Теряя контроль - Эмма Райц

– Август или сентябрь, – ответила Софи.

– Июль.

– Что? Почему июль? – Снаружи девушка изобразила удивление, но внутри довольно улыбнулась. Старик попался на наживку.

– В августе у меня операция. Хочу повеселиться напоследок.

Волохов решил упрочить его убежденность:

– Но в июле свадебный пик. Мы банально не сможем…

– Ерунда. У Ярослава целый отдел скучающих секретарш. Пусть хоть немного поработают и оторвут свои задницы от стульев.

– Боже, отец…

– Июль, – голос Якова буквально разрезал атмосферу надвое.

– Хорошо, – покорно кивнул Волохов, с трудом сдерживая смех.

– А ты ведь живешь где‑то неподалеку, да?

– Соседний коттеджный комплекс. Десять минут езды.

Яков о чем‑то задумался. В столовой повисла тишина.

Даниил, не снижая градус актерской игры, снова поцеловал Софи. На этот раз – в висок. Ее кожа была теплой и шелковистой. Она пахла весенней листвой и свежим степным ветром. Волохов поймал себя на мысли, что слишком долго прижимался к ней губами, и плавно отстранился.

– А чего вы не съедетесь? – наконец произнес Ранкович‑старший.

– В смысле? – моргнула Софи.

– Ну неужто я должен поверить, что ждете до свадьбы? – Он снова разразился хохотом.

Ярослав закрыл лицо ладонью.

– Да хоть сегодня, – выдохнул Даниил.

– Отлично.

Язык Софи чесался съязвить, но вместо этого она благодарно улыбнулась:

– Можно хотя бы зубную щетку забрать?

Яков покосился на внучку:

– Ну неужели я отпущу тебя как голодранку? Сегодня возьмешь всякие свои мелочи, а завтра приедешь за остальными вещами.

Волохов в этот момент судорожно пытался вспомнить, в каком состоянии находилась комната для гостей в его доме. От размышлений его оторвал старик:

– С твоей стороны много родни?

– Никого. Мать умерла, старшие родственники тоже. А с дальними я не общаюсь.

– Друзья?

На секунду Даниил задумался. Он большую часть своего времени работал, был в приятных отношениях с клиентами, коллегами и подчиненными, но дружбу ни с кем не водил. С другой стороны, если он сейчас выступит таинственным одиночкой, старик начнет задавать еще больше вопросов.

– Несколько человек. В пределах десятка.

– Ну, слава богу. Я уж думал, ты маньяк‑одиночка.

Даниил представил себе сцену, когда приедет в «Феникс» и выложит парням несколько сотен тысяч за шоу «Друзья Волохова». Он иронично усмехнулся и посмотрел на Софи:

– Я ведь не маньяк‑одиночка?

– О, нет. У тебя достаточно… милые друзья.

– Ладно. Я тут с вами утомился. Доедайте и проваливайте. А я пойду прилягу.

– Пойди, ага. – Ярослав снова подал знак рукой, и к старику подошел помощник, чтобы проводить его до спальни.

– Всего хорошего, Яков!

– И тебе не хворать, Даниил.

Когда он покинул гостиную, все трое с облегчением выдохнули.

– Всем бы в восемьдесят с лишним лет так отжигать… – Волохов с наслаждением размял напряженные мышцы шеи.

– Молчи, а? Кофе, чай? Хотя я бы не отказался от коньяка. – Ярослав потянулся за бутылкой, стоявшей ближе к центру стола.

– Я за рулем. Так что кофе.

– Я бы тоже выпила кофе…

– Ты как? Держалась неплохо. Хоть и всплакнула.

Софи закатила глаза:

– Пфф… Театральные фокусы. Деда бесят плачущие женщины.

– О… Тогда браво. Выглядело крайне натурально. – Даниил символически хлопнул в ладоши.

– Вот так я и живу. С дряхлым дьяволом и дочерью‑актрисой.

Софи вскинулась:

– Очень смешно. Ты же знаешь, я ненавижу эти «постановки»!

– Прости. – Ярослав примирительно улыбнулся.

– А жена? – удивился Волохов. – Так и сидит в Европе?

– Да. Сказала, что не вернется в этот дом, пока отец не прекратит ее изводить. А он, как видишь, не собирается останавливаться…

– А потом спрашивают, почему я не хочу обзавестись семьей.

– Вы действительно сегодня съедетесь? Если что, у меня есть свободная квартира в Сити. Сонь, ты как?

Она посмотрела на отца, потом на Даниила:

– Мне все равно.

– Это должно произойти рано или поздно, – пожал плечами Волохов. – Не вижу смысла устраивать цыганские перемещения отсюда в квартиру, а потом из квартиры ко мне.

– Как скажешь. – Софи мысленно аплодировала себе. Второй раз за вечер ей удалось переиграть мужчину.

– Возьми все, что тебе необходимо. И поедем. Похоже, твой дед – чертов вампир. Я жутко хочу спать.

– Тебе нужен оберег, Волохов. Или фигу в кармане держи. Он точно жрет энергию из всех нас, – рассмеялся Ранкович.

Волохов отпил кофе, а Ярослав хлебнул коньяка. Софи ушла к себе за сумкой.

– Только, пожалуйста, давай без глупостей. Она все же моя дочь. Хоть и внезапная.

– О чем ты?

– О том самом. Волохов, ты тот еще сердцеед, я в курсе. Но Сонька – девчонка эмоциональная. Тебе поиграться – а ей потом в петлю.

– Я сегодня собрал самый огромный букет сомнительных комплиментов. Поверь, у меня и в мыслях не было.

– Хорошо. Я просто предупредил.

* * *

– Дом, милый дом.

«Лексус» въехал на гравий перед уже знакомым Софи строгим жилищем Даниила.

– Комната для гостей в состоянии ремонта. Так что располагайся в моей спальне.

– А ты?

Они вышли из машины и неспешно зашагали ко входу.

– А у меня огромный выбор между диваном в кабинете и диваном в гостиной.

– Мне нужно было уехать в Сити. Зачем такие неудобства?

– Успокойся. Все в порядке. Завтра приедет ремонтная бригада, и за пару дней комната будет готова. Выберешь мебель на свой вкус.

Они поднялись на второй этаж, где несколько дней назад случился поцелуй. По коже Софи пронеслась волна мурашек от воспоминаний. Спальня Волохова была большой и по‑настоящему мужской. Над ней располагалась гардеробная, а сбоку – ванная комната.

– Дом в твоем распоряжении. Я честно залипаю. Твой дед… У меня нет слов. Если что‑то нужно, кухня на первом этаже. Думаю, ты вспомнишь, как к ней пройти. Я буду в кабинете. Он дальше по коридору. Софи?

Та завороженно смотрела сквозь стеклянную панораму на задний двор и темный лес.

– А… Да. Хорошо. У тебя тут очень… красиво. И по‑мужски…

– Хм… Спасибо. – Даниил завис на несколько секунд, но потом покачал головой и молча вышел, оставив Софи в одиночестве.

Она положила свою сумку на пуф, обтянутый черной замшей. Подняв голову, Софи поискала глазами лестницу,