Страна вечной ночи - Кеннет Робсон

Они медленнее, чем Док, привыкали к странному золотому свету, но постепенно, сквозь всепроникающее золотое мерцание, смогли различить смутные черные очертания.

— Вы видите то же, что и я? — Монк ахнул.

Раздался голос Дока Сэвиджа: — Сосредоточьте взгляд на объекте. Вскоре вы заметите детали.

Они сделали это, и черные монстры выделились как личности.

— Они люди! — Прогремел Ренни.

— Смотри дальше, — посоветовал Док. — У тебя разовьется чувство цвета.

— Конечно, — выдохнул Длинный Том. — Я понимаю. Я вижу грибы. Они кажутся розоватыми.

— Оглянитесь назад, — попросил Док.

Они повернули свои глаза в очках. Там, на шаг впереди черных чудовищ, стояла девушка, принцесса Сона.

Она стояла там, словно сказочная героиня, виднеющаяся сквозь золотистую осеннюю дымку. Изгибы ее юного тела были манящими, их подчеркивала облегающая одежда. Ее золотистые волосы, шелковистые пряди, ниспадали до пояса и казались частью ее полупрозрачного наряда.

Ее губы были идеальны, черты лица - изысканно выточены. Ее внешность портило только наличие пары гротескных очков.

Простительное женское тщеславие заставило ее на мгновение снять очки, стряхнув воображаемую пыль с их толстых линз. Эффект от этого был сокрушительным для множества восхищенных мужских взглядов.

— Святая корова! — выдохнул Ренни.

— Будь я суперамальгамирован! — нараспев произнес Джонни.

— Я влюблен, — заметил Монк.

Спокойные аналитические слова Дока Сэвиджа вернули их на землю.

— Вы являетесь свидетелями удивительного явления, — пояснил он. — Вы видите там, где нет света в том смысле, в каком мы его знаем. Частицы воздуха, по-видимому, были обработаны таким образом, чтобы они светились при наблюдении через черные очки. Объекты, которые сначала казались черными нашему неадаптированному зрению, теперь выделяются почти естественными цветами, слегка смягченными эффектом золотистой дымки.

Монк мечтательно сказал: — Это похоже на то, когда солнце осенью бросает косые лучи на землю. Ты знаешь, как это бывает перед самыми сумерками, когда солнечные лучи проникают сквозь деревья, создавая что-то вроде мягкого золотистого румянца...

— Что ты делаешь? — кисло отрезал Хэм. — Набираешь обороты поэтичности?

— Чокнутый ты, мошенник, — предложил Монк.

***

Док Сэвидж не остался равнодушным к обаянию девушки. Но этот бронзовый человек, в своем непоколебимом стремлении посвятить свою жизнь помощи нуждающимся и наказанию тех, кто этого заслуживает, нажил себе заклятых врагов, беспринципных противников, которые не остановятся ни перед чем, чтобы положить конец его карьере.

Бронзовый человек мог позаботиться о себе сам, но если бы враги нанесли ему удар через кого-то, кого он любил, его руки были бы связаны, и поэтому он закалил себя от мысли о привязанности к кому-либо противоположного пола.

— Ты можешь поговорить с ними, Док? — Спросил Ренни.

— Я попытаюсь, — сказал Док.

Бронзовый человек, вероятно, был непревзойденным лингвистом. Теперь он говорил быстро, используя разные языки. Но на каждый язык, который он произносил, девушка лишь смотрела, улыбалась и отвечала мягким, дрожащим тоном, столь же волнующим чувства, как скрипичная музыка, и столь же непонятным с аналитической точки зрения.

Наконец она вышла вперед и взяла бронзового человека за руку, показывая, что он и его помощники должны сопровождать ее. Затем она повела их через массивную треугольную дверь, а ее последователи, теперь отчетливо видневшиеся в виде людей в очках, сомкнулись позади.

Сразу за дверью двое мужчин в очках, по-видимому, охранники, делали жесты - их правые руки взметнулись вверх с жутким движением, похожим на трепетание покалеченных бабочек.

После резкого слова Соны руки опустились.

— Вот это да! — взволнованно воскликнул Джонни.

— У Ула была такая привычка! — Хэм ахнул.

Монк подошел вплотную к тем двоим, чьи руки двигались так странно.

— Они даже выглядят как Улы, — решил он вслух. — Может быть, не такие сморщенные и с плоскими глазами.

Он обвел взглядом лица других мужчин из эскорта. — Эти остальные выглядят не так уж плохо.

— Похоже, это разгадывает тайну личности Ула, — сказал Док. — Он пришел из подземного мира. Но почему он вернулся и привез с собой Часового Боуэна, мы до сих пор не знаем.

Лонг Том глубоко вздохнул, отчего его обманчиво впалая грудная клетка невероятно расширилась. — Как же я рад выбраться из этого грибного домика и подышать свежим воздухом!

— Судя по тому, как охраняется это место, — предположил Док, — мы, вероятно, были правы, предположив, что грибы имеют огромное значение как для экономической, так и для физической жизни этих людей.

— Интересно, чем они питаются? — Монк задумался.

— Мы можем попытаться выяснить, — сказал бронзовый человек.

***

В просторной прихожей Док жестами показал, что голоден, на что девочка Сона понимающе улыбнулась и кивнула, а затем резко захлопала в ладоши. После этого она жестом пригласила Дока и его помощников сесть.

Они полулежали на мягких диванах геометрической формы, которые, как они обнаружили, были совсем не неудобными, поскольку податливое волокно напоминало губчатую резину.

Маленькие глазки Монка округлились, когда он увидел множество блюд, поставленных перед ним, изумительный ассортимент, искусно приготовленных. Еда была столь же вкусной, сколь и привлекательной.

Все ели с аппетитом. Но Монк, в частности, наелся до отвала.

— Я не знаю, что я ем, — сказал он, — но могу взять еще того же на ужин..

Док подождал, пока Монк закончит, затем сказал: — Ты ел только одно блюдо, Монк.

— Да? Что?

— Грибы.

— Святая корова! - хмыкнул Ренни.

— Я полагаю, они изобрели способы изменить внешний вид и вкус, чтобы избежать однообразия, — прокомментировал Джонни.

— Но как можно жить одними грибами? — спросил Монк.

— Несомненно, этим людям пришлось создать уникальную экономику, — предположил Док. — Вероятно, у них есть растения, отличные от грибов, но имеющие родственную природу. Химические вещества, добываемые из этих и природных месторождений, возможно, служат удобрением для их специализированной культуры. Поскольку эти люди живые и обладают довольно поразительной жизнестойкостью, можно с уверенностью предположить, что они способны извлекать из своего окружения все элементы, необходимые для поддержания жизни.

— Этот воздух странно пахнет, — добавил Ренни.

— Я думаю, мы выясним, что они производят или, по крайней мере, очищают свой воздух, возможно, из кислорода, извлекаемого из воды.

Монк моргнул. — Эти птицы не глупы. Кажется, они берут то, чего мы можем достичь только в лабораторных условиях, и применяют в повседневной жизни.

Девушка, Сона, терпеливо ждала, но