Урок истории - Дмитрий Юрьевич Пучков

остальное как было закрыто тарифами, так оно и осталось закрыто. Какой смысл в этом, непонятно? И вот итог: в прошлом году обвал — 20 % хоп и… То есть по идее наоборот должно было быть — зона свободной торговли.

Дмитрий Пучков: Да, выстрелить.

Андрей Ваджра: Да, выстрел — хопа, полный обвал произошёл торговли с Россией, со странами ЕАЭС и, по большому счёту, со всем СНГ. Я последние цифры смотрел: Кавказский регион, Средняя Азия — там катастрофический обвал украинского экспорта. То есть Украина теряет рынки, она их уже потеряла. Соответственно, произошло катастрофическое обрушение украинского производства, промышленного прежде всего. Всё, его уже нет, оно сейчас лежит. Сельское хозяйство, в принципе, то же самое. То есть оно сейчас выезжает за счёт зерна, но опять-таки фуражного зерна, там пищевого ноль целых, хрен десятых в экспорте. Зерно, потом подсолнечники, масло, ещё был для биотоплива рапс. Но это же страшные вещи, вы поймите, я разговаривал с человеком, который занимается агробизнесом. Принцип какой? Мы приходим на определённый участок, выживаем из него всё, что можно, истощение идёт почвы, а потом…

Дмитрий Пучков: То есть, несмотря на то, что это чернозём, его тоже можно истощить, да?

Андрей Ваджра: Конечно, тем более там рапс и подсолнечник — вы представьте, что там будет с землёй! Вы пару лет сажаете, сажаете, сажаете, не думая, что надо с землёй что-то делать — удобрять и всё остальное.

Дмитрий Пучков: Менять культуры.

Андрей Ваджра: Они же себестоимость-то делают минимальной для себя. Убили — перешли на новое место. Убили — перешли на новое место. Им пофиг, что там будет. После нас хоть потоп. Вот что представляет собой сейчас современное украинское сельское хозяйство. Опять-таки последние цифры я смотрел: да, Украина — родина свиней, но экспорт свинины упал до какой-то смешной тысячи тонн. В прошлом году, по-моему, 19 тысяч было, а в этом году он рухнул до одной тысячи. По сути, экспорта свинины уже нету. То же самое с экспортом говядины — она не настолько упала, что её вообще уже нету, но тысяча тонн для страны — это же ничто.

Дмитрий Пучков: Ни о чём.

Андрей Ваджра: В принципе, его нету. В ту же сторону двигается экспорт говядины.

Дмитрий Пучков: Я от себя добавлю. Вот, например, есть у нас торговые сети, это самые выгодные сбытчики — огромные моллы, как их теперь принято называть, в которых здоровенные помещения и стоят полки-полки-полки — здесь кофе, там сладости, а тут, например, сыры. Сыры берём абстрактно. Вот мы с вами производим сыры и хотим, чтобы в этой сети универмагов их продавали. За то, чтобы туда войти, в эту сеть, надо, например, занести — занести, дать взятку то есть — 300 тысяч долларов. Это за то, чтоб туда войти, и ежемесячно ещё надо засылать. Мат-перемат в 3 этажа! Какие кругом твари-сволочи, это вообще! Вот сидят какие-то люди, это они определяют, что будут есть граждане. У нас чудесный сыр, волшебный просто, он великолепен, а мы не можем его продавать, потому что вот этой сволочи нужно дать денег. И весь ужас в том, что денег дать нельзя, там уже всё забито. Ну если 500 занесёшь, может быть, как-то что-то сложится.

Андрей Ваджра: Да и то не факт.

Дмитрий Пучков: И вдруг на ровном месте, я считаю, нам с Запада объявляют санкции, и в мгновение ока, в исторической перспективе, оттуда исчезают французские и голландские сыры, например — раз, и их нет. А тут-то мы уже стоим и наши 300 тысяч баксов. Ну добро пожаловать — радостно улыбается нам гражданин…

Андрей Ваджра: Да, кстати говоря, на той неделе заходил, продукты покупали. Это интересно: курятина 100 рублей.

Дмитрий Пучков: Да никто не умер от этих санкций.

Андрей Ваджра: То есть было 150, захожу — 100. Странно, санкции же вроде. А по мясу Россия: по курятине полностью закрыла, по свинине полностью закрыла, говядина — да, по говядине ещё не полностью. По яйцам полностью закрыла. И этот процесс двигается.

Дмитрий Пучков: Это базовые продукты, это то, что едим всё время.

Андрей Ваджра: И опять-таки Россия сейчас получила этот результат не потому, что вчера это начали делать. Сейчас мы получили результат, потому что это началось бог знает когда, потому что вопрос про продовольственную безопасность был поднят, и это понимание есть у руководства страны.

Дмитрий Пучков: Я завершу про сети: и вот мы с вами ворвались — у нас сыр такой, сыр сякой, и третий, и десятый. Всё продаётся, и мы счастливы, и мы ежемесячно заносим. Я обращаю самое пристальное внимание, что заплатив взятку, что-то никто от этого не разоряется, наоборот, все в прибыли и даже ежемесячная абонентская плата — всё равно все в прибыли. Отлично, и вот санкции волшебным образом закончились. Или на Украине, например, начали что-то заново производить. А как войти-то? Вот только что мы бегали, трясли нашими тремя сотнями «бакинских», и никак было не войти, а теперь давайте вы побегайте.

Андрей Ваджра: Ещё год-два, и уже никто туда не зайдёт, это будет занято. Это надо так демпинговать, а кто позволит? Если те будут заносить, так извините, эти ж тоже сидеть не будут — они тоже возьмут чемоданы и понесут.

Дмитрий Пучков: Так точно. Невидимая рука рынка донесёт лишний чемодан, и ей ничего не будет.

Андрей Ваджра: Своим-то проще найти, кому занести.

Дмитрий Пучков: Может быть, я не спорю, есть какие-то мега-элитные французские сыры, там, козьи, ещё какие-то невероятного качества, эксклюзив, деликатес, который дорого стоит, покупают мало людей и т. д. Может, такого мы и не делаем.

Андрей Ваджра: Я вас умоляю, о том же хамоне большинство узнало только после того, как перестали его экспортировать в Россию.

Дмитрий Пучков: Самое страшное, что конкретно хамон экспортировать не перестали, хамона санкции не коснулись, вонь была напрасной. Ну да, есть какой-то микроскопический деликатес региональный, от которого нас всех прёт, мы вот любим его. Как во Франции есть город Канкаль, где живут лучшие вообще во Франции устрицы, они самые у них большие, самые вкусные и всё такое. Ну, на здоровье. Когда про устриц говорите, сразу сообщайте: ел канкальских, не надо мне про устриц рассказывать, все остальные ерунда.

Андрей Ваджра: В этом смысле вы мне Варламова начинаете напоминать.

Дмитрий Пучков: Чем?

Андрей Ваджра: А когда он здесь свои опусы ваял в ЖЖ по поводу Крыма: ой, вот