Нигилист. Повесть о штурмовике - Михаил Каюрин

После продолжительного молчания и выпитой водки отец, наконец, успокоился и уставился в экран телевизора. В это время начались новости по российскому каналу.

Военный корреспондент рассказывал о сложившейся обстановке в зоне СВО. Когда он умолк, Михаил не удержался, и задал вопрос, скорее в пространство, чем отцу. Вопрос, который вертелся у него в голове последнее время:

– На кой хрен вообще надо было развязывать эту войнушку? – проговорил он с досадой. – Неужели нельзя было решить все проблемы мирным путём, договориться обо всём за рюмкой чая?

– Договориться? – отец вскинул на Михаила свой придирчивый взгляд, словно давно ждал от него подобного вопроса. Ждал, потому что хотел услышать позицию сына с самого начала СВО, но не решался спросить его об этом прямо и открыто.

– Да, договориться. Сесть за стол переговоров и найти компромиссное решение.

– Компромиссное решение? – сверкнул глазами отец. – А что же ты тогда, бляха-муха, не находишь этот самый компромисс со своим неплательщиком, а сразу вырубаешь ему электричество?

– Не сразу, – возразил Михаил. – Тут ты, батя, не прав. Прежде чем отключить должника – пытаюсь его вразумить, что долг следует погасить, иначе придётся жить в темноте. Наш «Энергосбыт» не бесчинствует при взыскании долгов.

– Россия тоже пыталась вразумить власти Украины на переговорах в Минске, предупредив, что бомбить мирных жителей Донбасса она не позволит. И требовала-то всего ничего: разрешить говорить на русском языке и не притеснять православных.

– Значит, хреново договаривались, не тех людей усадили за стол переговоров, – не сдавался Михаил. – Нужно было просто переждать некоторое время, сменить состав делегации, если этого требовали обстоятельства, и вновь перетереть возникшие разногласия.

– Ты сынок, вероятно, плохо следил за происходящими событиями, – сердито покачав головой, проговорил отец. – Тёрки эти, выражаясь воровским жаргоном, длились очень долго и безуспешно. И сходки были на самом высоком уровне – собирались президенты четырёх стран. И что? Восемь лет длилась эта говорильня. Сколько можно трясти губой попусту? Вот и наступил момент, когда пришлось пустить в ход кулаки. Поступить иначе Россия уже не могла – надо было спасать людей, которых лишили воды и продовольствия. Даже гуманитарные конвои через границу не пропускали. О чём тут можно ещё говорить?

– По-твоему, выходит, проливать кровь своих граждан предпочтительнее, чем ёрзать на стуле при переговорах? – усмехнулся Михаил.

– А по-твоему, надо было смиренно сидеть, возмущаться обстрелами мирных жителей Донбасса, хоронить невинных детишек и ждать, когда бандеровцы вооружатся до зубов, а затем нападут на Россию, как Гитлер в 1941 году?

– Не надо преувеличивать, батя, – скривился Михаил. – Зачем хохлам нападать на Россию?

– Простым хохлам-работягам и не нужно, а вот нацистская власть и прочая бандеровская сволочь, поддерживаемая Западом, спят и видят, как побольнее отомстить москалям за поражение своих предков.

– Батя, нацики на Украине составляют менее одного процента от всего населения страны, – сообщил Михаил. – Неужели ты серьёзно полагаешь, что они могут существенно повлиять на основную массу жителей?

– Могут. Любая сумятица начинается с нуля, на пустом месте. Формирование банды начинается с одного или двух отморозков, и лишь потом группировка набирает силу.

– У нас в стране тоже есть фашисты, между прочим, – сказал Михаил, с усмешкой глядя в лицо отцу. – Причём, не кучка каких-то идиотов и дебилов, а целые националистические организации, которые открыто называют своей идеологией фашизм. И что? Шакал воет, а караван идёт.

– Ты ничего не путаешь? – вскинув брови от удивления, спросил отец. На его лице отражалось крайнее изумление. Он впервые услышал о существовании фашистов в России – стране, победившей эту коричневую чуму, казалось, навсегда. Заявление сына его потрясло и отчасти даже насторожило. Откуда у него такая информация? В голове даже мелькнула подозрительная мысль: уж не сам ли он состоит в рядах одной из них?

– Нет, не путаю. В нашей стране фашистов полно, – убеждённо произнёс Михаил. – И это не единицы, а целые организации. Двадцать три умеренного толка, а двадцать две – радикальные. Для тебя, я вижу, это ошеломляющая новость?

– А почему простым гражданам о них ничего неизвестно? – спросил отец. – Я думаю, у нас нашлись бы крепкие и горячие парни, которые в один миг скрутили бы эту мразь в бараний рог.

– Потому что в отличие от Хохляндии у нас в России организации националистического толка запрещены законом, – ответил Михаил. – Российские нацики не выпячивают напоказ свои устремления, не ходят по площадям с факелами в руках, а соблюдают конспирацию. Они сидят тихо и ждут подходящего момента.

– Не знаю, о чём думают наши власти, но я бы на их месте извёл этих сволочей на корню, пока они не подняли свои змеиные головы, – гневно проговорил отец. – Взял бы за горло мёртвой хваткой и придушил. А то ведь они вполне могут проявить солидарность с украинскими бандеровцами и наломать дров. Ты посмотри, что творится на СВО? Поверили им, овцам, отвели войска от Киева, а они облачились в шкуру волка и попёрли, мать их за ногу. Вот и пришлось нашему главнокомандующему объявить о частичной мобилизации.

– А я тебе, батя, задам вопрос в лоб: неужели умные головы в МО не могли просчитать, что сводной группировки вооружённых сил и Росгвардии явно недостаточно, чтобы удерживать освобождённую территорию Украины? Она же огромная. Неужели им не было известно о хреновом материально-техническом снабжении российских войск? – начал забрасывать Михаил отца каверзными вопросами. – Спецназ героически дошёл до Киева, а про его тыловое обеспечение как-то не подумали. Территории большие, и контролировать их оказалось некому. Почему оплошали и попятились назад, сдав Херсон и всю Харьковскую область?

Михаил внимательно посмотрел на отца, словно сомневался, стоит ли продолжать с ним разговор на военную тематику.

– Наши военные начальники, начиная СВО, похоже планировали триумфальный марш, – продолжил он. – Думали, что по пути до Киева они будут принимать букеты от благодарного населения. Но их ожидание не оправдалось: наших солдат встретили пулемёты и автоматы, РПГ и Джавилины. Да что там стрелковое оружие – в бой вступил весь букет натовского вооружения! Российских солдат стали убивать. Военные начальники вскинули руки вверх и закричали: караул!

– Не