Крушение Турмфальке - Сергей Дмитриевич Трифонов

СС Шедле и заместителя Раттенхубера штандартенфюрера СС Хёйгля. Он рассказал им о воле фюрера и передал его приказ хранить все в тайне. Решили, что Линге и Шедле сожгут трупы, а Хёйгль и Крюгер уничтожат вещи фюрера и Браун. Настроение у всех было подавленное. Крюгер принёс две бутылки водки. Выпили быстро и без слов.

Остаток дня фюрер провёл в беспорядочном передвижении по бункеру. Он нигде не мог долго находиться. Наконец, он уселся на мягком диване в приёмной, пригласил фрейлейн Браун и Крюгер, фрау Кристиан, Бормана, Фегеляйна, Бургдорфа и меня, заказал чай, кофе, пирожные. Бургдорф попросил коньяка. Когда принесли коньяк, разлитый в рюмки, фрейлейн Браун потребовала принести бутылку коньяка, а Борман ещё и бутылку водки.

– Вы, Баур, говорили о том, что фюрер поручил Линге и Шедле сжечь его труп и труп Браун. Линге нами задержан. А где Шедле?

– Оберштурмбаннфюрер СС Франц Шедле застрелился вечером 1 мая. Он отказался участвовать в прорыве. Возможно, это было связано с тем, что он был гипертоником. После смерти фюрера у него случился гипертонический криз. Он всё время лежал.

– Вам известны такие личности, как Кемпка, Альбрехт, Вейс, Карнау, Мансфельд, Манциарли, Мёллер, Поппен? Если да, где они? – Савельев проверял Баура. Он знал, что диетическая повариха Гитлера двадцатипятилетняя Констанция Манциарли погибла 2 мая при штурме рейхсканцелярии. Труп бригаденфюрера СС Альбрехта был обнаружен и опознан в тот же день на Фридрихштрассе. Кемпка, личный шофёр Гитлера, исчез. Подполковник Вейс, адъютант генерала Бургдорфа, задержан и участвовал в опознании трупа Бургдорфа. Офицеры СС из отряда охраны рейхсканцелярии Поппен, Мансфельд, Карнау также были задержаны и дали показания. Контрразведчики не знали, кто такой Мёллер. Его задержали в нетрезвом состоянии. Он был одет в чёрную эсэсовскую форму без погон. Когда протрезвел, наотрез отказался давать показания.

– Кемпка – личный шофёр фюрера и начальник гаража рейхсканцелярии. Он бежал 1 мая. Ничего о нём не знаю. Фрейлейн Манциарли готовила диетическую пищу фюреру. Последний раз я видел ее 1 мая. О её судьбе, равно как и о судьбе подполковника Вейса, мне ничего не известно. Вилли Мёллер – портной рейхсканцелярии. Вернее, начальник швейной мастерской. Он был весельчаком и любил выпить. Я не знаю, где он. Другие, названные вами фамилии, мне неизвестны.

– Это офицеры охраны рейхсканцелярии. Неужели они вам не знакомы?

Баур глубоко вздохнул и ответил:

– Господин майор, рейхсканцелярию охраняла почти дивизия. Одних офицеров СС там было больше двух тысяч. Неужели вы думаете, что я, группенфюрер СС, в звании равном генерал-лейтенанту, мог знать всех лейтенантов, капитанов, майоров и даже полковников?

Савельев всё понимал. Ему нужно было установить личности задержанных. А таких у них в отделе скопилось больше двух сотен. Но его даже не это беспокоило. Совершенно не оставалось времени. Руководство требовало ускорить поиски Гитлера.

Савельев не знал, что сегодня, 8 мая, в Карлхорсте, в здании военно-инженерного училища вермахта соберутся представители союзников. Что ровно в 22 часа 43 минуты по берлинскому времени маршал Жуков, главный маршал авиации Великобритании Теддер, командующий стратегическими воздушными силами США генерал Спаатс, французский генерал де Латр де Тассиньи, генерал-фельдмаршал Кейтель, адмирал Фридебург и генерал-полковник авиации Штумпф подпишут акт о военной капитуляции Германии. Он не ведал о том, что 9 мая, на которое он так надеялся, рассчитывая завершить допросы Баура, станет Днём Победы.

