Жаркая зима - Сергей Иванович Зверев

Справа, на трубе теплотрассы, висела граната. Ф–1 — лимонка, зеленая, с рифленым корпусом. Чека выдернута, запал вставлен. Тросик привязан к скобе запала — если дернуть, лепестки разожмутся, боек ударит по капсюлю. Четыре секунды до взрыва. Убойная сила — пятнадцать метров сплошного поражения. В коллекторе, где развернуться негде, — смерть всем троим.

Квант прошептал в гарнитуру:

— Граната Ф–1. Тросиковая растяжка. Зажигательный механизм — УЗРГМ. Чека выдернута.

Пальцы сами потянулись к разгрузке — кусачки, диэлектрические, с красными рукоятками. Он достал их, зажал в правой руке. Левой рукой извлек черную изоленту. Работать нужно было медленно, без резких движений. Тросик натянут — любое касание выдернет скобу.

Квант перевел дыхание. Глубокий вдох — медленный выдох. Он протянул левую руку к гранате. Пальцы нащупали скобу — металлическую, Г-образную, прижатую к корпусу. Скоба держала лепестки, лепестки — боек. Пока скоба на месте — запал не сработает.

Изолента. Один виток вокруг скобы и корпуса. Второй. Третий. Квант убрал изоленту, взял кусачки. Подвел лезвия к тросику у самого костыля. Сомкнул медленно, без рывка. Лезвия вошли в сталь, перекусили — раздался звонкий щелчок. Тросик упал на бетон. Взрыва не последовало.

Квант выдохнул. Пот за воротником — горячий, липкий. Он отсоединил гранату от трубы — крепление на проволоке, два витка вокруг теплоизоляции. Проволока поддалась, граната перешла в руку.

— Контейнер, — сказал он.

Сапер СОБР протянул броневой контейнер для взрывчатых веществ. Желтый, с надписью «ОПАСНО», крышка на защелках. Квант уложил гранату внутрь, на пенопластовую подложку. Закрыл, защелкнул.

— Записать, — сказал он.

Сапер достал блокнот, сделал запись.

Квант поднялся, отряхнул колени. Пальцы дрожали — от холода и напряжения. Он сжал их в кулак, разжал.

Следующие десять метров коллектор шел прямо. Стены — бетонные плиты, стыки залиты герметиком. На полу — вода, местами лед. Квант обходил лужи, оставляя следы на сухих участках. Саперы двигались за ним — бесшумно. Раздавался только шорох ткани и редкий лязг снаряжения.

Квант остановился у развилки. Тоннель раздваивался: прямо — к стоянке номер семь, налево — к котельной аэродрома. Согласно карте Смита, диверсанты шли прямо.

Лазерную ловушку он заметил за десять метров. Два небольших устройства на стенах, на высоте сорока сантиметров от пола. Слева — излучатель, цилиндрический, с линзой. Справа — приемник, квадратный, с окошком.

Квант поднял прибор ночного видения. В зеленом поле стал виден луч — слабый, мерцающий, инфракрасный. Он пересекал проход под прямым углом.

— Лазер, — прошептал он. — Активный. ИК-диапазон. Приемник замкнут на детонатор.

Он опустился на корточки, рассматривая устройства. Излучатель — питание от двух батарей типа «Крона», провода уходят в стену. Приемник — аналогично, но с реле и контактами. Если луч перекрыть — реле замкнет цепь, ток пойдет на детонатор. Четыре секунды — и взрыв.

Квант достал мультиметр. Щупы — к контактам приемника. Напряжение — девять вольт, стабильно. Батареи свежие. Взрывчатка — предположительно пластит, граммов двести. Этого достаточно, чтобы обрушить свод коллектора.

— Работаю, — сказал Квант.

Он вытащил из разгрузки непрозрачную пластину — из оргстекла, черную, матовую. Левой рукой поднес пластину к лучу. Медленно, миллиметр за миллиметром. Край пластины вошел в нить луча. В приемнике что-то щелкнуло — едва слышно. Квант не остановился. Пластина перекрыла луч полностью. Щелчок повторился — реле разомкнулось. Взрыва не последовало.

