Русская фея и Лев настороже - Илона Волынская

их безмолвный диалог приводит ее в крайнее раздражение. С какой стати, черт подери! С какой стати ему надо прятаться со своей болью, словно в ней есть что-то постыдное! С какой стати его жена должна беречь нервы его маменьке и невестам, этим английским лахудрам! И наконец, с какой стати она и Чарльз стали так хорошо понимать друг друга, что им даже не нужны слова! Пылая гневом, она шагнула к двери и распахнула ее, заставив стоящую за ней Пат отшатнуться. И только круглые от изумления глаза англичанки напомнили Джейн, что она, скажем так, не совсем одета. Напомнили и разозлили еще больше.

Плавным движение полуприкрыв дверь, она сдернула с кресла первую попавшуюся одежку – как и в прошлый раз, это оказалась рубашка Чарльза. Накинув ее поверх белья, Джейн со всевозможной любезностью улыбнулась Патрисии.

– Доброе утро, кузина!

– Д-доброе, – выдавила «кузина» сквозь перехваченное горло, – А где Чарльз?

Джейн явственно огорчилась грубостью «родственницы», но потом решила не придавать особого значения:

– Здесь, конечно. Принимает душ.

Пат прислушалась.

– Вода не шумит, – с некоторой претензией заявила она.

На лице Джейн проявилось четко дозированное возмущение, в голосе добавилась капелька металла:

– Вам угодно сомневаться в моих словах? Желаете проверить ванну лично?

– Нет, нет, что вы, – поняв, что зашла слишком далеко, Пат испуганно замахала руками. – Я ни в коей мере не хотела… Просто раньше Чарльз никогда не опаздывал на охоту!

– Но ведь это было раньше, – с многозначительной улыбкой возразила Джейн.

Пат подавленно кивнула, но уходить, похоже не собиралась. Сквозь дверной проем женщины молча разглядывали друг друга. Под пристальным взглядом Пат Джейн особенно остро ощутила и свою неумытость, и размазанный вчерашний макияж, и всклокоченные волосы. Впрочем, все не так уж плохо, если вспомнить, чему английская выдра приписывает несвежий вид соперницы.

– Что-нибудь еще? – Джейн решила поторопить раннюю гостью.

– Нет, – растерялась Пат, – Я только хотела проверить…

– Проверить? – Джейн озадаченно покачала головой, – Как далеко шагнул английский феминизм. У нас незамужней женщине и в голову не пришло бы контролировать спальню женатого мужчины. Наверное, мы в России люди дикие, далекие от современной свободы нравов.

– Ах, дорогая Джейн, ну что вы, вы совершенно превратно меня поняли, – уже вовсе потеряв голову от смущения, лепетала Пат, – я всего лишь хотела напомнить Чарльзу, что он хозяин…

– А вы гостья, – в свою очередь напомнила Джейн, не позволяя сопернице выпутаться из неловкой ситуации. Мягкость тона не скрывала жесткости замечания.

Пат кинула на невозмутимую противницу ненавидящий взгляд, потянула носом воздух, полувсхлипнула-полухрюкнула и, не прощаясь, бросилась вниз по лестнице. Победно улыбающаяся Джейн вернулась к кровати Чарльза.

– Королевская отповедь, – заметил Чарльз.

– Боюсь, моей «королевскости» надолго не хватит, – покачала головой Джейн, – со следующей вашей дамой я буду ругаться в лучших базарных традиция.

Дверь содрогнулась от требовательного стука.

– Ну все, – зловеще процедила Джейн, – сама нарвалась, решительная ты моя!

