Право на жизнь - Анна Денисова

о себе знать: воздух был прохладным, с лёгкой осенней свежестью, а под ногами шуршали жёлтые и багряные листья. Солнце пробивалось сквозь рваную пелену облаков, бросая пятнистые тени на дорогу. Вдалеке виднелись вывески магазинов, брошенные по обочинам вещи, заросли бурьяна, пробивающиеся сквозь трещины в асфальте. Природа медленно, но верно отвоёвывала город у людей.

Они шли тихо, переговариваясь вполголоса — любой громкий звук здесь казался неуместным.

— Вы давно все вместе? — спросил Семён, чуть сбавив шаг и обернувшись к Ольге. Его куртка с капюшоном была застегнута доверху, а в руке он сжимал обрезок арматуры — не самое грозное, но надёжное оружие.

— Да, с самого начала этого безумия, — ответила Ольга, поправляя рюкзак на плече. Её волосы, собранные в неаккуратный хвост, слегка развевались на ветру.

— Вы, наверное, уже как семья? Много пережили? — задал он новый вопрос, переводя взгляд вперёд и настороженно вглядываясь в тёмный проём переулка.

— Да как сказать… — Ольга задумалась, машинально отбрасывая ногой в сторону обломок кирпича. — Семьёй их не считаю, попутчики, — она хмыкнула, и её губы скривились в горькой усмешке.

— Да? Мне показалось, они за тебя переживают, — удивился он.

— Ой, вряд ли! Скорее они боятся проблем, если вдруг что пойдёт не так! — Ольга вздохнула. — Дмитрий возомнил себя главным, решает всё и за всех. Аня влюбилась в него и ловит каждое его слово. Ну, дочь, понятное дело, будет делать всё, как он прикажет. Остальные… Виктор, хозяин фермы, уже стар, чтобы принимать решения. Денис мог бы, но ещё молод. Брат его — алкоголик, недавно только завязал. Елена ему помогла, психолог, блин! Теперь он от неё не отходит, как собачонка! Никита и Сергей, те просто исполнители. А подростки — Яна с Пашкой и Егор — всего лишь подростки! Мозгов ещё пока не хватает!

— Хмм, странно! Я думал, у вас один за всех и все за одного! — ухмыльнулся Семён, переступая через поваленный дорожный знак.

— Ага! Они пытаются в это играть! Только я туда не вписываюсь! — тихо хохотнула Ольга, но смех получился коротким и невесёлым.

— Что так? — спросил он.

— Не люблю следовать правилам! — отчеканила она, глядя прямо перед собой. Её глаза, карие и пронзительные, на мгновение встретились с его взглядом.

— Ммм, вот как⁈ А ты кто по профессии? — с интересом задал он новый вопрос, поправляя лямку рюкзака.

— Журналист, — ответила она, пожав плечами. На её лице промелькнуло что-то вроде ностальгии — будто она на миг перенеслась в ту жизнь, где слова были важнее выживания.

— Понятно, — протянул Семён.

Он замолчал. Они продолжали идти к торговому центру, в котором встретились в первый раз. Как сказал Семён, там осталось ещё много полезных вещей: консервы, одежда, инструменты — всё то, что в новом мире ценилось на вес золота. Ольга невольно сжала рукоять ножа, а Семён крепче перехватил арматуру. Впереди, за поворотом, уже виднелись витрины торгового центра — молчаливые свидетели былой жизни, теперь ставшие хранилищем ресурсов и потенциальных опасностей.

* * *

Трейлер медленно полз по разбитой лесной дороге, подрагивая на выбоинах и ухабах. Дмитрий сидел за рулём, не сводя глаз с серой ленты грунтовки, уходящей в никуда. Время от времени он бросал короткие взгляды в зеркала заднего вида, но делал это уже автоматически, без той лихорадочной настороженности, что преследовала их последние месяцы. Два дня без постоянного ожидания опасны сделали своё дело — мышцы расслабились, а мысли текли медленно и спокойно.

Аня сидела рядом на пассажирском сиденье и смотрела на него. Просто смотрела — долго, внимательно, будто пыталась запечатлеть в памяти каждую чёрточку, каждую тень, каждую морщинку, что пролегла у его глаз за эти бесконечные месяцы. Упрямая складка у рта, напряжённая линия челюсти, чуть заметная щетина на щеках — всё это было таким родным, что у неё щемило в груди.

— О чём задумалась? — не оборачиваясь, спросил он. Голос звучал мягко, почти по-домашнему.

— О том, что не хочу возвращаться, — тихо ответила Аня.

Дмитрий на мгновение повернул голову, удивлённо вскинул бровь:

— Почему?

Она вздохнула, откинулась на спинку сиденья и уставилась в окно, за которым мелькали голые сентябрьские деревья. Чёрные ветви переплетались на фоне свинцового неба.

— Потому что там, на ферме, ты снова станешь командиром. Ты будешь рисковать, принимать решения, от которых зависят чужие жизни. Постоянно думать о вылазках, запасах, обороне. А здесь… здесь ты был просто мой. Только мой. Я даже забыла, какой ты, когда не нужно всё время быть начеку.

Дмитрий сбавил скорость и аккуратно притормозил. Заглушил мотор. В наступившей тишине было слышно лишь, как ветер шелестит по крыше трейлера да где-то вдалеке перекликаются птицы — последние тёплые дни сентября ещё позволяли себе эту роскошь.

Он повернулся к ней всем корпусом, взял её руки в свои. Ладони у него были тёплые, шершавые, с мозолями от постоянной работы, но такими надёжными.

— Я понимаю тебя, — тихо сказал он. — Каждый день, когда я ухожу за периметр, я думаю о тебе. О том, что должен вернуться. Ты и Карина — это единственное, что удерживает меня от безрассудства. Если бы не ты, я бы, наверное, уже давно полез в самое пекло, ища припасы или приключения на свою голову. Но ты есть. И я каждый раз заставляю себя быть осторожным. Ты же знаешь, я не могу иначе.

— Знаю, — прошептала Аня, и в её глазах блеснули слёзы. — Поэтому и не хочу возвращаться. Там ты принадлежишь всем, а здесь — только мне. Эгоистично, да?

— Нормально, — он усмехнулся. — У каждого есть право на эгоизм. Особенно у тех, кто любит.

Он осторожно привлёк её к себе, обнял, чувствуя, как она дрожит. Её волосы пахли осенними листьями и ещё чем-то неуловимо родным.

— Мы справимся, — произнёс он тихо, но твёрдо. — Вместе. Что бы ни случилось, мы будем вместе. Я тебе обещаю.

Аня уткнулась лицом ему в плечо, чувствуя, как слёзы всё-таки катятся по щекам. Но это были не горькие слёзы — скорее облегчение. Оттого, что он есть. Что он рядом. Что понимает.

Они просидели так несколько минут, пока за окном не начал накрапывать мелкий осенний дождь. Капли застучали по крыше, разбавляя тишину своим монотонным ритмом.

— Нам пора, — наконец сказал Дмитрий, осторожно отстраняясь. Он провёл большим пальцем по её щеке, стирая мокрую дорожку. — Нужно решать, что делать дальше с этими… с группой Ильи. Время не ждёт.

— Ты уверен, что это правильное решение? — спросила Аня, вытирая глаза. — Насчёт сотрудничества?

— Не уверен, — честно ответил Дмитрий. — Но выбора у нас особо