Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов

атакующих ударов. Хорошо укрепившихся турок решили атаковать на рассвете 14 ноября одновременно с двух сторон: с фронта – со стороны селения Нижний Суплис и левый неприятельский фланг – по реке Посховчай.

В соответствии с диспозицией, определенной и утвержденной старшим начальником, все наличные войска разделили на две атакующие колонны. Генерал-лейтенант Андроников распорядился: всем быть в совершенной готовности к выступлению. От слаженности походного движения вперед зависели одновременность начала приступа и рассредоточения заградительного огня вражеской артиллерии.

Сразу же было усилено боевое охранение, дабы избежать просачивания вражеских лазутчиков. Конные и пешие дозоры перекрыли все окрестные тропы, задерживая на них любых путников. Приготовления к наступлению в русском лагере надлежало сохранить в тайне или хотя бы не дать турецкому командованию всей полноты картины.

Для атаки Ардаганского корпуса с фронта, то есть в лоб, выделялось четыре пехотных батальона. Их атакующие усилия поддерживались огнем 14 орудий. Эта колонна имела в пехоте примерно равный численный состав с другой, которой предстояло брать приступом левофланговую позицию неприятеля.

Второй колонной начальствовал командир 2-й бригады 13-й пехотной дивизии генерал-майор Е.П. Ковалевский. Основу его колонны составил Виленский егерский полк. В нее вошли также девять казачьих сотен, четырнадцать легких горных орудий, 12 сотен пеших Тифлисской и Горийской грузинских дружин, три сотни осетинского ополчения и две сотни местных дворян-добровольцев. Андроников постарался стянуть во фланговый отряд как можно больше орудий любого калибра.

Перед колонной Ковалевского ставилась задача штурмом овладеть турецкими полевыми укреплениями по реке Посховчай. Замысел кавказского военачальника строился на следующем: ферик Али-паша, связанный оборонительным боем по фронту, не сможет перебросить оттуда на свой левый фланг сколько-нибудь значительных подкреплений, прежде всего регулярной пехоты. В русской же колонне здесь имелось вполне достаточно кавалерии, чтобы прикрыть атакующих виленских егерей и ополченцев, а в случае успеха пойти на преследование отступившего неприятеля.

В своем замысле на сражение генерал-лейтенант И.М. Андроников оказался полностью прав. Именно эта колонна решила судьбу Ардаганского корпуса и обеспечила полную победу русского оружия в сражении на ближних подступах к Ахалцыхской крепости.

Как и было намечено, ранним утром 14 ноября колонна генерал-майора Е.П. Ковалевского выступила из лагеря без задержек и лишнего шума. В плотных походных порядках войска перешли лощину за брошенным жителями селением Ивлит и взошли на высоты левого берега несущего среди камней быстрые воды Посховчая. Четырнадцать орудийных расчетов встали на указанные им позиции. Теперь Нижний Суплис находился на расстоянии пушечного выстрела. Начало выдвижения на линию атаки оказалось удачным – османы только сейчас обнаружили изготовившиеся пойти вперед через реку войска противника.

Завязалась артиллерийская дуэль. Расчеты горных орудий, на руках втащившие их на береговые скалы, открыли беглый огонь по турецким батареям, стараясь сбить точность прицела неприятельских пушкарей. Селение Нижний Суплис и противоположный речной берег покрылись шапками порохового дыма. Интенсивная перестрелка продолжалась довольно долго – вплоть до той минуты, пока штурмующие не ворвались на укрепленные позиции ардаганцев.

По сигналу атаки два передовых батальона виленских егерей пошли на форсирование Посховчая. Одновременно с ними вперед двинулись сотни донских казаков и грузинские ополченцы. Они перебрались через глубокую и бурную горную реку с немалым для себя трудом, да еще под пушечным и ружейным огнем. За дальностью пальба ардаганцев не отличалась меткостью и наступавшим потерь почти не принесла.

