Урок истории - Дмитрий Юрьевич Пучков

запасов на складах нету, надо делать с нуля всё. Они начали с грехом пополам делать, отправили первую партию, отправили вторую, а третью партию иракцы заблокировали судно у берега и сказали: идите вы. А почему? А потому что трещины в корпусах. Зачем нам новые БТР с трещинами в корпусах? И это судно с украинскими БТР болталось там, я не помню, сколько месяцев. То есть получился скандал и конфуз. То есть к чему я это говорю? Опять-таки затронули вопрос: если коллектив на каком-то заводе, который выпускает высокотехнологическую продукцию, разрушают, то восстановить его потом будет крайне тяжело, практически невозможно. Хороший токарь на вес золота сейчас, даже здесь.

Дмитрий Пучков: Отличные деньги парни получают.

Андрей Ваджра: Вот я ехал в транспорте — висит объявление, у меня глаза выпали, когда я увидел: приглашают в порт питерский, верфь, по-моему, токарей и слесарей, зарплата — от 100 до 150 тысяч. Опаньки!

Дмитрий Пучков: Не так давно это было 5 тысяч баксов. Токарь!

Андрей Ваджра: Поэтому естественно, что на заводе Малышева… Смешно, вот последние новости, что были связаны с заводом, ещё до переворота, то, что мне на глаза попадалось, это последняя была новость, которую я запомнил, потому что смешно она выглядела: СБУ поймала очередного директора танкового завода, никогда не догадаетесь — за что. Сняли оборудование и продали на металлолом.

Дмитрий Пучков: Ну, это нормально.

Андрей Ваджра: Чтобы вы понимали ситуацию, что там происходит. То есть когда мне рассказывают, что харьковский танковый завод сейчас просто завалит украинскую армию танками и другой бронетехникой, я просто начинаю гомерически хохотать, потому что я прекрасно знаю, что этот завод уже ни на что не способен.

Дмитрий Пучков: Ну, видимо, чинить повреждённую в боях технику, безусловно, он может.

Андрей Ваджра: А дело в том, что это чинит даже не этот завод. Эту технику дяди васи в гаражах чинят, самое смешное, что на таком вот уровне — кувалдой, отвёрточкой. Что-то поехало, ну и слава богу. Главное, чтобы доехало, потому что, смешно звучит, но оно даже не всё доезжает до пункта назначения. Это всё смешно, это всё имитация, это называется распил военного бюджета, который отпущен.

Дмитрий Пучков: Я бы ещё добавил, что в советское время на всех военных предприятиях была военная приёмка. Это вот случай с отпихнутым от берега кораблём — это как раз оно, только там подобного произойти не могло вообще.

Андрей Ваджра: Ну вы же понимаете — какая военная приёмка? Украинский бизнес так устроен, что если ты не обманешь, ты не проживёшь. Вот они тупо обманывают, получаются скандалы, конфузы. Это ж с танками и БТР — это же не только с ними было, там много чего было, это отдельный разговор.

Дмитрий Пучков: Я про то, что пока всё это находится в цепких лапах государства, которое контролирует каждую ступень: какую копают руду, какую выплавляют сталь, куда эту сталь поставляют, как её катают, какие броневые листы приезжают, из чего мы тут варим эти БТРы, и в конце вот получается БТР. Если это роздано каким-то клоунам, это абсолютно безответственно.

Андрей Ваджра: Представьте, вот как директор завода снимает оборудование, которое стоит бог знает сколько и продаёт на металлолом! Но это ментальность, это местная ментальность такая.

Дмитрий Пучков: Она и у нас такая же.

Андрей Ваджра: Такая же, но не совсем.

Дмитрий Пучков: Вот сидим мы здесь — это тоже бывший завод, здесь тоже стояли станки, и всё уже утащено. Сначала приватизация, потом распиливание оборудования, сдача на чермет, цветмет, а дальше… Вот это сломать, а здесь построить жилые дома.

Андрей Ваджра: Правильно, это 1990 годы.

Дмитрий Пучков: Слава богу, что прекратили.

Андрей Ваджра: Но сейчас 1990 год давно-давно позади, а Украину заклинило в 90-х, во всех смыслах, не только в плане экономики. Во всех смыслах Украина осталась глубоко в конце 1980 — начале 1990 годов.

Дмитрий Пучков: Знаете, а вот всё время казалось, «казалось» — ключевое слово, я всё время смотрел, и мне всё время казалось, что вот у нас есть нефть и газ, и это типа страшно развращает: ничего делать не надо, оно через трубу течёт, а обратно бабло такой же рекой — все прекрасно себя чувствуют. И население, замечу, в том числе, на них тоже капает, и всё хорошо. И всё время как-то думалось, а вот у хохлов-то ничего нет, а они, постольку поскольку мы безо всяких там дурацких шуток и преувеличений один народ, то и это их заставляет как-то напрягать мозг, вертеться. Вот, наверное — казалось — наверное, у них, потому что у них нет этих ресурсов, вот у них, наверное, получится. И вот получилось.

Андрей Ваджра: Это потому что вы подробностей не знали. Это как журналист Сёмин, он тогда на РТР работал, приезжал, снимали они фильм по Украине, пришлось общаться с ним, довелось. Я спрашиваю: как впечатление? Они поездили уже по стране. Он говорит: примерно то же самое, что у нас, но у нас пилят заводы в том плане, что захватывают их, чтобы потом использовать, а у вас пилят в прямом смысле — на металлолом. Металлофонд страны, вот мы поняли, вот экономика, по сути, я промышленность описал. То есть на данный момент, после переворота, по сути, вся промышленность украинская зависела и зависит либо от российской энергии и сырья, либо от российского внутреннего рынка. Тот же военно-промышленный комплекс Украины, не способен произвести самостоятельно ни одного вида продукции, только вот этот танк Т-80, и то только на 95 %. Всё остальное без комплектующих из России не будет ни летать, ни ездить, ни стрелять. То есть украинский ВПК сам по себе бессмысленная вещь. Когда после переворота эти деятели полностью разорвали все экономические связи, ну американцы сказали: надо — комсомол ответил: есть! Пофиг, что там будет. Всё остановилось. В советские времена на заводах ВПК Украины работало около 1,5 миллионов человек, представьте себе, то есть это гигантский был комплекс, действительно, высокотехнологический, потому что производили действительно игрушки такие, что ого-го! Всё, этого уже нету, этого уже не будет. Россия методично ещё с 2000 года запустила процесс — закрывала производственные цепочки, создавала импортозамещение. Всё, что производилось на Украине и касалось стратегической сферы, сферы безопасности и обороны, все производства на территории России открывались, методично, это не последние два года, на самом деле это был длительный процесс, результаты которого мы сейчас видим.

Дмитрий Пучков: То