Смерть в тылу - Александр Александрович Тамоников

Глава одиннадцатая

— Что ж, очень даже неплохо у нас получилось, — довольно потер ладони майор Першин, выслушав доклад Шубина о том, как прошло задержание Сколова и поляка — бывшего немецкого осведомителя Влодзимеша Кухарского. — Хотя, честно признаюсь, пришлось понервничать немного. Особенно когда Иванова вдруг потеряли…

— Что значит — потеряли? — Глеб вопросительно посмотрел в сторону Зубова, который стоял рядом с ним.

— Ты, Глеб, на Толика не косись, — заметив его взгляд, сказал Першин. — Если бы не он, то мы могли бы этого Иванова, который на самом деле оказался Савелием Дмитруком, а не Дмитрием Ивановым, и вовсе упустить. Знаешь, куда этот Дмитрук рацию перепрятал?

— Откуда мне знать? Это вы его ловили, а не я, — ответил Глеб.

— Вот ни за что бы не догадался. И мы тоже не могли догадаться. А вот он, — Першин указал на Зубова, — догадался. Поэтому мы этого Иванова-Дмитрука и поймали. Толик, давай, сам расскажи, как дело было, — предложил он Зубову.

— Да чего там рассказывать, — с несвойственной ему скромностью заговорил младший лейтенант. — Ну да расскажу, — улыбнулся он. — Наш комбриг, то есть товарищ гвардии полковник, и начштаба подполковник Зицер разыграли спектакль перед старшиной. Как и договаривались. Я, правда, был далеко, и что там говорилось, слышать не мог, зато наблюдал за Ивановым и отлично видел, как тот обрадовался, услышав, какие планы выкладывают перед ним наши командиры. У него разве что слюна не текла от удовольствия, — рассмеялся он.

— Толик, говори короче, ты ведь не сочинение на свободную тему пишешь, — усмехнулся Першин.

— Но согласитесь, товарищ майор, что я прав. Вы ведь тоже все это видели.

— Видел, согласен, — рассмеялся Першин. — Но все равно, рассказывай короче. Нам еще допрос проводить. Кстати, — посмотрел он на Шубина, — мы ведь еще троих связных потом, во время облавы взяли. Двоих в городе задержали, а одного разведчики уже на выходе из Опатува арестовали. Пытался окольными путями уйти, по полю как заяц петлял, от копны к копне. Прятался, значит. Но извини, что перебил. Давай, Толик, рассказывай.

И Зубов рассказал, что Иванов, дождавшись, когда Слюсаренко и Зицер уедут, а их командир, майор Чихвидзе, тоже уйдет, сразу же отпросился у повара — сказал, что ему надо срочно отлучиться. Тот, как и просил его до этого Чихвидзе, дал добро, и старшина сразу же направился к мастерским и нашел там Глеба Проклова. Отозвал его в сторонку и о чем-то стал с ним говорить, а потом и спорить. Было видно, что Иванов на чем-то настаивал, а Проклов вроде как не соглашался. О чем был спор, Зубов, опять же, не знал, но после разговора Глеб Проклов отпросился у командира, и они со старшиной направились к лесочку.

— В то самое место? — уточнил Глеб.

— Да, именно в то самое, — подтвердил Зубов. — Но мы все-таки опростоволосились, думая, что рация находится где-то именно в том месте.

— А что, разве не там? — удивился Глеб.

— В том-то и дело, что не там, — не выдержав, вмешался Першин. — Этот Иванов, который Дмитрук, оказался хитрой лисой. Ты знал, например, что в том лесочке находится старое городское заброшенное кладбище?

Глеб покачал головой.

— Вот и мы не знали, — хлопнул себя по ляжкам Першин. — А он, оказывается, знал, — указал он на Зубова.

— Да не знал я! — воскликнул Зубов. — Вернее, я догадывался, что оно может там быть, но мне и в голову не приходило проверить свою догадку. Когда товарищ майор, вызвав меня, рассказывал, что вы расследуете убийство Савина, и показывал мне на карте то место, где это произошло, то я тогда не обратил на этот квадрат никакого внимания. Да и потом, когда сам там целый час бродил, выискивая, куда могли уйти Иванов с Прокловым, тоже как-то не вспомнил. А если бы вспомнил, то еще тогда мог догадаться, где может быть спрятана рация.

— А на основании чего ты вообще все эти свои догадки о старом кладбище строил? — не понял Шубин. — Объясни толком.

— Это все Юдитка. Это она мне как-то вечером, когда мы с ней ходили на полевую кухню за ужином, по дороге стала рассказывать разные страшные истории. Ну, что-то вроде городских легенд, что ли. И упомянула о старом городском кладбище, махнув как раз в ту сторону, где нашли тело Савина. Я тогда на это не обратил внимания. Мало ли куда ребенок мог рукой указать. Может, она вообще просто так махнула рукой.

— Оказалось, что не просто, — заметил Першин. — Дмитрук в лесок зашел, а Проклова, как и обычно, оставил на карауле. Я, конечно, ребят кое-где в том месте, в лесочке, заранее расставил. Толик ведь не мог топать прямо по полю за Дмитруком. Проклов бы тогда точно тревогу поднял и всю затею нам испортил.

— Да, поэтому я и пошел спокойно в обход, чтобы Проклову на глаза не попадаться. Думал, что в лесочке за нашим шпионом есть кому присмотреть. А они его проморгали, — с укоризной посмотрел он на Першина.

— Каюсь, упустили, — развел тот руками. — А когда поняли, что потеряли, то решили Проклова задержать и у него узнать, где старшина может прятаться.

— Но этот балбес ничего не знал, — подхватил Зубов. — Хотя и перепугался, что его сейчас расстреляют прямо на месте, но все равно твердил одно: старшина пошел с кем-то из рыночных торговцев встречаться, и все тут.

— По всему видать, что его Дмитрук за нос водил и подачками от пани Кароль приманивал, — добавил Першин. — Мы уже думали, что все, накрылась наша операция и мы упустили Иванова. Думали, что он шум услышал, когда мы его искали по всем кустам, и ушел к немцам. Но тут Толика осенило и он вспомнил о старом кладбище.

— Да уж, вовремя я вспомнил, это точно, — согласился Зубов. — Я, когда вчера один в том месте бродил, споткнулся пару раз о какие-то не то камни, не то плиты, но рассматривать их не стал. Мало ли по лесу камней валяется. Оказалось, что зря не стал. Повел я всех в то место, где спотыкался, и стали мы там все осматривать и листья разгребать. И оказалось, что прав я был. Ну, а дальше — уже дело техники. Нашли мы под одним деревом сдвинутую плиту. Фонариком в нее посветили, а там наш старшина Иванов сидит. Как зверь в норе. Только глаза сверкают. Притаился, зараза. Думал, что мы мимо пройдем.

— И рация при нем