Рывком распахнув дверь, Джейн уже приготовилась вывернуть на голову очередной посетительницы накопившееся раздражения, как тут же замерла, обнаружив, что вывернуть не получится. Хотя бы потому, что посетительница была именно на голову выше самой Джейн. Перед дверью величественным монументом застыла миссис Чедуик. С тяжким вздохом Джейн удушила не рожденный скандал. Умная женщина не ссорится с матерью мужа на глазах у мужа – это правило Джейн помнила твердо. Неизвестно, распространялось ли оно на мать фиктивного мужа, но пока Джейн терзалась сомнениями, миссис Чедуик перехватила инициативу:

– Могу я войти? – прогудела она гулким басом, и ее необъятная грудная клетка надвинулась на Джейн.

Масса свекрови и принципы самой Джейн не позволили ей удерживать габаритную хозяйку дома на пороге, и она отступила в глубь комнаты на заранее подготовленные позиции, а именно: уселась на край дивана и ухватив руку Чарльза, обмотала ее вокруг собственной талии. И припечатала сверху своей рукой, не позволяя сбежать. Впрочем, Чарльз и не пытался. Наоборот, поудобнее устроившись в подушках, он притянул жену к себе, заставляя ее положить голову ему на грудь.

Неодобрительно пронаблюдав за их маневрами, миссис Чедуик поинтересовалась:

– Если я правильно понимаю, на охоту ты не едешь?

– Как видишь, я ужасно занят, – бросил Чарльз с небрежностью сексуального маньяка на отдыхе.

Миссис Чедуик загрустила.

– Наверное, я плохая мать. И очень плохая воспитательница, если не сумела объяснить тебе, что такое долг хозяина дома перед гостями!

– Да, мать вы не самая лучшая, – слова Джейн словно ножом срезали гневный монолог миссис Чедуик. Джейн высвободилась из объятий мужа и поднялась. Разыгрываемая матерью и сыном сцена, явно привычная и хорошо отрепетированная обоими, вдруг стала ей невероятно противной, участвовать в ней расхотелось, враз навалилась усталость. В один миг ей все стало безразлично, грядущие отношения со свекровью не волновали ни в малейшей степени, главное, чтобы она побыстрее убралась отсюда и настала, наконец, блаженная тишина. Джейн приготовилась переждать скандал, истерику или волну леденящего презрения, однако, миссис Чедуик повела себя странно. Переключившись с сына на невестку, она невозмутимо поинтересовалась:

– Почему?

Джейн тихо чертыхнулась – объясняться ужасно не хотелось.

– Потому что будь вы приличной матерью, вы бы помнили, что ваш сын нездоров! И прежде чем устраивать скандал, могли хоть из любопытства выяснить, все ли с ним в порядке! А ставить развлечения кучки бездельников выше здоровья единственного сына это… это… Нехорошо!

– Чарльз, у тебя опять болит спина? – отрывисто бросила миссис Чедуик, и не дожидаясь ответа, повернулась к Джейн, – Врач был?

– Сама справилась, – неохотно пробурчала та. Но миссис Чедуик не отрывала от нее властно-вопросительного взгляда, и Джейн словно помимо своей воли пояснила: – Легкое обезболивающее, массаж и компресс по рецепту моего знакомого специалиста.

Выражение глаз маменьки с вопросительного изменилось на задумчивое.

– Это он так пахнет? – поинтересовалась она, – Могу я взглянуть?

Стиснув зубы, Джейн удержалась от комментария. Ей ужасно хотел пояснить, что даже самый хороший русский специалист не способен пахнуть аж из Москвы до Лондона, но она заставила себя молчать. Пожав плечами, она ткнула пальцем в сторону полупустой кастрюльки с мазью. Свекровь склонилась над слабо парящей густой кашицей и вдохнула в себя запах, словно аромат дорогих духов.

– Да, – отвечая своим мыслям покивала она, – да, да, именно так. Когда я была совсем ребенком, – миссис Чедуик вскинула голову и так пристально уставилась Джейн в глаза, что та испуганно отшатнулась, – мой папа тоже страдал болями в спине. Наверное, это характерно для всех бывших военных. Бабушка лечила его компрессами по какому-то загадочному рецепту. Когда Чарльз вышел в отставку и у него началась та же история, я сотни раз пожалела, что не переняла