Тайная сила разведки Германии - Евгений Михайлович Гришин

В качестве шефа разведслужбы я бы считал своей задачей еще и следующее:

1. Устранение преувеличенной шпиономании, как и вообще распространения мыслей о шпионаже во всех слоях народа. Я бы запретил в России всякую литературу о шпионаже, и особенно литературу, издающуюся за рубежом. Насколько я знаком с подобными изданиями (как и фильмами), на мой взгляд, ничего хорошего в них не содержится. Наоборот, они причиняют вред, распространяют ущербную пропаганду. Поэтому было бы хорошо, если бы о шпионских историях в литературе, прессе, фильмах, пропаганде сообщалось мне и моим ближайшим сотрудникам.

Чем выше поднимается культурный уровень разведслужбы, которая удаляется от старого “шпионажа”, тем больше увеличивается ее ценность и значение, а также и опасность измены родине. Изменник родины, по-моему, является последователем “шпиона”. Это — предатель, находящийся в собственных рядах, действующий за деньги, сознательно, довольно хорошо осведомленный в делах, являющийся носителем секретов, иногда действующий по политическим мотивам.

За время моей руководящей деятельности в разведслужбе неизвестно ни одного случая, чтобы русский стал предателем родины. Что было с тех пор, я не знаю. Во всяком случае эта опасность растет и для России с увеличением интернационализма. Поэтому я бы действовал так, чтобы не создавать для врага почвы для предательства путем муссирования в народе мыслей о шпионаже, разведслужбах.

2. То, что становится известно своей разведке о деятельности вражеской спецслужбы, я бы держал в секрете. Пусть лучше она продолжает работать под наблюдением, чем перестроится и наблюдение прекратится. В связи с этим я хочу предостеречь от вражеских провокаций. Я лично не являюсь поклонником провокаций, но должен на них указать.

3. Наоборот, при создании поста шефа разведки в рамках моей компетенции я бы не имел ничего против того, чтобы о провокациях стадо известно в печати и врагу. Это покажет ему, что он и здесь не может рассчитывать на удачу или на старые взаимоотношения. Но для него должно остаться загадкой, как об этой провокации стало известно.

Я не знаю, содержится ли что-нибудь полезное в картине, которую я составил о русской разведке на время длительного “мира” на основании моего опыта Первой мировой войны. Одно я только могу определенно сказать: всякое решение очень трудно и требует времени. Нетерпение может все испортить. Многое из моего опыта относится только к немецкой разведслужбе и к другому времени. Россия же вклинивается в отношения стран Западной Европы, а ее разведка — в разведслужбу Германии. Кое-что из моего опыта, не полезное сейчас, может стать полезным в будущем.

Я надеюсь, что выполнение в такой форме данного мною в Веймаре обещания станет по меньшей мере дополнением для недостающей традиции ведения русской разведслужбой работы в Западной Европе. Принесет ей пользу и может оказать содействие в понимании немецкой судьбы, а также в том, что русский и немецкий народы пойдут нога в ногу в решении задач будущего.

5 июля 1946 г.».

Глава VII

«Я издавна чувствовал себя ближе к русскому народу, чем к Западу»

Итак, в сентябре 1945 г. Вальтер Николаи был арестован сотрудниками НКВД. Город Нордхаузен, где он проживал после капитуляции Германии, сначала находился в американской зоне оккупации, а потом отошел к советской. В рукописи говорится, что американский комендант предложил Николаи уехать вместе с ним в зону США, но он отказался, хотя у него была хорошая возможность переселиться к дочерям, проживающим в английской зоне. Свой поступок создатель немецкой разведки объясняет удивительным признанием, что «издавна чувствовал себя ближе к русскому народу, чем к Западу» и хочет «содействовать тому, чтобы оба народа познали и поняли друг друга». Это был сознательный выбор в пользу России.

Советская разведка проявила интерес к Николаи в начале 1930-х гг., в частности источник А/13 сообщал 22 февраля 1932 г.: «Со слов Рау (из абвера), Николаи в прошлом был сторонником советско-германского военного сотрудничества. Между ним и Гитлером крупные, принципиальные разногласия. Политическое положение СССР он оценивает несколько иначе, чем несколько лет назад. Николаи сотрудничал с полковником Бауэром, который до своей кончины являлся сотрудником при Чан-кайши. Генерал фон дер Липпе (из контрразведки) хотел бы иметь Николаи в качестве советника по СССР, но между Арнольдом Рехбергом (до Гитлера главный вдохновитель интервенции против СССР) и Николаи были крупные разногласия со времен 1914–1918 гг.».

Другой источник А/276 23 мая 1932 г. информирует: «Николаи сказал доктору Мартину (из контрразведки), что руководство рейхсвера ни в коем случае не пойдет против СССР. По этому вопросу руководством рейхсвера, где по внешнеполитическим вопросам взяла верх линия Шлейхера — Гаммерштейна (Рэи, Лицман, Эпп, граф Ревентлоу), якобы достигнуто соглашение с Гитлером».

25 февраля 1935 г. этот же источник, находившийся на связи у советского разведчика Турского, заместителя резидента-нелегала В. М. Заруби на в Берлине, доложил со ссылкой на доктора Мартина, что «Николаи получил приглашение от абвера прийти для разговора… Предполагается, что абвер хочет получить Николаи обратно».

В это время в газетах «Пари суар», «Прагер тагесблатт» появились сообщения о том, что бывший начальник немецкой разведслужбы якобы возглавил разведку Гитлера. В Москве на Николаи заводится агентурно-наблюдательное дело «Оберет» («Полковник»). Зарубин в июне 1936 г. дает задание агенту «Брайтенбаху» (сотрудник гестапо Вилли Леман) уточнить сообщения прессы. Агент докладывает: «Николаи вернулся в военное министерство, но только на историческую работу. Были дезинформационные сообщения “Прагер тагесблатт” 15 апреля 1936 г. и “Базлер нахрихтен” 27 мая 1936 г.».

В начале 1941 г. Центр в Москве вновь запрашивает резидентуру в Берлине о Николаи. 10 марта «Брайтенбах» передает такие сведения: «Полковник Вальтер Николаи в настоящее время на военной службе не состоит. Он проживает в Нордхаузене (Тюрингия), Штолбергштрассе, 58. Два-три раза в месяц он приезжает в Берлин, где работает в бюро Института по отечественным изысканиям — Берлин, В 35, Викториаштрассе 31, тел. 22-44-96. Бюро организовано самим Николаи. Имелись предположения, что бюро Николаи является замаскированным разведывательным отделом Верховного командования, но это совсем не так.

По утверждению различных руководителей (гестапо, абвера), Николаи уже давно отошел от политической и военной жизни. Он ушел на пенсию и перестал работать в армии еще до прихода к власти НСДАП. Можно с уверенностью сказать, что в разведке он больше не работает. Его власть кончилась непосредственно после мировой войны. Он считался сторонником кайзера и монархистом.

Бывший и теперешний руководители абвера (адмирал Кана-рис) никаких дел с ним не имели. Книга Николаи “Тайные силы” издательства “Миттер и сын” конфискована и в продажу не