Холод на пепелище - Dee Wild

— Какого чёрта они тут делают?! Всем же предписано отправляться в убежище! Ты можешь с ними что-нибудь сделать? Что-нибудь этакое…

Они уже почти здесь… Ещё один дрон висел под самым сводом, взяв нас на прицел камеры. Ближайший преследователь уже схватился за поручень лесенки на корме машины… Прогнать их… Прогнать!

Последним усилием воли я швырнула в них сгусток спрессованного воздуха. Силуэты отбросило, словно щепки, а свод над ними ответил глухим рокотом. Метровые осколки, срываясь, обрушились вниз, вздымая тучи пыли и заваливая рельсы. И в этот момент дрезина взревела двигателем, и узкий вход в туннель заполнила дрожь. Тронувшись, машина стала медленно набирать ход.

Я пыталась толкать воздух от себя, но тщетно – сил уже не оставалось. Василий же высунулся из кабины и бегло постреливал с колена назад, не давая преследователям взобраться на машину.

Истратив последние силы, я лежала на металлическом полу, а вместе со звоном в ушах и ощущением слабости надвигалось предчувствие провала в памяти. Я знала это с ледяной ясностью – сейчас произойдёт «сброс», остатки осознанности будут съедены новой перезагрузкой, которую мозгу устроит его «попутчик»…

И демонтаж – даже не провал – не заставил себя ждать. Я чувствовала, как от «меня» отслаиваются целые пласты. Не просто воспоминания – умения. Знание, как держать ложку. Мышечная память поворота головы на звук. Инстинкт избегания боли… Они отрывались, как листы от календаря, и уносились в чёрную воронку, оставляя после себя не пустоту, а чистое, стерильное пространство.

И когда позади скрылся самый последний фонарь сортировочной станции, сверху на меня напрыгнули туннель и темнота…

* * *

… — Бьюсь об заклад, ты целую вечность не видела неба!

Ледяная крупа хлестнула по лицу сотней острых игл, заставляя рефлекторно зажмуриться. Что-то сковывало лицо – попытавшись освободиться от неожиданной помехи, я нащупала полумаску респиратора. Вторая рука мёртвой хваткой мехапротеза сжимала рукоять грязной походной сумки…

Грохоча колёсами и мотором, с рёвом сотрясая мир, подо мной шаталась рама мотодрезины, как палуба старого, видавшего виды броненосца. Шаря вокруг руками, я пыталась сообразить, где нахожусь – столь стремительным был прыжок из небытия в реальность. А может, из одной иллюзии, которую теперь уж и не вспомнить, в другую?

Кратко вспыхнул свет в вышине, озаряя серые щербатые скалы и мглу, убегающую назад, и я перевернулась на спину. Сами собой щурились замерзающие глаза. Над частоколом плывущих мимо антрацитовых скал висело пурпурно-чёрное небо. С виду чистое, оно мигало «кинжалами» далёких залпов. На доли секунды вспыхивали трассирующие следы, тут и там загорались и тут же гасли крошечные взрывы – выгорать в вакууме было нечему. Что-то масштабное происходило над планетой, скрытое собиравшейся в вихри снежной крупой и стенами расщелины, сквозь которую дрезина прокладывала себе путь.

— Ты смотри, снег! — воскликнул мужчина. — На Ковчеге отродясь не было снега!

— Похоже, это работа Стирателя, — отозвался ещё один голос – из лежащей рядом капсулы. — Мы с Лизой уже видели такое однажды, и ничем хорошим это не кончилось!

Небольшой дрон петлял над колеёй, неотступно следуя за кормой дрезины, словно был привязан к ней невидимым тросом. Разрыв между мной и летящей машиной не сокращался, и я, выудив из царства рефлексов то, что делала совсем недавно, вскинула руку, чтобы прицелиться и уничтожить механизм.

— Не трогай, это свой! — протрещал динамик, заглушая рёв мотора. — Ломанул машинку в последний момент, пускай немного поработает на нас!

Поднявшись на ноги, я обнаружила себя в кабине, где, покачиваясь и держась за рычаги управления, стоял незнакомец. Он всматривался вперёд, в набегающие из полутьмы массивные шпалы. Его тёмным капюшоном играл ледяной ветер, скачущий по скрипящей кабине. Машина выдавливала из грохочущего двигателя всю мощь.

— Ты кто?! — воскликнула я.

— Мы почти на месте! — вполоборота сообщил незнакомец вместо ответа.

— Что здесь происходит?!

— То же, что и всегда, — он пожал плечами. — Борьба за жизнь!

В углу в кучу были свалены два рюкзака, один из которых был раскрыт; распоротый пакет с какой-то белёсой едой, а рядом лежала голова. Как у ростовой куклы, эта голова с острыми чертами лица была смутно знакомой. Память не отзывалась, и я попыталась достроить лицо с помощью воображения, добавить брови и волосы и представить, какие у неё могли бы быть глаза, но спустя мгновение всё вокруг погрузилось во тьму.

Загрохотали стальные колёса, в разы усиливая звуковой напор, а двигатель взревел ещё яростнее. Во тьме лишь луч прожектора, соскочив с крыши кабины, устремился вперёд, в голодное чрево туннеля, за надвигавшийся поворот.

Летящий за нами дрон обогнал дрезину, пронёсся по туннелю до показавшегося выхода, вынырнул в ледяной воздух, и следом за ним мы вновь выпали под ночное небо. Мужчина принялся копаться в плаще и спустя несколько секунд ткнул в меня каким-то предметом, на котором зловеще помаргивал красный огонёк.

— Дальше ещё один короткий перегон, и будет туннель! — сообщил он. — Когда войдём в него, взрывай вход! Надо отрезать путь на случай, если за нами погонятся! А способности свои побереги, а то, я смотрю, тебя с них нормально так плющит!

Слабо соображая, что происходит, я схватила шашку, высунулась под колючий ветер и стала ждать, когда полотно вновь нырнёт под укрытие. Взгляд всё притягивали вспышки в ночном небе, кидающие на мгновение оранжевые и красные блики на скалы.

— Нас преследуют! — надрываясь, захрипел динамик на контейнере. — К нам движется объект, на семь часов! По поверхности… Какой-то механизм, что ли… Видишь? Вон он, правее!

Пристально вглядываясь в ночное небо над зубьями скал, я заметила движение. В темноте проявился серый ком и, поднимая пыль, устремился вдогонку дрезине. Наискосок проскользив по низине, он взлетел на насыпь и покатился по рельсам, постепенно догоняя наш транспорт. Существо напоминало серый клубок жгутов шириной с колею. Оно издавало металлический лязг, отчётливо слышный даже поверх рёва мотора.

— Это что ещё такое?! — не удержалась я, сжимая в руке шашку.

— Не знаю, — крикнул Василий. — У россов я такого не видел!

Задев стену ущелья и выбив из неё осколки, оно подскочило в воздух и расправило «ноги». Сфера с огромным чёрным глазом, направленным на нас, вытянула жгуты, поднялась над землёй на добрый пяток метров и по дуге засеменила по камням вдогонку, быстро перебирая ногами.

— Поднажми, Вася! — воскликнул старик, взлетев на своих «пчёлах»