К-19. Рождающая мифы - Владимир Ильич Бондарчук

Весной 1968 года атомная подводная лодка К-172 проекта 675 под командованием капитана 2 ранга Шашкова Николая Александровича несла боевое дежурство в Средиземном море. По чьей-то халатности на лодке пролили ртуть, и отсеки лодки были заражены ее парами. На предложение командования о замене командир лодки пообещал, что личный состав продержится. И продержались… «Автономку» продержались, а сколько в жизни продержатся члены экипажа — это уже никого не интересовало.

Командование военно-морского флота по достоинству оценило поступки этих командиров. Оба они впоследствии стали вице-адмиралами. В 1999 году Н.А. Шашков даже представлялся к присвоению звания Героя.

В одном из своих повествований о героизме советских подводников в мирное время писатель Н. Черкашин укорил американских подводников: «А слабо вам вахты стоять в радиоактивных аэрозолях да ртутных парах!» Конечно, слабо! И не потому, что американские подводники такие хилые. Просто их законы не позволяют в мирное время глумиться над людьми, состоящих на военной службе, преднамеренно подвергать их жизнь опасности. Американские мамы за такие проделки с их сыновьями такой иск предъявили бы Военно-морскому ведомству, что оно долго не могло бы с ними рассчитаться. А у нас никогда не жалели людей, а тем более военнослужащих, которых даже не за что было похоронить в случае гибели, не говоря уже о компенсации за потерянное здоровье.

Нужно отдать должное командиру К-19 Затееву, который, воспользовавшись присутствием дизельных лодок, произвел на них эвакуацию экипажа, не дожидаясь разрешения высшего командования. За это ему благодарность не только от экипажа, но и от всех подводников-ветеранов.

Миф шестой: Чернобыльский синдром

Отношение общественности к атомной энергетике делится на два периода: до Чернобыля и после. Дочернобыльский период характеризуется восторженным прославлением наших успехов в области атомной энергетики. В общественном сознании атом делился на военный и мирный. Военный — это атомные бомбы, создавшие ядерный щит государства, это подводные лодки с походами на Северный полюс и кругосветными плаваниями. Мирный атом — это атомные электростанции, несущие людям тепло и свет.

Считалось, что и военный, и мирный атомы не могут нести угрозу советскому человеку. Они надежно обузданы достижениями наших ученых и конструкторов. О случавшихся неудачах, неминуемо сопровождающих процесс освоения такого сложного производства как атомная энергетика, с народом не делились. Пока не случилась авария в Чернобыле.

Чернобыльская катастрофа является уникальной и, в некотором отношении, действительно беспрецедентна. С одной стороны, Чернобыльская авария по своим масштабам относится к наиболее тяжелым авариям с баллом 7 по шкале МАГАТЭ. Тяжелее аварию с внешним риском, то есть воздействием на окружающую территорию, вряд ли уже можно совершить. Только повторить.

С другой стороны, это первая авария, о которой вся исчерпывающая информация собрана и представлена мировой общественности. Во многом благодаря этому слово «Чернобыль» стало нарицательным, а сама катастрофа приобрела знаковый статус — ее представленность в информационном пространстве намного более значима, чем реальные последствия взрыва.

Автор книги «Чернобыльская тетрадь» Г. Медведев, в которой он описал чернобыльскую катастрофу, указывает на практику замалчивания атомных аварий, действительно существовавшую в СССР, и считает её одной из основных причин чернобыльской катастрофы. Но каждая авария имеет свой неповторимый профиль. И у чернобыльской аварии совсем другой профиль, принципиально другой характер от тех аварий на АЭС, произошедших ранее. Никакая самая полная информация обо всех предшествующих авариях на всех советских и зарубежных АЭС ничем не помогла бы персоналу 4-го энергоблока в ночь на 26 апреля 1986 года.

Как опыт «Челенджера» оказался беспомощным для «Колумбии». Миллионы телезрителей наблюдали, как при старте взорвался многоразовый космический корабль США «Челенджер». Однако его опыт оказался бесполезным для «Колумбии», которая сгорела при посадке.

Как опыт Чернобыля не предотвратил аварию на японской АЭС «Фукусима-1». На 20-ю годовщину чернобыльской катастрофы ученые провели ряд семинаров, на которых было отмечено, что чернобыльская катастрофа для советского общества является характерным событием. В Японии такая авария не произошла бы.

На 25-ю годовщину Чернобыля весь мир обсуждал уже аварию, произошедшую на японской АЭС «Фукусима». К аварии японцы пришли своим путем, и опыт Чернобыля не мог её предотвратить.

За 10 месяцев до Чернобыля в бухте Чажма Приморского края на 30-м CРЗ, при перезарядке активных зон реакторов на ПЛА К-431 произошел тепловой взрыв реактора. Это была самая тяжелая авария на объектах военно-морского флота. Тяжелее аварию на транспортном реакторе совершить невозможно. Можно только повторить.

Бывший командующий 4-й флотилией подводных лодок вице-адмирал В. Храмцов, в зоне ответственности которого произошла авария, в своей статье «Почему ядерная катастрофа в Приморье не предупредила Чернобыль?» тоже проводит мысль, что сведения об аварии в Чажме могли бы отрезвляюще воздействовать на оперативный персонал 4-го энергоблока ЧАЭС: «Если бы после катастрофы в Чажме прозвучали правдивые доклады вплоть до Генерального секретаря ЦК КПСС, председателя правительства СССР или хотя бы Министра Обороны СССР — уверен, что тогда были бы приняты меры организационные, в том числе созданы комиссии по проверке всех ядерных объектов СССР, по проверке компетентности, технической культуры персонала таких объектов. Тогда и по Чернобыльской АЭС были бы сделаны выводы из катастрофы в Чажме и, возможно, не пришел бы черный для всей планеты день -26 апреля 1986 года».

Ну, наступил черный день — произошла авария. Доложили Генеральному секретарю об аварии на 4-м блоке Чернобыльской АЭС. И что же Михаил Сергеевич предпринял экстренно в данной ситуации? А что б в Европе никто не догадался о нашем несчастье, велел в Киеве устроить грандиозную демонстрацию трудящихся в честь праздника Мира и Труда — 1-го Мая. За трогательную заботу партии о детях школьники дружно прошагали мимо трибун, скандируя слова благодарности в адрес благодетелей.

И правительство отреагировало должным образом. Когда Председатель Совета Министров УССР начал докладывать о необходимости эвакуации населения из Чернобыля, министр среднего машиностроения Е.П. Славский его «успокоил»: «Что вы там панику разводите? Вот приеду и одной задницей закрою ваш реактор». Как теперь видим, с задницей ничего толкового не получилось.

Какие еще комиссии нужно было создавать в Вооруженных Силах, если с 1980 года при Министре обороны СССР существовала инспекция по ядерной безопасности. Она проверяла и компетентность, и техническую культуру всех работающих с ядерными установками.

Значимей по своей компетенции органа, выдававшего допуск по контролю состояния ядерных реакторов, чем Институт атомной энергии им. И.В. Курчатова в Советском Союзе не существовало. Каждый год физики лаборатории физ-измерений береговых технических баз подтверждали свою компетенцию в этом Институте. Руководитель физпуска при перезарядке К-431 капитан 3 ранга А. Лазарев имел допуск к работам, подписанный директором института А.П. Александровым.