«Морская ведьма» - Алистер Маклин

«Морская ведьма» взорвалась точно по расписанию. Зрелище вышло настолько эффектным, что порадовало бы даже отъявленных злодеев. Появилось даже миниатюрное грибовидное облако, как на фотографиях с испытаний стандартных мегатонных атомных бомб.

Спустя семнадцать секунд на «Скитальце» услышали громовой раскат; поднялись невысокие волны, ничем не повредившие судну. Митчелл попросил Конде передать новости на все морские и воздушные суда, повернулся и увидел перед собой Марину. Лицо у нее было каменное.

– Ну что, угробил папину «Морскую ведьму»? Надеюсь, доволен собой?

– У, какие мы сердитые! Да, вполне доволен. Как говорится, сам себя не похвалишь – никто не похвалит.

– Зачем? Зачем? Зачем?

– Там остались только убийцы, причем некоторые из них – серийные. Могли скрыться в странах, с которыми у США нет договора об экстрадиции. Даже если бы их арестовали, судебные разбирательства затянулись бы на годы. В таких делах сложно раздобыть достаточно улик. Еще через несколько лет их бы освободили досрочно. А так можно быть уверенным, что они больше никого не убьют.

– А для этого обязательно было жертвовать папиной гордостью и отрадой?

– Послушай, глупышка. Мой будущий тесть…

– Не будет он тебе тестем.

– Ну и ладно. Этот старый хрыч – почти такой же мошенник, как те ребята. Он нанял бывших заключенных с целью убийства. Заплатил, чтобы они вломились в два государственных арсенала и похитили оружие для «Морской ведьмы». Если бы «Морская ведьма» уцелела, там уже через час работали бы федеральные следователи. Твой папочка получил бы от пятнадцати до двадцати лет и, скорее всего, отдал бы в тюрьме концы.

Марина вытаращила глаза – отчасти от испуга, отчасти от осознания правоты Митчелла.

– А теперь фрагменты улик, если таковые остались, лежат на дне Мексиканского залива. Там немного радиоактивно, но не в этом суть. Против твоего отца теперь невозможно выдвинуть никаких обвинений.

– Так ты поэтому взорвал «Морскую ведьму»?

– Не обязан объясняться перед бывшей невестой.

– Миссис Майкл Митчелл… – задумчиво произнесла Марина. – Пожалуй, бывают имена и похуже.

Пустынное море

Рассказы

«Дилеас»[15]

Три часа прошло, мистер Маклин, три часа – а о спасателях ни слуху, ни духу.

Можете себе представить. Нас там было четверо – Ичан, Торри Мор, старина Грант да я. Разговоры? Никто словечка не обронил и даже глоточка не сделал, хотя на столе непочатая бутылка «Талискера» стояла, а Ичан не из тех, кто за каждое пенни жмется.

Мы просто сидели, как сборище придурков. Шеймас Грант, как всегда, с каменным лицом посасывал свою старую трубку, а остальные просто пялились на обои, узоры разгадывали. Слушали, как ветер воет да град по окнам гостиницы стучит, будто цыплята зернышки склевывают. В общем, та еще ночка выдалась. И что хуже всего, мы ничего не могли сделать, оставалось только ждать. Да уж, веселая компания собралась.

Наверное, мы все чуть-чуть вздрогнули, когда зазвонил телефон. Ичан поспешил к аппарату, а когда вернулся, то прямо-таки сиял. Лицо у него здоровенное, круглое, как луна, и нам от одного взгляда на него сразу полегчало – словно маяк Пладда со спины скинули.

– Четыре стакана, джентльмены, и воздадим должное «Талискеру». Звонил смотритель маяка на Криг-Деарге. «Молли Энн» пришла вовремя, только что. Лебедку потеряли, но экипаж сняли.

Он подвинул стаканы и посмотрел на старика Гранта.

– Ну, Шеймас, что теперь скажешь? «Молли Энн» добралась до места, Дональд Арчи и Лахлан на Скавайге. Может, скажешь, что это чудо, а, Шеймас?

Должен вам сказать, никакой симпатии друг к другу эти двое не питали. Имейте в виду, большинство из нас стояли на стороне Ичана. Старик Шеймас Грант, он тяжелый человек. Уважаемый, это да, но теплых чувств к нему, ей-богу, никто не испытывал, как и он ни к кому из нас, да и вообще ни к кому, кроме своих сыновей, Лахлана и Дональда. Для старика весь мир сошелся клином на них двоих. Парни росли без матери, так что думал он только о них и ферму с лодкой держал только для них. Но человек тяжелый, мистер Маклин. Нелюдимый и – как это говорят – необщительный. Держался особняком.

– Чудо, Ичан, когда кого-то удается спасти в такую ночь. – Голос у старика Гранта был глубокий и тягучий.

– Спасти без Дональда и Лахлана? – не унимался Ичан. Торри, помнится, заерзал на стуле, и я отвел глаза. Нас это особо не касалось – а вышло, что напрасно.

– Большой Нейл хорош по-своему, – спокойно сказал Грант, – но таким рулевым спасательного бота, как Лахи, ему не стать – не чувствует моря.

В этот самый момент дверь отеля с грохотом распахнулась, едва не сорванная с петель ветром. Питер-почтарь, спотыкаясь, ввалился в комнату, захлопнул за собой дверь и остановился. Его мокрая штормовка поблескивала в свете ламп. Мы как посмотрели на него, так сразу поняли – что-то случилось.

– Спасательный бот, Ичан, «Молли Энн»! – выпалил он, торопливо и требовательно. – От них что-то есть? Ну же, проснись!

Ичан удивленно посмотрел на него.

– Ну конечно, Питер. Только что сообщили. Бот возле Криг-Деарга, и…

– Криг-Деарг! Oh Dhia![16] – Питер-почтарь хлопнулся на стул и тупо уставился на огонь в камине. – Двадцать миль отсюда… двадцать миль. Там Йен Чизхольм… примчался с фермы Тарберта – три мили за четыре минуты! – на своем «велосете». Говорит, паром «Бид» стоит посредине Залива и стреляет сигнальными ракетами. А «Молли Энн» стоит у Криг-Деарга. Mo chreach![17] – Он медленно покачал головой.

– Паром! – удивленно пробормотал я. – Паром! Большой Джон, должно быть, совсем рехнулся, если вывел его в такую ночь!

– И надо ж, весь рыболовецкий флот укрылся в Лох-Торридоне, – с горечью добавил Торри.

Какое-то время все молчали, потом старик Грант, все еще попыхивая трубкой, поднялся.

– Весь, да не весь, Торри Мор. – Он принялся застегивать штормовку. – Это Божий промысел, что Дональд и Лахи пошли на Скавайг взглянуть на новый дрифтер. – Он остановился и медленно огляделся. – Думаю, мне понадобится кой-какая помощь.

Мы все уставились на него.

– Хочешь выйти в море на своем древнем корыте? – В голосе Ичана изумление смешалось с недоверием. – Да ему ж годиков сорок, если не больше. А волны в Заливе с дом высотой. Да тебя разнесет в щепки, ты и из бухты выйти не успеешь.

– Лахи бы пошел. – Старик уперся взглядом в пол. – Он – настоящий рулевой. Он бы пошел… и Дональ… Я своих ребят подвести не могу.

– Это ж самоубийство, мистер Грант, – попробовал