Мертвая тишина - Анна Денисова

Закрыв за собой дверь, она прислонилась к ней спиной, закрыла глаза. В голове крутились мысли — о нём, о его словах, о той, другой. В груди сжималось что‑то колючее, но она глубоко вдохнула, выдохнула, заставляя себя успокоиться. За окном шумел ветер, стучась в стекло, будто пытаясь что‑то сказать. Ольга подошла к окну, посмотрела в темноту и подумала: «Ничего, когда ему надоест эта тихоня, он поменяет свое мнение».

Дмитрий зашёл в гостиную на первом этаже — помещение, которое теперь служило общим мужским убежищем. Комната напоминала казарму или общежитие: вдоль стен в строгом порядке выстроились кровати — десять штук, добытых в брошенных домах и с трудом перетащенных сюда. Они выглядели неуместно рядом с массивным круглым столом в центре — последним осколком прежней, мирной и богатой жизни. За столом, освещённым тусклым кругом настольной лампы, сидели Максим и Денис. Их тени плясали на стенах, растягиваясь и искажаясь при каждом движении. На столе — карта, исчёрканная пометками, пара пустых кружек. Большинство обитателей уже спали. В углу едва слышно поскрипывала кровать — кто-то ворочался, пытаясь найти удобное положение. Никита и Сергей, назначенные в первое дежурство, отсутствовали — несли вахту снаружи, где ночь окутала мир непроглядной тьмой. Андрей сидел на своей кровати, уставившись в одну точку. Его силуэт тонул в полумраке, лишь изредка освещаемый светом лампы. Он не шевелился, будто застыл в раздумьях, и даже дыхание было едва уловимым. Дмитрий подошёл к столу. Пол под ногами слегка поскрипывал. Максим повернулся, прищурившись от света. Его лицо выглядело измождённым: тени под глазами, глубокие морщины на лбу. — Мы тут обсуждаем дальнейшие планы, — начал он, проводя рукой по карте. — Денис предложил сходить на разведку в другую сторону. Там, в тридцати километрах, есть небольшой городок. Нужны продукты, иначе будем голодать. Голос Максима звучал ровно, но в нём чувствовалась тяжесть — груз ответственности за всех, кто сейчас спал в этом доме. Дмитрий кивнул. Его плечи были опущены, а в глазах читалась накопившаяся за день усталость. — Хорошо, завтра пойдём, — произнёс он, опускаясь на стул. Дерево скрипнуло под его весом. — Поэтому вас с Денисом освобождаю от дежурства, вам надо выспаться, — сказал Максим, слегка наклонив голову. — Вы — костяк группы, без вас никак. — Кого поставил дежурить? — спросил Дмитрий, потирая переносицу. — Первые — Никита и Сергей. Потом — Иваныч и Александр Петрович. Ну и я с Андреем под утро, — Максим перечислил, загибая пальцы. Дмитрий задумался на мгновение, затем снова кивнул: — Отлично. Максим тяжело поднялся, опираясь на стол. Его движения были медленными, будто каждое требовало усилий. Он потянулся, хрустнув суставами, и направился к своей кровати. Денис, молча наблюдавший за разговором, протянул руку и выключил лампу. Потом ушёл спать. Комната погрузилась в кромешную тьму. Лишь слабый отблеск луны пробивался сквозь щель в занавесках, рисуя на полу бледный узор. Постепенно воцарилась полнейшая тишина, нарушаемая лишь дыханием спящих людей — размеренным, прерывистым, иногда сопровождаемым тихим храпом или бормотанием. Где-то за стеной проскрипела половица — ветер играл с домом, напоминая о том, что снаружи мир всё ещё существует, но уже совсем другой, враждебный и непредсказуемый. Дмитрий улёгся на свою кровать, закрыл глаза. В темноте перед ним всплывали образы: Карина с её тревожными глазами, поцелуй с Аней, Ольга с её дерзкой улыбкой. Мысли путались, смешиваясь с усталостью. Он попытался сосредоточиться на завтрашнем дне, на предстоящей разведке, но сон уже окутывал его, утягивая в безмолвную пучину.

Денис сидел, пригнувшись, за раскидистым кустом, сливаясь с зеленью. В руках — бинокль, взгляд напряжённо скользит по пейзажу. На въезде в городок застыла вереница машин, но его внимание приковало несколько фур. Он методично оглядывал окрестности — ни движения, ни тени, ни подозрительного шороха. Тишина. Лишь щебет птиц да стрекотание кузнечиков наполняют пространство. Солнце только взошло, после ночного дождя воздух пропитан свежестью и лёгкой прохладой. Капли росы на листьях переливаются в первых лучах. Денис опустил бинокль, передал его Дмитрию: — Там фуры. В них могут быть продукты, как думаешь? Дмитрий приложил бинокль к глазам, долго всматривался. Линзы отражали игру света и тени. — Возможно. Надо проверить… — произнёс он, опуская прибор. Развернулся к Сергею и Александру Петровичу, которые сидели позади, укрывшись за густыми зарослями. — Остаётесь здесь. Если что — будете прикрывать. Бродячих вроде нет, но… всё может измениться. Те синхронно кивнули. Они сами вызвались идти с Дмитрием. — Вы, конечно, сильные мужики, но кому‑то нужно и вас прикрывать, — настаивал Александр Петрович. Его голос звучал твёрдо, без тени сомнения. Ни Денис, ни Дмитрий не стали возражать. — Ну, с богом, ребятки! — напутствовал Александр Петрович. Сергей лишь сделал короткий взмах рукой и приник к биноклю, не отрывая взгляда от дороги. Дмитрий пошёл первым — плавно, пригибаясь, шаг за шагом. Денис следовал за ним. Они спускались по пологому склону вниз к дороге, перебегали от дерева к дереву, прятались за редкими кустами. Добравшись до первых брошенных легковушек, Денис огляделся. Никого. Тишина, нарушаемая лишь их собственным дыханием. Дмитрий уже скользнул вперёд, кидая внимательные взгляды на стоящие машины. В некоторых — мертвяки. Они скребли руками по стеклу, провожая мутными белёсыми глазами фигуры людей. Их рты беззвучно открывались, будто пытались что‑то выкрикнуть, но звуки глохли за толстыми стёклами. Подобравшись к первой фуре, Дмитрий осторожно огляделся, двинулся к дверям. За ним подошёл Денис. Двери были закрыты. Общими усилиями им удалось открыть засов. Денис медленно потянул на себя створку — она со скрипом, протяжно, словно жалуясь, стала открываться. Дмитрий заглянул в образовавшуюся щель, отпрянул, покачал головой: — Пустая… Идём дальше, — сказал он негромко, почти шёпотом. Денис кивнул. Во второй и третьей фуре — ровные ряды стройматериалов. Доски, трубы, мешки с цементом. Бесполезные в их ситуации. Подойдя к четвёртой, Дмитрий смахнул пот с лица. Солнце уже припекало вовсю, нагревая металл фур, раскаляя воздух. Он мысленно вздохнул: «Если и в этой ничего, придётся идти в город…» Но им повезло. Четвёртая фура частично была забита продуктами: крупы в мешках, консервы в ящиках, макароны, соки в тетрапаках, печенье в коробках, молоко в