Русская фея и Лев настороже - Илона Волынская

– Из-за парика, – Танька не стала мучиться, наливая водку в стакан, а хлебнула прямо из бутылки. Нежно прижав драгоценный сосуд к груди, она уселась рядом с Джейн, – парик на болванке, болванка на туалетном столике, столик возле окна. Я там сегодня целый день мелькала: то сопру парик, то обратно подкину, вот они и решили, что это моя комната.

– Говорила же я тебе, сиди и не рыпайся!

– Если бы я не рыпалась, они бы меня в моей настоящей комнате выследили, и где бы я сейчас была – неизвестно! – резонно возразила Танька.

Подумав, Джейн согласно кивнула. Танька сделала еще один длинный глоток, и тихонько прошептала:

– Слушай, Женька, мне так страшно, что аж внутренности немеют!

Джейн тяжко вздохнула, отобрала бутылку, основательно приложилась и призналась:

– Мне тоже. Надо будет и дверь, и окно чем-нибудь подпереть, а то буду всю ночь на них поглядывать, еще косоглазие заработаю.

Возмущенно взвизгнув петлями, дверь распахнулась и на пороге вырос разгневанный Чарльз. Окинув исполненным возмущением взглядом расположившуюся на полу троицу: Джейн, Таньку и бутылку, он заговорил и голос его подрагивал от сдерживаемого негодования:

– Моя дорогая леди Чедуик, вы мой партнер и моя жена, это заставляет меня мириться с тем нездоровым оживлением, которое вы внесли в мой дом. Но я попрошу вас не забывать, что миссис Симпс служила еще моему дяде, я ценю эту женщину и не позволю ее оскорблять! Если вы хотите здесь остаться, будьте любезны изменить свое поведение и прекратить третировать мою экономку!

Дверь захлопнулась также резко, как и распахнулась, выдав свою декларацию, Чарльз исчез.

– Просвистел и уехал, – после долгого ошеломленного молчания прокомментировала Танька. – Знаешь, мы тоже пойдем, после таких волнений лучше всего задрыхнуть часиков на десять-двенадцать, – зажав под мышкой бутылку, Танька удалилась.

Оставшись одна, Джейн подошла к зеркалу, внимательно изучила синие круги под глазами и коротко бросив отражению:

«Уродина!» – рухнула на кровать, заходясь в рыданиях не хуже миссис Симпс, – «Гад такой, скотина такая! Экономка его заботит, чтобы не дай Бог не обидели бедняжку! Защитник угнетенных, твою дивизию! Хоть бы поинтересовался, что с самой Джейн происходит! Кого волнует, что ее имущество опечатано, банк, считай, пропал, ее обманули и обобрали, ее ищет полиция, потеряно все: репутация, работа, капитал! Ни дома, ни страны, лицо без определенных занятий и места жительства! И неизвестно, какой могущественный враг так лихо растоптал ее жизнь, уничтожил плоды многолетних трудов! Но ведь это все ерунда, милейшего Чарльза волнуют чувства экономки! Джейн в гневе замолотила кулаком по подушке. Она одна, одна, всегда одна, против всего мира одна! Всегда так было и всегда так будет, и нечего выдумывать, и надеяться! Она никому не нужна и как всегда должна справиться самой! Но, Боже мой, как же тяжело!»

Уткнувшись лицом в мокрую от слез наволочку, Джейн медленно уплывала в тяжелый сон.

Глава 16

Чарльз восседал за столом один, словно в недавние добрые времена. Газета была не смята, женские голоса не терзали уши, тишина и благодать, лишь миссис Симпс привычно суетится вокруг сервировочного столика. Казалось бы, сиди и радуйся, собирайся с силам перед предстоящим днем. Увы, спокойствия не было, в душе прочно обосновались раздражение и чувство крайнего дискомфорта. Воздух дома звенел от натянутых струн обиды. Обиду излучала плотно закрытая дверь комнаты Джейн, обида сочилась из-под двери рыжеволосой гостьи, обиду и оскорбленное достоинство выражала напряженная спина экономки, когда она несла наверх подносы с завтраком.

Чарльз раздраженно отпихнул тарелку с яичницей и принялся за кофе. Отхлебнул, скривился. Всем хороша кухарка, но чашки приличного кофе ему не получить никогда! Вот ведь парадокс, почти все англичане любят хороший крепкий кофе и при этом не умеют его варить, пьют нормальный кофе только за границей. Джейн прекрасно готовит кофе, знает кучу всяких рецептов. В тот единственный день, который он провел в московской квартире супруги он чуть не позабыл о делах, пробуя то, что жена называла «кофий с вариациями».

М-да, жена! Стихийное бедствие, а не женщина! Господи, как все было хорошо еще пару дней назад! Он был солидным женатым мужчиной, и при этом оставался холостяком. Был полностью защищен от предприимчивых девиц на выданье и занудных настояний собственной матушки: «Чарли, женись, Чарли, женись! Хочу внуков, хочу внуков!» И в то же время жена была где-то далеко: в Москве, в Европе, в Америке, только не здесь! Она свято выполняла их соглашение, никогда не навязывалась, не контролировала, позволяла ему чувствовать себя абсолютно свободно, делать все, что он считает нужным. И вдруг как снег на голову! Она появилась и дом словно сошел с ума! Иммиграционные чиновники, бандиты какие-то, экономка в истерике… Черт знает что!

Ну хорошо, к появлению чиновника Джейн не имеет ни малейшего отношения, но остальное точно ее работа! Кажется, она влипла в серьезные неприятности. У них в России любой бизнес – штука чертовски опасная: мошенничества, убийства, взятки, совершенно невозможно заниматься серьезным делом. Если бы не советы Джейн, если бы не ее связи, концерн Чарльза не заработал бы в России и пенса, наоборот, как любит говорить жена: «…и последние штаны прос…». Гм, да! Такой забавный этот ее русский сленг, который она с педантичной тщательностью переводит на английский! И партнер она замечательный: умная, хваткая, надежная. Если вспомнить весь прошедший год, она сделала гораздо больше, чем должна была по их соглашению. Она не только спасла его предприятие, но и помогла значительно расширить сферу деятельности, ввела мужа в высшие финансовые круги, помогла получить кредиты. И до последнего дня тщательно берегла его репутацию, ему нечего было стыдиться своего брака.

Тут Чарльз почувствовал легкий укол совести. Не самым лучшим образом он сейчас благодарит свою чудо-партнершу. Злится, ругается, вчера ворвался в комнату, обидел. Конечно, Джейн и ее рыжая подруга просто замучили миссис Симпс, некрасиво дразнить старушку, но и миссис Симпс могла бы быть полюбезней! Ведет себя так, словно он приволок нищенку из-под моста и требует, чтобы ей прислуживали! В конце концов, Джейн прекрасно воспитана, у нее великолепный манеры, вполне достойная молодая дама, даже пристрастие к жаргонным словечкам ее не портит. И если у нее действительно проблемы, он, Чарльз, обязан помочь!

Но ведь она совершенно не желает принимать его поддержку! Феминизм дурацкий, просто безумие! Все сама, всегда сама, когда он предложил помощь, прямо-таки оскорбилась!