Баур выдохся. Савельев вызвал медсестру и вышел на улицу покурить.

20

8 мая 1945 года

– Господин майор, – сказал Баур и сделал попытку улыбнуться, – я вижу, что вы торопитесь. Да и я еле держусь. Постараюсь быть кратким. Постараюсь. Итак, 26 апреля русская тяжёлая артиллерия пробила перекрытия подземного перехода, соединявшего здание рейхсканцелярии с фюрербункером. Окружение фюрера поняло, что конец не за горами. Примерно около двух часов дня фюреру передали радиограмму от Геринга, посланную из Оберзальцберга, где располагалось имение рейхсмаршала. В ней Геринг информировал фюрера, что он принимает на себя руководство страной.

– Об этом, Баур, прошу подробнее, – у контрразведчиков имелись показания адмирала Фосса и Раттенхубера, подтверждающие этот факт. Но в них были противоречия. По всей видимости, оба давали показания с чужих слов. – Вы сами читали эту радиограмму или вам о ней говорили?

– Фюрер ознакомил с радиограммой Кребса, Геббельса, Бормана, Бургдорфа, Гюнше и меня. Содержание было следующим: «Мой фюрер! В связи с тем, что вы находитесь в окружённом Берлине и не можете в полном объёме исполнять власть, я в соответствии с решением рейхстага от 1 сентября 1939 года в качестве вашего преемника принимаю на себя руководство Германией. Как её внутренними, так внешними делами, а также вооружёнными силами. Если я до 22 часов 26 апреля не получу от вас ответа, буду считать, что вы согласны». Возможно, я что-то упустил несущественное в деталях, но за главное содержание ручаюсь.

– Какова была реакция Гитлера?

– Фюрер выскочил из кабинета взбешённый. Он прокричал: «О, этот Геринг!» и передал текст Геббельсу. Тот прочитал и пустил его по кругу. Больше всех негодовал Борман, явно подыгрывая фюреру. Он кричал: «Этот Геринг – свинья». Фюрер немедленно стал диктовать Гюнше ответ. Геринг был снят со всех государственных, партийных и военных постов. Фюрер лишал его всех государственных и партийных наград. Коменданту Оберзальцберга приказывалось немедленно арестовать Геринга.

В ставку был вызван генерал-полковник авиации Риттер фон Грейм, командующий 6-м воздушным флотом люфтваффе. В радиограмме он был извещён о производстве в чин генерал-фельдмаршала. Фон Грейм прилетел поздно вечером на лёгком разведывательном самолёте «Физилер-Шторьх», которым управляла его подруга, прекрасный лётчик Хана Рейч. Она сумела мастерски посадить самолёт прямо у Бранденбургских ворот под ураганным огнём русской артиллерии. Самолёт сгорел, а фон Грейм был ранен в ногу. Его отнесли в госпиталь и сделали операцию. Фюрер назначил его главнокомандующим люфтваффе вместо Геринга. Спустя три дня за ним прислали учебно-тренировочный самолет «Арадо», и он вместе с Рейч улетел в Мюнхен, куда был перебазирован штаб военно-воздушных сил. Это был последний самолёт, совершивший посадку в Берлине.

От Штейнера вернулся Фегеляйн с плохим известием. Армия Штейнера остановлена русскими. В Берлин она не придёт.

Следующий день, 27 апреля, оказался переломным. Утром поступила радиограмма от генерала Венка, в которой он сообщал, что его части пробились к Потсдаму и вот-вот соединятся с корпусом генерала Реймана. Эта весть мигом облетела фюрербункер. Помещения вновь наполнились радостными голосами. Отовсюду слышался смех, хлопки открывавшихся бутылок шампанского.

Около часу дня Гитлер провёл совещание. На этот раз докладывал не Кребс, а генерал Вейдлинг, командующий обороной Берлина. Он без всякой дипломатии,