Урок истории - Дмитрий Юрьевич Пучков

Андрей Ваджра: Конечно. В металлургии занято около 500 тысяч человек, в химической промышленности — около 350 тысяч, вот такие цифры. Куда эти люди делись? Наверное, в АТО поехали. А где ещё можно заработать сейчас? Логика, да?

Идём дальше: машиностроение. Что такое машиностроение в любой экономике мира? Если представить промышленность в виде пирамиды, где внизу находится добыча сырья, переработка сырья, полуфабрикаты, то машиностроение — это вершина, это уже техносфера. То, ради чего существует вся экономика — это машины. Всё вот это, начиная с добычи руды и угля, ради того, чтобы производить разные машины. За счёт машин современная цивилизация существует. Не было бы машин, мы бегали бы с копьями в набедренных повязках. То есть это уровень развития цивилизации в той или иной стране. В 1990 году машиностроение Украины в общем производстве достигало, если я не ошибаюсь, 50 % всего промышленного производства. Это именно машиностроение. Чтобы вы понимали: любое экономически развитое, промышленно развитое государство, у него доля машиностроение во всей экономике где-то от 30 до 50 %. На Украине, по-моему, 53 % было в 1990 году. А теперь на минуточку задумайтесь: было 53 %, незалежность бахнула, и буквально через несколько лет эти 53 % превратились в 12. То есть вы представляете, какая катастрофа произошла?

Дмитрий Пучков: То есть кроме того, что это катастрофа, это касается лично граждан, которые там работали.

Андрей Ваджра: Конечно. Пошли шнурки продавать на базары. Я же помню по своему родному городу. У нас было несколько больших предприятий, в том числе машиностроение. Всё, их уже давно не существует. В лучшем случае там под склады помещения.

Дмитрий Пучков: У нас есть свои такие примеры: вот недавно в интернете был отличный ролик про Волгоградский тракторный завод — как это у нас происходило, опять-таки живой пример. Там дрона запустили, который летает и сверху снимает, там ничего нет вообще.

Андрей Ваджра: Согласен. Но дело в том, что кроме вот таких роликов можно огромное количество роликов показать о новых предприятиях построенных.

Дмитрий Пучков: Я про то, что вот он, живой пример, к чему это приводит.

Андрей Ваджра: Да, то есть одно умирает, но если создаётся что-то новое, то это жизнь. Но если только отмирает, и больше ничего не создаётся, а на Украине только отмирало, ведь ничего за 25 лет построено не было серьёзного. В лучшем случае какие-то цеха какую-то мелочёвку штамповали.

Дмитрий Пучков: Те же самые шнурки.

Андрей Ваджра: Совершенно верно. Но серьёзного чего-то создано на Украине за эти 25 лет не было. Обвал машиностроения, причём катастрофический обвал — вы представьте: с 53 % до 12 падение. По сути, это коснулось всех отраслей. Допустим, берём тяжёлое машиностроение: на Украине оно необходимо для той же металлургии, горно-металлургического комплекса — вот эти гигантские машины и всё остальное. Постепенно их вытеснило импортное производство, потому что чтобы конкурировать… Рынок-то открылся. Это раньше Советский Союз произвёл — на, пользуйся. А тут у тебя есть выбор — если там лучше, зачем же вот это вот? Естественно, кому нужны были вот эти все.

Дмитрий Пучков: Никому.

Андрей Ваджра: Тяжёлое машиностроение приказало долго жить.

Дмитрий Пучков: Ты составляешь конкуренцию — это ключевое. Хоть у тебя, допустим, ну как советские автомобили ЗИЛ или автомобили «Лада» — может, они и барахло, но в Африке отлично расходятся. А зачем нам в Африке твои «Лады», если мы можем там продавать наши «Фольксвагены»? Поэтому тебя надо уничтожить.

Андрей Ваджра: Конечно, это же экономика, здесь деньги, здесь считают, математика. Ты можешь быть патриотом сто раз, но если ты директор завода и тебе надо оптимально решить вопросы нового оборудования, ты будешь покупать лучшее по оптимальным ценам.

Дмитрий Пучков: Естественно, да. Это позволит заработать больше.

Андрей Ваджра: Совершенно верно. Там логика совершенно другая.

Дмитрий Пучков: А если ещё и тебе при этом взятки будут давать непрерывно, что турбины надо покупать наши, а не эти, лично тебе взятки давать будут, то вопросы вообще прекрасно решатся. Там не нет коррупции, как известно, на Западе. Но где надо, там трохи есть.

Андрей Ваджра: Ну да, там всё зависит от ситуации, от специфики. То есть тяжёлое машиностроение приказало долго жить, его, по сути нету, на Украине.

Дмитрий Пучков: В общем-то, всё взаимоувязанно, одно проистекает из другого, и если ломается тут, сломается и всё остальное. Если вы ничего не добываете, то соответственно, и машиностроение загнётся.

Андрей Ваджра: Сельскохозяйственное машиностроение — то, что для сельского хозяйства, все вот эти машины, агрегаты, всё остальное — оно ещё быстрее умерло. То есть уже 10 лет назад Украина закупала, не поверите, российскую технику и белорусскую, ну с вкраплениями западной. То есть вот если бы по уму… а именно вот эта отрасль, часть машиностроения, которая была ориентирована на сельское хозяйство, она была очень хорошо развита на Украине в связи с тем, что сельское хозяйство было тоже неплохим когда-то. Тем не менее оно умерло самым первым. Это притом, что, вот недавно я смотрел, Беларусь показывали — великолепная техника. Если бы не сказали, что эти трактора белорусские, я бы никогда в жизни не подумал, что они белорусские. Причём разные: от такого вот — по газонам на даче ездить — до гигантов, разных модификаций. Это же всё достаточно сложно, на каждый вид деятельности своя техника нужна. Ничего не стало. Я помню, в Киеве завод был недалеко от Нивок, там метро Нивки, район, сколько я помню — там едешь мимо, там какой-то мотлох ещё советских времён, старое такое стояло, завод давно уже не работал, там они какие-то лозунги вешали, чтобы спасти завод, ещё что-то. Но всё накрылось. В этом смысле всё, точка давно была поставлена.

Идём дальше: судостроение. На момент развала Союза торговый флот Украины был просто великолепен. Сам большой, давал большие деньги. Его раздерибанили буквально в момент. Там всякие схемы применяли: забирали у государства корабли путём банкротства, тупо пилили на металлолом. На данный момент торгового флота у Украины нет.

Дмитрий Пучков: У нас опять-таки тоже такое было. Говорят, подводные лодки наливали соляркой и волокли на верёвке в Польшу, где продавали солярку, а подводная лодка — на, себе заберите.

Андрей Ваджра: В лучшем случае на металлолом пилили.

Дмитрий Пучков: Вот это, да, тот же самый подход.

Андрей Ваджра: Кораблестроение. Тоже при Союзе строились все типы кораблей, причём очень серьёзное было