Шпионский маршрут - Александр Александрович Тамоников

Водитель заметил дерево еще до того, как оказался у промоины, об этом ни Ватагин, ни Севчук не подумали. Выходило, что машина не доехала до нужного места метров десять.

Из кабины высунулся было водитель, но его осадил оставшийся в кабине офицер. Он высунул руку из окна, постучал по крыше кабины, давая сидящим в кузове знак убрать препятствие.

С борта спрыгнули двое, воровато осмотрелись, поводя вокруг стволами автоматов, и двинулись к дереву. Подойдя, один из них присел, словно что-то ища, но потом встал и сделал знак другому стащить осинку в кювет. Тот тронул ветку, потянул, сделал два шага, и тут же у его ног грянул взрыв. Первый, стоя ко взрыву спиной, рывком выпятил грудь и замертво повалился на дорогу.

Грузовик захрустел шестернями коробки передач, взревел двигатель, и машина попятилась, как перепуганный зверь. Съехала с дороги, уперлась задним бортом в дерево и бессильно заворочала попавшим в промоину колесом. По капоту и передним колесам ударила автоматная очередь. Севчук старался не попасть в людей, а только напугать. Водитель выскочил из кабины, держа в руке пистолет, и, сделав несколько выстрелов, кинулся к кустам. Подрезов пригнулся в кабине и выскочил на обочину. С его стороны огня не было, и он, пригибаясь, побежал в лес. Присел за стволом толстого дерева, вынул пистолет и стал осматриваться.

Водитель еще отстреливался, но потом послышался его сдавленный крик. И хруст веток. Подрезов оттолкнулся от ствола дерева и, пригнувшись, побежал дальше в лес.

— Стой! — скомандовал из укрытия Ватагин, когда до бегущего было несколько метров.

Тот упал на землю и наугад выстрелил несколько раз в сторону Ватагина. Но Николай, как только окрикнул его, сразу отскочил в сторону метра на два. А в ответ на выстрелы издал громкий и протяжный крик, услышав который Подрезов встал, держа пистолет перед собой. И тут же очередь Ватагина ударила ему в руку. Пистолет вылетел, а Подрезов упал, хватаясь за простреленную кисть.

Николай бросился на него и прижал к земле, уперев приклад в шею.

— Руки за голову, гад, — прорычал он.

— Больно! — прохрипел задержанный.

Ватагин навалился на него, прижав коленом к земле, и быстро ощупал карманы и голенища сапог. Вынул из-за голенища и отшвырнул в сторону нож. На помощь подбежал старшина, и вдвоем они подняли раненого на ноги. Раздробленная очередью кисть правой руки бессильно свисала кровавой плетью. Подрезов поддерживал ее здоровой рукой и ни о каком бегстве уже не помышлял. Старшина достал перевязочный пакет и стал бинтовать раненого.

Только сейчас Ватагин прислушался к окружающему пространству и понял, что вокруг тишина. Только двигатель застрявшего грузовика постукивает на холостых оборотах.

— Где спрятано тело лейтенанта Виктора Подрезова? — присев к задержанному, спросил Николай. — Отвечайте, мы знаем, что вы подменили его при следовании в часть.

Задержанный метнул на Ватагина гневный взгляд.

— Прошу считать меня военнопленным, — процедил он надменно.

— Где тело убитого вами лейтенанта Подрезова? — еще раз повторил Ватагин. — Запираться глупо. Вашу группу сдала капитан Серпик.

Задержанный попытался опять сохранить самообладание, но Ватагин, небрежно разорвав ему нагрудный карман, вынул пачку документов и стал медленно их рассматривать.

— Ну что ты на меня зыркаешь? — усмехнулся он, глядя на задержанного. — Вот и на твоих документах ее подпись, и фотография у тебя подклеена, и шрифт подгулял. А номер твоего удостоверения соответствует тому, что назвала задержанная Серпик.

Задержанный переменился в лице, но продолжал молчать.

— Ну молчи, молчи, — Ватагин со старшиной поднял задержанного на ноги. — Чем дольше молчишь, тем сложнее тебе будет получить статус военнопленного. Вот Миклун, например, не молчит, и в лагере его за это будут кормить. Подумай пока, минут десять у тебя есть.

Они вывели задержанного на дорогу, где у задних колес грузовика лежал связанный водитель. Севчук стоял у открытого борта, а Береговой, сидя в кузове, открывал ящики.

— Видал? — воскликнул Севчук, увидев подошедшего Ватагина. — У них тут целая канцелярия. Бланки документов, образцы печатей и подписей, даже фотоаппарат есть.

— Хорошо я гранату им в кузов не кинул, — присвистнул Лосев.

— Почему не стреляют? — удивился Ватагин, глядя на Берегового.

— Как это не стреляют? — удивился тот, невольно прислушавшись. — Ну, это сейчас уже не стреляют. Стреляли, и еще как. Двоих взяли живьем. У нас Лупанов и Павлик Дмитриев погибли. Гриша Грач ранен.

— Надеюсь, этот гад того стоит, — Севчук взял пленного «Подрезова» за ворот и свернул так, что тому стало трудно дышать. — Стоишь ты, сука, Пашки Дмитриева? Или прямо в этой канаве тебя утопить?

— Я готов сотрудничать, — залепетал пленный. — Я солдат. Я исполняю приказ. Я военнопленный.

— Военнопленный — это тот, кто, попав в плен, сознательно прекращает военные действия, — пояснил Севчук. — А ты не желаешь отвечать на вопросы, а значит, продолжаешь вести против нас борьбу.

Пленный явно растерялся от такого напора, но, видно, сообразив, что к чему, принял для себя спасительное решение.

— Что вы делаете на дороге? — насел на пленного Севчук. — Какое у тебя задание?

— Я… я обеспечиваю связь. Мне надо организовать систему телефонной связи.

— Кому вы передаете данные?

— Дальше по дороге есть другие, — перепуганным и дрожащим голосом стал объяснять пленный. — Здесь только я. Они имеют связь. Я только передаточное звено.

— Еще какие имена могут быть у внедренных агентов? Какие у них задачи?

— Я не много знаю. Только свою задачу. Это очень сложный план, никто здесь не знает его полностью.

— Серпик знает? — вклинился Ватагин. — Кто такой Седой?

— Я не знаю никакого Седого, — простонал пленный. — Женщина в штабе давала указания, кого надо перехватить. Она говорила, где и кого надо подменить. Снабжала нас документами с их именами и званиями. Часть документов делалась на базе. Она специально подбирала тех, кого надо подменить, и задерживала их в городе.

— Сколько всего подмен вы произвели?

— Не могу сказать точно, — пояснил пленный. — До меня была только одна акция. Но того человека вы взяли.

Севчук вскинул бровь, но, поймав взгляд Ватагина и все поняв, продолжил.

— Что вы делали здесь, в деревне?

— Это запасная база, на случай, если основная будет под угрозой.

— Где жители деревни?

— Никого нет, — потупился пленный. — Всех убрали уже давно. Местная полиция всех вывезла, я не знаю куда.

— Основная база — это которая в Сечанском лесу? — спросил Севчук. — Ты там бывал? Сколько вас было на этой базе?

— Да, — словно на все вопросы сразу, кивнул пленный. — Поступил сигнал перейти на эту базу. Но основная группа