной пешей милиции.

В течение целой ночи с 6 на 7 ноября небольшой гарнизон крепости отбивал настойчивые атаки неприятеля, со всей яростью пытавшегося прорваться через Боржомское ущелье. Брестцы и белостокцы, грузинские ополченцы сами не раз переходили в контратаки, завязывая среди камней и деревьев рукопашные схватки.

Ахцурский ночной бой закончился тем, что на восходе солнца оборонявшиеся ударили в штыки и окончательно опрокинули турок. Те, не выдержав натиска, отступили и очистили Боржомское ущелье. Победителям неприятель оставил одно орудие, четыре знамени и множество брошенных при бегстве ружей.

После разгрома под Ахцурским укреплением передового отряда Ардаганского корпуса его главные силы поспешно закрепились на выбранной Али-пашой позиции. Она казалась неприступной с фронта и к тому же находилась среди гор. Ферик Али-паша разместил свои таборы и кавалерию на участке от села Абаша до села Нижний Суплис на правом берегу реки Посховчай, всего лишь в двух-трех километрах к югу от Ахалцыха. Султанского военачальника беспокоило больше всего то обстоятельство, что наступательный пыл ардаганцев после неудачного прорыва через Боржомское ущелье заметно упал.

По всей видимости, паша и его штаб после первых неудач поняли, что «кавалерийский наскок» на отряды князя Андроникова им ничего путного не даст, и потому тактика была изменена. Закрепляясь на выбранных позициях, турки стали выжидать атаки русских войск. Ферик Али-паша рассчитывал успешно отразить ее, а потом и самому пойти вперед. Он даже предполагал на плечах отступающих ворваться в Ахалцыхскую крепость.

Начальствующий над Ахалцыхским отрядом тифлисский военный губернатор прибыл к вверенным ему войскам 12 ноября. Не откладывая дел в долгий ящик, И.М. Андроников стал на месте сразу же знакомиться с обстановкой, провел со всей обстоятельностью рекогносцировку неприятельских позиций. Он решил начать активные боевые действия незамедлительно, поскольку время не терпело и Ардаганский корпус мог получить от сераскира подкрепления.

Проведенная рекогносцировка, в которой участвовали отрядные командиры и офицеры службы Генерального штаба, утешительного дала мало. Она убедила князя Андроникова в том, что атаковать неприятеля можно было только с одной стороны – там, где среди горных теснин турки выстроили полевые укрепления. Только одним удачным выбором позиции ферик Али-паша показывал себя серьезным супротивником.

В русском лагере состоялся военный совет, решение которого отличалось полным единодушием. Его участников не смутили ни почти тройное превосходство турок в людях, ни неприступность от природы позиции в горах, усиленной лесными завалами и артиллерийскими батареями. Ни даже донесения конной разведки о скором подходе к османам свежих подкреплений из недалеких крепостей Ардаган и Карс.

На военном совете определили дату штурма и направления