Квант выдохнул. Пластина осталась на месте — приклеенная к стене изолентой. Он протянул руку к приемнику, отсоединил батареи. Потом — излучатель. Снял оба устройства, уложил в контейнер.

Сапер сделал запись в блокноте.

Квант нажал кнопку рации:

— Филин, я Квант. Растяжки сняты. Тросиковая — Ф–1. Лазерная — ИК. Продолжаю осмотр.

В наушнике — голос Филина:

— Принято, Квант. Работай.

Квант убрал рацию, поднялся. Колени затекли. Он размял ноги, потопал.

Дальше коллектор шел прямо, без ответвлений. Стены стали уже — метр двадцать, потолок опустился до полутора метров. Идти пришлось согнувшись, головой задевая сосульки. Квант считал шаги. Сто. Сто пятьдесят. Двести. Трубы теплотрассы грели — температура поднялась. С потолка текло, на полу образовались лужи по щиколотку. Вода — теплая, мутная. Квант остановился у распределительного узла — там, где трубы уходили вверх. Здесь было темнее. Красный фонарь выхватывал из мрака только ближние детали.

Он заметил растяжку не сразу. Тонкая леска, натянутая на уровне колена, между трубой и кабельным лотком. Матовый нейлон. Крепление — рыбацкий вертлюжок, карабинчик.

Квант поднял кулак. Саперы замерли. Опустился на корточки. Леска вела к противоположной стене — там, за пучком кабелей, крепилась граната. РГД–5, советская, осколочная. Чека выдернута, скоба зафиксирована проволокой. Квант достал изоленту, зафиксировал скобу к корпусу гранаты — три витка, плотно. Потом вытащил кусачки. Лезвия к леске, у самого узла. Щелчок. Леска перекушена. Граната не взорвалась. Квант снял ее с крепления, передал в контейнер. Сапер сделал запись.

— Идем, — сказал Квант.

Еще через пятьдесят метров — растяжка на дверном проеме технической ниши. МД–2, нажимного действия. Квант зафиксировал чеку изолентой, отключил датчик.

К концу коллектора, за триста метров до выхода, Квант насчитал еще несколько растяжек и еще одну лазерную ловушку — с двумя лучами, перекрещивающимися под углом. Вторую лазерную он обезвреживал дольше: пластина перекрыла один луч, но второй оставался активен. Пришлось вставлять вторую пластину, одновременно контролируя оба. Сапер фиксировал каждую.

Квант работал методично, без спешки. Каждая растяжка — отдельная операция: осмотр, идентификация, фиксация скобы, перекус тросика или лески, изъятие. Пальцы перестали дрожать — он вошел в ритм.

Впереди показалась металлическая дверь — герметичная, зеленая, с маховиком посередине. Выход на стоянку номер семь. Квант подошел к двери, осмотрел петли, ручку, маховик. Проверил пол на предмет нажимных датчиков. Стены — на предмет лазерных излучателей. Ничего. Он приложил ухо к металлу. С той стороны — тишина.

Квант нажал кнопку:

— Филин, я у выхода. Осмотр завершен. Обнаружены и обезврежены семь тросиковых растяжек, три лазерные ловушки. Проход свободен.

— Принято, Квант, — ответил Филин. — Возвращайся. Саперы СОБР уже на подходе к самолетам.

Квант повернулся к саперам:

— Возвращаемся.

Они пошли обратно — быстрее. Теперь Квант не осматривал стены и пол, только считал шаги. Лазерные ловушки — пластины — на месте, приклеены. Квант снял их, убрал в карман. Костыли из стен выдернул, сложил в мешок.

У люка он остановился, посмотрел вверх. Черное небо — через прямоугольник люка видны звезды. Морозный воздух тянулся вниз, смешиваясь с сыростью коллектора.

Квант полез по скобам наверх, уперся руками в бетон, подтянулся, вылез на поверхность.

Снег скрипел под ногами. Мороз щипал лицо. Саперы вылезли следом, закрыли люк. Забросали снегом.

Квант достал флягу с чаем.