Все права защищены (кроме твоих). Музыкальный бизнес глазами юриста - Кирилл Олегович Марковский

совершенно другие. Так в сериале «Мылодрама» в одной из серий звучит инструментальная композиция, очень похожая на легендарную Chariots of Fire греческого композитора Vangelis[35], а рекламный ролик компании T2 одно время сопровождал трек, близкий по звучанию к заглавной теме из кинофильма «Охотники за привидениями» 1984 года. Примером вокального sound-alike может служить творчество немецкой рокабилли-группы The Baseballs, которые в какой-то момент стали причиной того, что хит Рианны 2009 года – Umbrella стал выдаваться за песню Элвиса Пресли, записанной якобы в 1969 году. На деле вокалист коллектива просто мастерски копировал голос и манеру короля рок-н-ролла.

Имитирование голоса известного артиста при создании песни может влететь в копеечку в странах, где голос охраняется законом в рамках права на публичность (right of publicity) (например, в США). Одним из известных дел, связанных с защитой голоса как нематериального блага, было дело Midler v. Ford Motor Co. Автомобильный гигант Ford, получив отказ знаменитой певицы Бэтт Миддлер исполнить композицию для промо-кампании нового автомобиля, решил привлечь к записи ее бэк-вокалистку Улу Хедвиг, которая записала Do You Want To Dance, имитируя вокальную манеру Миддлер. Окружной суд не нашел нарушений, а вот апелляционная инстанция сказала, что «голос, как и лицо, является уникальным идентификатором личности, и его коммерческое использование без согласия владельца равносильно краже» и приняла сторону артистки. Вслед за Миддлер свой голос удалось защитить и Тому Уэйтсу, который в 1992 году отсудил у продуктового гиганта Frito-Lay аж 2,6 млн долларов за имитацию его голоса в рекламе.

Ремикс (от англ. remix) получается, когда продюсер (ремиксер), получая в распоряжение исходные дорожки (треки) каждого инструмента в песне, затем манипулирует ими, меняя темп, ритм, добавляя эффекты, новые инструментальные партии, при этом не трогая вокальную партию. Иногда продюсер сам дописывает какие-то инструменты. В отличие от кавер-версии, где при переработке не используется оригинальная фонограмма, ремикс всегда содержит видоизмененную готовую запись, тем самым затрагивая объекты смежных прав – исполнения артистов и фонограммы.

Истоки ремикса лежали в дымных студиях Ямайки 1960-х, где продюсеры вроде Кинга Табби создавали «даб-версии» – радикально перекраивали песни, выдвигая на первый план бас, ударные и эхо, стирая границы оригинальной композиции. В 1970-е нью-йоркский инженер Том Моултон адаптировал идею для диско-клубов, создавая extended versions – растянутые миксы с мощным битом для беспрерывных танцев, буквально переформатируя синглы под нужды танцпола. Моултон, кстати, изобрел и 12-дюймовый сингл – формат, который стал стандартом для клубных ремиксов. Но настоящий взрыв случился в 1980-е, когда расцвет хип-хопа подарил миру сэмплирование и «брейки», а продюсеры вроде Артура Бейкера (работал с New Order, Afrika Bambaataa) и Шеп Петтибоне (работал с Мадонной) превратили ремикс в самостоятельное искусство, в котором семплеры и драм-машины стали кистями ремиксеров.

В 90-е так называемые «клубные версии» (club mix) стали обязательной частью релиза поп-звезд, а продюсеры вроде Дэвида Моралеса или Братьев Кольер обрели статус звезд. Моралес, работая с Марайей Кэри, не просто удлинял треки, а создавал параллельные вселенные её хитов – например, его ремикс на Dreamlover с элементами house и gospel до сих пор считается эталоном.

Порой случается, что ремикс превосходит по популярности оригинальный трек. К примеру, Sing It Back электронного дуэта Moloko вы наверняка знаете лишь в ремиксе от диджея Бориса Длугоша. Любопытно, что сама группа сначала была против этой версии, но после оглушительного успеха включила её в свои концерты. А трек Missing британской группы Everything But The Girl диджей Тодд Терри превратил в международный танцевальный хит в 1995 году. Этот случай стал классическим примером «второго дыхания»: оригинальная акустическая версия провалилась в чартах, а после ремикса группа кардинально сменила звучание на электронное. Ну и все вы, конечно, (я надеюсь) слышали об Иманбеке Зейкенове (Imanbek), железнодорожнике из Казахстана, чей ремикс на песню Roses SAINt JHN в 2021 году выиграл премию «Грэмми». Этот случай показал, что в эпоху цифровых платформ географические и социальные барьеры в музыке рушатся: парень из глубинки с ноутбуком может перевернуть индустрию.

Некоторые артисты поощряют творческие переработки своих композиций. Так, американская индастриал группа Nine Inch Nails в 2007 году выложила в интернет три трека с альбома Year Zero (The Hand That Feeds, Only и Survivalism) в виде специального архива с исходниками для музыкального редактора GarageBand, с помощью которого любой мог создать собственные ремиксы. А 7-й релиз рокеров The Slip был полностью выложен в сеть бесплатно, сопровождавшись посланием от лидера Трента Резнора:

«мы поощряем, чтобы вы делали ремиксы, делились ими с друзьями, постили их в своих блогах, проигрывали их в своих подкастах, давали незнакомцам и т. п.»[36]

Альбом распространялся по лицензии Creative Commons, которая позволяла любому использовать песни с альбома путем переработки для некоммерческих целей, при условии указания авторства исходного материалы и дальнейшего распространения по такой же лицензии.

В последнее время стали популярны sped up и slowed + reverb версии песен. Суть таких ремиксов довольно проста: в одному случае песня ускоряется, а в другом – замедляется. Но за кажущейся примитивностью кроется глубокая трансформация восприятия: ускоренные версии создают ощущение гиперактивности цифровой эпохи, а замедленные – ностальгическую меланхолию. Буму популярности способствовал TikTok – такие ремиксы стали очень часто использоваться в роликах на этой платформе. Интересно, что многие артисты сначала боролись с этим трендом, а затем, видя виральный потенциал, стали выпускать официальные версии своих треков в таком стиле – яркий пример того, как платформы диктуют творческие решения.

Суммируя, нужно запомнить, что ремиксы – не исключение из правила, и для правомерного их создания и дальнейшей монетизации по-прежнему необходимо очистить как авторские, так и смежные права.

Маркировка музыкального контента

Знаки охраны прав

Вы наверняка знакомы со знаком охраны авторского права – он повсеместно присутствует на книгах, фотографиях, нотах, дисках, ставится рядом с фонограммами в стриминг-сервисах и цифровых магазинах. Этот символ, впервые введенный в США в 1909 году, стал универсальным языком защиты интеллектуальной собственности в глобальном масштабе. Знаменитый знак, который состоит из латинской буквы «С», заключенной в окружность (от англ. copyright – право на копирование), имени или наименования правообладателя и года первого опубликования произведения.

Например, согласно сведениям из стриминг-сервиса Spotify, правообладателем композиции Make It Last российской группы Therr Maitz являются сами участники группы, и релиз композиции состоялся в 2014 году:

©2014 Therr Maitz

Несмотря на название, такой знак указывает не на автора произведения, а на правообладателя, и с переходом исключительного права к новому правообладателю – уже он будет вправе указывать