Шпионский маршрут - Александр Александрович Тамоников

В тот день только к сумеркам отряд окруженцев, среди которых был рядовой Ватагин, сумел перебраться через эту проклятую дорогу. Задержались только немного у лежащей перевернутой в кювете сорокапятки. Сорин и Вахнов тогда быстро обшарили промерзшие трупы и невесть как сохранившиеся вещмешки мертвых артиллеристов. В тот вечер они добыли невероятное сокровище — два размякших брикета пшенного концентрата и банку тушенки. Всю добычу свалили в сычевский котелок, перемешали, разбавили водой и съели. Вышло в аккурат по четыре ложки на брата. Съели холодную «без соли и без боли», как пошутил тогда Вахнов.

В следующий раз Ватагин ел через двое суток. Когда после короткой стычки судьба дала им возможность порыться в ранцах троих убитых ими фашистов. По поводу того ужина Вахнов уже ничего не говорил. Он погиб в такой же стычке днем ранее, и в кармане у Коли Ватагина тогда позвякивали патроны, взятые из его, Вахнова, подсумка.

— Идут, — коротко сообщил Лущенко.

Николай резко повернулся на живот и выставил перед собой автомат. Костиков, однако, даже бровью не повел. Оказалось, он снаряжает невесть откуда взявшийся «вальтер». Заметив, что Николай смотрит за его действиями, он пояснил:

— Всегда ношу его в сумке на такой случай. Полезная вещь, обзаведись при случае.

На траву рядом с Костиковым повалился прибежавший Арсен. Ему тут же сунули под нос флягу, и он сделал несколько больших глотков воды.

— Есть заимка, — выдохнул он наконец, утерев лицо пилоткой. — Метрах в шестистах отсюда. Два дома, сарай, сеновал. Погреб. Подходы есть со стороны ручья и из леса.

— Люди?

— Человек двадцать, полицаи, по форменным кепкам видно.

— Давно пришли? — подался ближе к разведчику Костиков.

— Точно не сегодня, — помотал головой Арсен. — По всем приметам, стоят уже несколько дней. Не веревках белье болтается, за сараем тьма пустых банок. Даже не закапывают, так кидают.

— Выходит, база у них тут, — предположил Лущенко. — Сколько, говоришь, народу?

— Человек двадцать, ходят открыто, часовые стоят. — Арсен вынул из-за голенища сложенный лист бумаги. — Вот дом, вот сарай, вот сеновал. Подходят со стороны ручья. Там и часовой стоит. Васька сейчас там неподалеку. Если что, снимет его без шума. Второй вот, со стороны поляны.

— Ну а как они себя ведут? — спросил Ватагин.

— Вроде спокойные. На улице, вот здесь, что-то на манер столовой. Стол длинный сколотили, лавки. Давно стоят, товарищ лейтенант, никого не боятся, ходят открыто, курят где попало. Командует какой-то высокий. Вышел на двор, так там все зашевелились.

— Вооружение?

— Половина с автоматами, у остальных винтовки. Судя по разговорам, — продолжал Арсен, указывая пальцем на план. — Я близко подполз, слышал — точно кого-то ждут. Но кого? Когда? Толком не разобрать, Болтовни много.

— Надо двигать, — решительно сказал Лущенко, покосившись на небо. — Через два часа темнеть начнет. Хорошо бы их разом накрыть… Столовая у них, говоришь?

— Ага, — подтвердил Арсен, показывая план. — Вот тут.

— Пожалуй, скоро ужинать усядутся, — предположил Ватагин. — Хорошо бы их всех разом за ужином и накрыть.

— Так, подходим с трех сторон, — начал распоряжаться Лущенко. — Нас двенадцать человек, по четыре на сторону. Арсен, возьмешь Вавилова и вместе с командирами подойдешь с этой стороны. Анпилов, Громов и Жокин — со стороны ручья, там, где Васька. Остальные — со мной, вот отсюда. Первым делом закидаем окна гранатами — это твое дело, Арсен. В бой вступаем по очереди. Сначала я, потом, когда они начнут разбегаться, уже вы. Сигнал к началу операции: первая граната. Сначала огонь, никакой атаки. Только по команде.

— Добро, Петр Сергеич, — одобрил план Костиков. — А если они сюда кинутся?

— Отсекайте огнем, — ответил Лущенко. — В случае чего начинайте охват, только под наш огонь не попадите.

Костиков кивнул в ответ, и Лущенко дал команду начинать.

Арсен провел группу точно туда, куда указал Лущенко. Хотя и пришлось сделать изрядный крюк, он вывел группу как раз к краю проплешины, что была неподалеку от дома.

Отсюда просматривался двор и задняя часть дома с запасным ходом. Запасливый Вавилов сунул Ватагину две гранаты.

— Давай-ка мы сразу дом с тылу охватим? — предложил Костиков, толкая Арсена в плечо.

— Можно, — прошептал разведчик. — Только далеко не уходите. С той стороны сеновал. До него от дома метров пять. Если они туда станут отступать, то будут как в тире. Вот только окошечко это мне не нравится.

— Присмотри, Коля, — сказал Костиков, — я отползу влево метров на двадцать.

— Жалко, двора не видно, — скривился Ватагин, снимая автомат с предохранителя.

Арсен махнул товарищам и, пригибаясь, побежал к дому. Добежав до покосившейся телеги, он привстал на одно колено, приготовился. Где-то из-за кустов вдруг донесся громкий утиный крик, в тот же миг Арсен швырнул гранату. Описав в воздухе дугу, она перелетела через крышу дома и взорвалась где-то во дворе.

Все пришло в движение. Со стороны леса ударили сразу четыре автомата. Лущенко хорошо видел двор и воспользовался моментом, когда полицаи стали собираться к столу. Теперь многие из них лежали мертвые, но те, кому повезло, открыли ответный огонь.

Арсен бросил еще две гранаты, точно, как первую, и в этот момент окно, которого он опасался, брызнуло осколками битого стекла.

Ватагин мгновенно выпустил в окно длинную очередь из автомата, в ответ тоже начали стрелять, но стрелок бил из глубины комнаты и потому не мог прицелиться. Пули Ватагина тоже не доставали его, и тогда он бросился вперед, проломился сквозь кусты, на ходу выдергивая чеку.

Снизу в доме был хозяйственный этаж, и потому окна жилых комнат были высоко. Из-за этого под окном была большая мертвая зона. Автоматчик не мог подойти к окну, туда стрелял Вавилов.

Чтобы забросить гранату, Ватагину пришлось подпрыгнуть, словно волейболисту. Но бросок вышел удачный, внутри комнаты грохнуло и повалил серый дым.

Арсен бросился к Ватагину и, сбив его с ног, прижал к земле. Из окна выбросили «колотушку», и она, влетев под телегу, разнесла ее в щепки. Звук разрыва на секунду оглушил Ватагина, и мир поплыл перед глазами, но через миг он уже был на ногах и снова готов к бою.

Во дворе стреляли, от ручья стреляли, стрелял, укрывшись за деревом, Вавилов. Полицаи, видимо, успели прийти в себя и, несмотря на потери первых минут боя, пытались организованно отходить к лесу.

Ватагин снова подпрыгнул и бросил в дом вторую гранату, огонь из окна прекратился. Изнутри доносились голоса, по которым Ватагин понял, что полицаи решили уходить из дома, выскочив через заднюю дверь.

Арсен, оглушенный и с ссадиной на голове, прижался к углу дома и стрелял в сторону двора.

Ватагин