Берег суровых штормов - Сергей Иванович Зверев

принимать решение: либо лететь дальше, либо возвращаться. Но тут Давыдов все же увидел катер. Хорошо, что вертолет шел низко над водой, и в глубокой бухте мелькнул борт большого катера и тент, натянутый над ним. Если бы машина шла над островом чуть выше, спецназовцы не заметили бы этого судна. Садиться здесь негде, а висеть в воздухе до бесконечности машина тоже не может. Значит, решение принимать надо быстро.

– Могу только метрах в пятидесяти от берега вас высадить. В воду, – предложил пилот. – Ближе к берегу могу лопасти разбить.

– Давай вон туда, наверх, – указал Давыдов. – Лучше посуху.

Вертолет обошел остров и завис над небольшим плато в средней части. Клубящийся песчаный вихрь, поднятый вращающимися лопастями несущего винта, закрутился на черной базальтовой площадке. «Морской ястреб» с американскими опознавательными знаками резко снизился и, едва коснувшись колесами раскаленного камня, выплюнул в адскую жару три закамуфлированные фигуры. Спецназовцы, придерживая руками мягкие летние форменные фуражки, пригнувшись, бросились в сторону от машины. Вертолет, добавив оборотов двигателя, тут же рванул вверх, его рев стал быстро удаляться.

Трое спецназовцев залегли в естественном укрытии меж валунами, прижимая к земле автоматы. Воздух над скалами колыхался от зноя, словно жидкое стекло.

– Чайка, я Мангуст, – стал вызывать филиппинцев Максимов, поправляя на плече ремень радиостанции. – Чайка, Мангуст на точке. Начинаем движение к цели.

Давыдов приподнялся на одном колене и стал осматриваться. Путь вниз он разглядел еще с борта вертолета. Вон там, правее, есть пологий склон, где можно спуститься на нижний ярус, который устроила природа, а вот там, дальше, пока непонятно, что их ждет. Возможно, и встречный автоматный огонь террористов.

– Красиво они там внизу устроились, – проворчал Листовой, осматриваясь. – Горы, море! А тут наверху духота, как в бане. И ни одного облачка.

Давыдов жестом приказал двигаться. Их путь лежал через нагромождение базальтовых глыб, острых, как бритва, и скользких от векового лишайника. Они продвигались методом «перебежек»: один прикрывает, двое перемещаются. Каждый шаг давался с трудом. Камень, прогретый до немыслимой температуры, жег даже через прорезиненные подошвы ботинок. Пот заливал глаза, соленые струйки щипали потрескавшиеся губы.

Илья, идя головным, несколько раз чуть не сорвался в узкие расщелины, скрытые колючим кустарником. После второго раза Максимов, уловив недовольный взгляд командира, стал вести себя осторожнее. Все трое тяжело дышали, то и дело смахивая капли пота, заливавшего глаза. Потными были и ладони, сжимавшие автоматы. Через час изнурительного пути они достигли гребня. Затаившись среди острых скал, спецназовцы глянули вниз. Там, в бирюзовой чаше небольшой бухты, плотно прижавшись к скале, стоял катер. Он был накрыт большим, выгоревшим на солнце, грязным брезентовым тентом, который отбрасывал тень на палубу. Цвет тента идеально совпадал с цветом скал и заметить его издалека было очень сложно. Очертания судна были скрыты, оно казалось неестественно угловатым, «зализанным». Но катер был не маленьким и вполне мог вместить нескольких человек. Десять, а то и больше. Могли на таком катере уйти Хаким и его люди с «Трейдвинда»? Вполне. Для морских прогулок такой катер по спокойной воде вполне подходил. Да и для небольшого волнения тоже. Лишь бы за штурвалом стоял умелый моряк.

– Вижу одного в катере… больше никого, – сквозь зубы процедил Максимов, вжимаясь в камни. – Палуба пуста.

– Тент… Слишком уж аккуратно натянут для рыбачьего суденышка, – заметил Листовой. – И антенны… Смотрите, на корме, похоже на спутниковую. Не похоже на рыбацкое судно. Рыбакам вместительная лодка нужна, для которой важна устойчивость, вместительность, а не скорость.

Давыдов молча наблюдал и привычно анализировал: позиция идеальна для укрытия, бухта закрыта от посторонних глаз, подход с моря прост, а со скал – почти невозможен. Все сходилось. Были нюансы, вызывающие сомнения. Но ответы на возникшие вопросы можно получить лишь там, внизу. А для этого придется спуститься по скалам метров на двадцать. И спускаться лучше чуть в стороне, чтобы на катере или возле него не услышали неизбежно скатывающихся во время спуска камней. А если камень слетит еще и в воду рядом с катером, то это будет чуть ли не сигналом тревоги для террористов.

– Пошли вон там, где сухой кустарник над расщелиной, – указал рукой командир. – Там можно без веревки спуститься.

Стена и правда оказалась не отвесной. Прикрываясь выступом скалы, спецназовцы спускались вниз, стараясь не шуметь, избегать падения даже мелких камней, которые обязательно вызвали бы шум и привлекли внимание террористов. Наконец трудный путь остался позади. Давыдов посмотрел на своих бойцов и удовлетворенно кивнул:

– Все, теперь работаем! Готовимся к штурму. Илья, ты – сила, зачистка палубы. Если кто застрянет внизу, блокируем, потом выкурим. Паша, с кормы, не дай уйти в море. Я – с носа. На мой сигнал.

Спецназовцы подбирались к катеру еще несколько минут, внимательно осматривая скалы вокруг. То, что здесь нет десятерых бандитов, было уже понятно. Значит, уплыли на другом катере или ушли вглубь острова. Зачем? Ладно, разберемся потом, а сейчас главное – взять катер. Трое бойцов беззвучно, как призраки, подобрались к самому катеру, используя трещины и выступы скал. Их камуфляж слился с темным камнем. Наконец они остановились у самой кромки воды, прячась за крупными валунами, в двадцати метрах от катера. Хорошо был слышен плеск волн, скрип чего-то металлического и… негромкий мужской голос, напевающий под нос незатейливый мотив. По-английски. Андрей нахмурился. Слишком много непонятного. Он очень не любил атаковать, когда что-то было непонятно. Непонятно – значит опасно. Но другого выхода нет, и надо отдавать приказ.

И в этот момент из-под тента вышел человек. Высокий, тощий, загорелый до цвета темной меди. Он был босиком, в одних рваных шортах. В руках он нес гаечный ключ и какую-то деталь от мотора. Он по колено в воде подошел к кормовому отсеку с мотором, наклонился и начал что-то усердно в нем ковырять. Из-под тента высунулась вторая голова со скуластым лицом и повязанным поверх темных курчавых волос цветным платком.

– Ну что, старик, заработало? – крикнул второй мужчина.

– Лучше иди и помоги! – отозвался первый. – Солнце жарит, а мы тут с этим чертовым карбюратором. Хоть под тентом спасаемся.

Илья замер с широко раскрытыми глазами. Листовой медленно опустил автомат. И его лицо выражало полнейшее недоумение. Давыдов стоял, не шелохнувшись, еще с полминуты. Так и есть – это не маскировка, а спасающий от палящего зноя брезент. И на корме не антенна спутниковой связи, а самодельная стойка для сушки рыбы. Андрей медленно поднял руку и вытер потный лоб. Что ж, бывает и так – цель ложная. Это местные рыбаки. Ремонтируют мотор. Или не