Перейдя Посховчай, атакующие стали карабкаться на высокий противоположный берег. Они стремились как можно быстрее взойти на него и ввязаться в рукопашный бой. Егеря и ополченцы дружно помогали друг другу взбираться на крутизну. Передние подавали идущим вслед за ними ружья, ремни, руки. Конники шли правее, там, где вверх выходила неширокая лощина, удобная для прохода лошадей.

Оглушительная в горах пушечная канонада все усиливалась. С обеих сторон на площади в одну квадратную версту вело беглый огонь более тридцати орудий. Ни та, ни другая сторона снарядов не жалели, и их осколки находили все больше жертв. Ядра рикошетили от камня. Людей выводили из строя и осколки камней.

Шесть рот егерей пошли на лобовой штурм турецкой фланговой позиции, а две другие стали взбираться вверх по крутой узкой дороге, пролегавшей у подошвы скал. Турки теперь вели сверху прицельный ружейный огонь с дистанции всего в 50–70 саженей. Виленцы, сами стреляя не часто, с полным бесстрашием рвались вперед. Пример храбрости им подавали штабс-капитан Посальский и прапорщик Шестериков, бывшие впереди своих солдат.

Взобравшись на противоположный обрывистый берег Посховчая, егерские роты выстроились для штурма всего в 40 саженях от вершины прибрежной горы. Перед ним выше находились завалы с укрытыми за ними семью орудиями, которые вели теперь огонь только картечью. Турецкие пехотинцы, находясь за поваленными деревьями и камнями, вели частую стрельбу. По тому как она велась, чувствовалось, что аскеры никак не ожидали появления штурмующих русских на скате обороняемой ими высоты.

Выстроившись, цепь из егерских рот бросилась наверх. Не обращая внимания на частую пальбу, свист пуль и картечи, виленцы в считанные минуты с криками «ура» и руганью взошли на высоту и оказались по ту сторону вражеских укреплений. Среди их защитников начался переполох, стрельба на горе почти прекратилась, и начался рукопашный бой, который втягивал в себя все больше и больше людей.

Первым ворвался на позиции турецкой батареи подпоручик Данилов, сразивший шашкой двух турок и погибший здесь же у замолкших орудий от трех пулевых ранений. Отличился рядовой 2-й егерской роты Иван Рогозин. Он успел выхватить у бомбардира банник, которым тот хотел пробить заряд, чтобы картечным выстрелом в упор расстрелять штурмующих.

Атакующие батальоны Виленского егерского полка, не задерживаясь на захваченных артиллерийских позициях, штыками погнали от них прочь неприятельскую пехоту. На помощь атакующим через Посховчай спешили новые пехотные цепи.

Такая неудержимость идущих в атаку егерей ошеломила турок, стрелявших по русским из-за всевозможных укрытий. Однако от торопливости страдала меткость ружейного огня. Удачно форсировавшая водную преграду штурмовая колонна генерал-майора Е.П. Ковалевского бросилась в атаку с «примерным» воодушевлением, не оставляя неприятелю никаких шансов закрепиться на новом месте.

Несколько позднее успех пришел и к тем пехотным батальонам, которые атаковали вражескую укрепленную позицию по фронту. Им пришлось в атаке труднее своих соседей, но поставленная задача была все же выполнена.

Генерал-лейтенант И.М. Андроников в победной реляции, отправленной на следующий день в Тифлис, особо отметил мужественные действия русской пехоты в состоявшемся сражении. Он писал наместнику князю М.С. Воронцову:

«Пехота наша под ближайшими картечными выстрелами всей неприятельской артиллерии и под батальным непрерывным ружейным огнем переправилась через реку по грудь в воде. Приступ был так стремителен и единодушен, что неприятель при всей упорной защите должен был уступить, и первый шаг к отступлению был началом окончательного его поражения и совершенного расстройства…»

В сражении под Ахалцыхом военачальник Андроников показал себя новатором. Победа была