Горячее эхо песков - Александр Александрович Тамоников

в частности. Поэтому задачей группы и Риты в первую очередь было создание негативного образа диктатора в СМИ и провокация чилийских правозащитных организаций по созданию давления на Пиночета. Началась информационная война. Маргарита лично писала публикации для газет и журналов, только в New York Times вышло 66 статей, посвященных правам человека в Чили, еще четыре материала—“бомбы” были посвящены режиму красных кхмеров в Камбодже и три публикации о соблюдении прав человека на Кубе.

В свою очередь, Богданов и его товарищи сфабриковали письмо, где американская разведка обвинялась в политических преследованиях чилийской спецслужбы ДИНА. Потом долгое время многие известные журналисты использовали это письмо в качестве прямого доказательства причастности ЦРУ к зверствам во время операций, направленных на ликвидацию политической оппозиции в ряде стран Южной Америки. Но не все прошло гладко. В группе Богданова тогда работали Михаил и Олег Васнецовы — родные браться. В процессе операции Олег был захвачен, наши пытались его отбить или обменять, но вдруг группе сообщили, что парень погиб. Михаил чуть не лишился рассудка, впал в тяжелейшую депрессию — они с братом были сироты, росли в детском доме, так что ближе Олега у Мишки никого на свете не было. Ритке требовалось срочно предпринимать меры, тем более что дело происходило на территории Кубы, до дома еще было далеко. Рита не отходила от Мишки и все время с ним разговаривала. Тот молчал, складывалось впечатление, что он ее совсем не слышит, и Марго уже отчаялась вытянуть спеца. К тому же американская сторона не шла на контакт и отказывалась признавать свою причастность к похищению и гибели оперативника, а это означало, что и тело Олега им не отдадут. Тогда Рита связалась с пресс-службой одного важного американского ведомства, где работала ее одногруппница, вышедшая замуж за российского дипломата, — Татьяна Барановская. Она подключила свои связи, и выяснилось, что Олег жив. Но правда оказалась еще хуже версии о гибели. Младший Васнецов не хотел возвращаться на родину. Да уже и не мог — он не выдержал пыток и рассказал то, что не следовало бы. Американская сторона пообещала ему новые документы, легенду и постоянное место жительство в Мексике. К счастью, работать двойным агентом он бы не смог никак, поэтому Штаты не стали требовать от него дальнейшего сотрудничества. Все это Рита узнала неофициально, благодаря Татьяне. Нужно было как-то скрыть этот скорбный факт от группы, во всяком случае до окончания операции и возвращения в Москву. Рита тогда нашла возможность поговорить с Михаилом один на один, ничего не рассказав в группе.

— Миша, послушай меня внимательно, — глядя в глаза товарищу, начала она. — Олег жив, и это главное.

— Он для меня теперь хуже, чем если бы был мертв, — неживым голосом парировал Михаил.

— Нет. Ты просто не понимаешь, что говоришь. Жизнь часто кажется нам несправедливой, особенно в таких вот тяжелых ситуациях. Я бы тебе даже сказала, что будет так, как Господь управит, — не смотри так на меня! Но ты в Бога не веришь, ну пусть будет Вселенная, Великий космос, как угодно. Поверь мне, Олег вернется когда-нибудь…

— Когда?!! Рита, ты о чем? Куда он вернется? Его наши к стенке сразу же поставят!

— Миша, через десять лет все будет по-другому. Я уверена, мне кажется, что наши страны не будут враждовать, я же все-таки дипломированный военный психолог и вижу немного больше, чем другие, — почему-то грустно улыбнувшись, сказала Марго. — А теперь бери себя в руки, ни одна живая душа не должна догадаться, что у тебя на сердце. Тебе еще в Москве всю эту историю расхлебывать, готовься. Сам понимаешь, что по приезде все вскроется и тебя начнут таскать. Родной брат — не соседка баба Нюра. Все, Миха, нам пора.

Что зацепило в ее вроде бы простых и даже отчасти странных словах старшего лейтенанта спецназа КГБ Михаила Васнецова? То, что брат и правда жив — и это главное, или тот фантастический факт, что США и СССР когда-нибудь прекратят конфликтовать? Сложно сказать… Но ему стало легче от того, что Рита дала ему надежду на свет в конце туннеля, в который они с Олегом угодили. А это главное. Когда группа вернулась в Москву, Мишу, как и предположила Рита, задержали прямо в аэропорту — до выяснения обстоятельств, как им потом пояснил Богданов. Рита прикидывалась, как говорили в армии, шлангом — дескать, ничего не знаю или знаю столько же, сколько и все. Но командир, похоже, был в курсе ее вылазки в Чили, Богданов только иронично посматривал на Маковку и ухмылялся. Правда, по-доброму, он если не по-отечески, то по-братски относился к Маргарите. О дальнейшей судьбе Михаила девушка ничего не знала до поры до времени, не было у нее информации и о том, как сложилась жизнь у Олега Васнецова.

* * *

Предстоящая командировка в Пакистан почему-то беспокоила Риту. Она собирала вещи, стараясь укомплектовать все самое необходимое, но не забыть и о вещах, которые, на первый взгляд, могли бы показаться женскими мелочами. Подумала и почему-то положила в свой походный чемоданчик фотографию с матерью и отцом. Маму они с подполковником Маковкой похоронили год назад — сгорела от онкологии меньше чем за десять месяцев. Рак легких четвертой стадии, Марии Дмитриевне было только 53. Она ничего не чувствовала до операции, разве что слабость. А потом раз — и нет человека. Ночью до вылета Рите приснилась мама, она улыбалась и махала рукой, а потом исчезла. Утром у Богданова состоялось совещание.

Для выполнения задания Богданов, помимо себя самого и Маргариты, отобрал еще одиннадцать человек. Все это были опытные, обстрелянные бойцы, прошедшие вместе с Богдановым, что называется, и огонь, и воду, и медные трубы. Александр Дубко, Степан Терко, Геннадий Рябов, Федор Соловей, Георгий Малой, Георгий Казаченок, Алексей Иванищев, Заур Сулейманов, Семен Лаврик, Василий Лосенок, Гела Жвания. Все это были люди, на которых Богданов мог положиться даже как на самого себя. И никакой иной характеристики тут не надо.

Вначале на военном самолете добрались до Индии. Пока летели, обсуждали, как нужно будет действовать, прибыв на место. Вопрос, собственно, был один, и касался он танкового завода. Нужно ли пытаться его взорвать или, махнув рукой, сосредоточиться исключительно на поиске тюрьмы и спасении товарищей?

После некоторых споров решили, что неплохо было бы убить сразу двух зайцев: спасти товарищей и уничтожить завод. Но как это лучше сделать?

— Предлагаю вот что, — сказал Дубко. — Вначале ищем эту чертову тюрьму и спасаем людей. Затем все вместе ищем завод, находим