Право на жизнь - Анна Денисова

— Что у них с лагерем? — спросил Илья, прислонившись к стене штаба. Его силуэт чётко вырисовывался в свете фонаря — широкая фигура в потрёпанной куртке, руки скрещены на груди. Он слегка постукивал носком ботинка по земле, будто отсчитывая секунды.

— Да ничего хорошего, — ответил третий, невысокий мужчина с обветренным лицом и седыми висками. Он сидел на ящике, покачиваясь вперёд-назад, и со смешком добавил: — Сам дом крепкий с виду, добротно построен, ферма кажись, построек много. А вот заборчик хлипкий, ветром шатает. Если волна мертвяков пройдёт, они его просто снесут и не заметят. Вообще не знаю, на что они надеются. При такой обороне — вопрос времени, когда прорвутся.

В голосе звучала не злоба, а скорее усталое пренебрежение — будто он уже видел десятки таких укреплений, рухнувших в одночасье.

— Понятно, — Илья задумчиво кивнул, провёл ладонью по подбородку, потёр щетину. — Ну, Дмитрий с виду не дурак, видно, что за своих людей переживает. Так что, думаю, в скором времени они к нам присоединятся. У него выбора особо нет: либо укрепляться, либо искать тех, кто сильнее. А мы пока что-то вроде центра притяжения.

Он замолчал на мгновение, глядя в темноту, где терялась дорога.

— Ты Рябова давно видел? Что-то его долго нет… — продолжил Илья, нахмурившись.

Тот, что с автоматом, хохотнул, перебросил оружие с плеча на колено, поправил ремень:

— Да придёт, куда он денется. Все знают, что Сёма любит в одиночку по городу шастать. Говорит, так лучше чувствует обстановку. Хотя, по мне, это чистое самоубийство.

— Ну да… — Илья кивнул, но в его взгляде читалась тревога. — А группа Николая вернулась?

— Нет ещё, ждём, — мужчина с автоматом бросил взгляд на часы, светящиеся в темноте зелёным. — Должны были ещё час назад.

Диана ловила каждое слово, затаив дыхание. Она всё ещё стояла в тени гаража, прижавшись к шершавой стене, чувствуя, как холодный бетон отдаёт прохладой даже через куртку.

Сейчас она узнала кое-что важное для себя. Есть другая группа людей, лагерь где-то на ферме.

Потребность поговорить с братом стала просто жизненно необходимой. Ей нужно было рассказать ему об услышанном, обсудить план — может, попробовать связаться с теми, кто в том лагере? Может, там есть место и для них с дядей Антоном?

Она осторожно отступила глубже в тень, стараясь не шуметь. Сердце билось часто, мысли путались.

В свете фонаря один из мужчин поднял голову, будто что-то почуяв. Диана замерла, задержала дыхание. Через мгновение он снова отвернулся, продолжил разговор. Она выдохнула, медленно, почти беззвучно.

Пора было возвращаться. Она огляделась, проверила, нет ли кого в соседних тенях, и бесшумно скользнула вдоль стены, прочь от штаба, в сторону общежития.

* * *

Группа Романа снова отправилась в западную часть города, к тем складам, где они уже были. Быстро проверив наличие там мертвецов, старший группы решил пройти чуть дальше.

Вдали за железной дорогой виднелись какие-то большие длинные строения, огороженные высоким бетонным забором, поверх которого шла колючая проволока. На углах забора угадывались остатки сторожевых вышек — одна покосилась, другая и вовсе рухнула, оставив после себя груду обломков.

Группа из четырёх человек быстро пересекла железнодорожное полотно — рельсы кое-где потемнели от ржавчины, шпалы частично прогнили, кое-где их уже затянуло бурьяном. Они двинулись через пустырь: под ногами хрустели сухие ветки, шуршала пожухлая трава.

Вокруг стояла тишина, лишь ветер едва слышно шелестел в ветвях деревьев, да где-то вдалеке что-то ритмично постукивало. Воздух пах гарью, пылью и чем-то кислым, будто где-то поблизости разлагалась органика.

Через несколько минут группа приблизилась к забору. Постояв возле него, стало понятно, что просто так туда не забраться: бетонная стена высотой в три метра, сверху — спираль колючей проволоки. Было решено искать вход. Забор тянулся далеко, теряясь за поворотом.

Когда наконец дошли до края, осторожно заглянули за угол. Первым шёл Игорь, невысокий парень с вечной лёгкой улыбкой на лице — даже сейчас, в этой мрачной обстановке, уголки его губ чуть подрагивали, будто он вспоминал какую-то шутку. Но улыбка тут же исчезла: он резко отшатнулся назад и махнул остальным рукой, призывая отойти.

Только отойдя на приличное расстояние, за груду бетонных обломков, он остановился и выдохнул:

— Ну что, мужики, расклад такой: это армейские склады, похоже. На въезде ворота снесли, есть следы обстрела — там гильзы россыпью валяются, калибр разный. Трупаки шастают, много, посчитать не удалось — штук тридцать точно видел, может, больше. Если сюда соваться, то не вчетвером никак. Как-то так.

Он вытер лоб рукавом, и Роман заметил, что рука у Игоря слегка дрожит.

— Тогда идём в лагерь. Доложим Викингу, пусть сам решает, соваться сюда или нет, — задумчиво сказал Николай, старший группы, серьёзный мужик лет сорока. — Ещё и те базы обшарить надо, а там тоже до сих пор мертвяки гуляют… Надо прикинуть силы, может, если больше людей подберём, то осилим эти склады.

Ромка стоял молча, его дело маленькое — прикрывать, если что. Только он ходил с арбалетом. Когда в юности увлекался стрельбой из лука, даже не думал, что когда-нибудь это ему пригодится. Он проверил тетиву, убедился, что болты в подсумке на месте, и мысленно прикинул, сколько выстрелов успеет сделать, если начнётся заварушка.

— Ладно, уходим, — скомандовал Николай и, пригнувшись, пошёл назад, держа кусок арматуры наготове. Игорь двинулся за ним, третьим шёл Роман, замыкал группу всегда молчаливый Стас — крепкий парень с суровым лицом и шрамом над бровью.

Они дошли почти до рельс, когда Стас вдруг сдавленно охнул и упал в траву, схватившись за ногу. Остальные мгновенно присели, вскинули оружие, оглядываясь по сторонам. Вокруг никого — только ветер гоняет мусор да шелестит травой.

Стас едва слышно охал в траве, держась за стопу. Игорь подошёл ближе, присел рядом и тихо присвистнул:

— Вот это да…

Стас наступил на здоровенный гвоздь, торчащий из обломанной доски штакетника. Гвоздь прошил ботинок и ногу насквозь, прорвав кожу с неприятным влажным звуком. Из раны уже сочилась кровь, пропитывая ботинок и траву вокруг.

— Блять! — сквозь зубы выругался Николай, опускаясь рядом. — Как тебя угораздило?

Стас только морщился и постанывал, пытаясь приподняться, но каждый раз кривился от боли. Его лицо побледнело, на лбу выступили капли пота.

— Тихо, тихо, — Игорь осторожно взял его за плечо. — Не дёргайся, ещё хуже сделаешь. Надо вытащить, но аккуратно…

Николай переглянулся с Романом. Тот молча кивнул, достал из рюкзака бинт и антисептик — на всякий случай всегда носил с собой