Теряя контроль - Эмма Райц

– А что с судебными разбирательствами? Ты продолжишь выступать в качестве свидетеля или как?

Святослав поморщился:

– Только в отношении подписанных мной документов. Время от времени меня будут вызывать в проверяющие органы, если понадобятся какие‑либо разъяснения.

Арчи с любопытством рассматривал нового коллегу:

– Святослав – очень длинно и официально. Как к тебе обращаться в… в быту?

Все снова засмеялись.

– Кстати, да, – подхватил Сокол. – У тебя ведь и позывной должен быть.

Ткаченко хитро усмехнулся:

– Мне не принципиально. Друзья чаще зовут меня Свят. Хоть я и далек от этого. Бывшие коллеги обычно звали меня Слава. Насчет позывного я тоже думал. В сети я часто подписываюсь как Санта. Так что вот вам и ответ.

Арчи запрокинул голову и показал два больших пальца вверх:

– Тогда где твои подарки, Санта?

Но Святослав не смутился:

– Пицца приедет к полудню.

– О, вот это правильный подход!

– Сокол, тебе лишь бы поесть…

– …сказал вечно голодный урчащий желудком гендир.

Наконец и Джокер нарушил свое молчание:

– А ты на спорте? Мы тут каждое утро треним. И иногда по вечерам.

Волохов предупреждающе кашлянул, глядя на Ткаченко, и отрицательно покачал головой. Тот примерно понял смысл намека.

– Думаю, до вас мне далеко. Я хожу в спортзал дважды в неделю, но никогда не стремился к… к выдающимся результатам.

Арчи повернулся к сидевшему рядом Даниилу и прищурился:

– Эй, Волохов, а ты чего головой машешь? Хоть бы раз показал, на что способен! Или десять лет в пиджачке сделали свое дело?

– Шерман, провокатор из тебя так себе. Я в хорошей форме, но не собираюсь никому ничего доказывать.

– Да ладно, я могу и поддаваться. И даже подмету за тобой песочек с ринга.

Аня и Лера не выдержали и, хохоча, согнулись пополам. Волохов невозмутимо рассматривал свои ладони.

– Очень остроумно. Но, боюсь, поддаться ты даже не успеешь.

– Отлично! Значит, завтра в восемь утра жду тебя в зале. Языками мы трепаться все горазды. Веник готовить?

Даниил в упор посмотрел на ухмылявшегося Кельта:

– Да, и мешочек. Для твоих зубов.

Собрание «Феникса» завершилось бурными аплодисментами, свистом и улюлюканьем.

Глава 17

После той бурной хмельной ночи в Дубае Софи почему‑то была уверена, что, вернувшись в Москву, они с Даниилом будут частыми гостями в постели друг у друга.

Но в первую же пятницу, побывав на ужине в отцовском доме, она вошла в пустующий особняк. Волохов приехал ближе к двум часам ночи. И все следующие дни он хоть и вел себя достаточно открыто, но не проявлял особого рвения продолжить начатое. А ей не хотелось снова становиться инициатором.

Чтобы не мучить себя дурацкими мыслями, Софи решительно сосредоточилась на теме, которая давно ее интересовала: современное изобразительное искусство. Она заказала с десяток иностранных учебников и справочников. А пока они летели к ней из Европы, Софи штурмовала все действовавшие в столице выставки, вооружившись блокнотом и аудиогидом.

– Как успехи? Если московские выставки закончатся, можешь сгонять в Питер. Или за рубеж.

Софи поперхнулась утренним кофе, увидев Волохова не в деловом костюме, а в футболке и спортивных штанах:

– Э… Ты решил сменить имидж?

– Нет, я решил начать день с тренировки. – Он присел за стол и налил себе половину стакана цитрусового сока. – Так что там с выставками?

– Да, Москва уже близка к финишу. Но за границу я теперь не скоро попаду.

Волохов приподнял бровь:

– Почему?

– Сдала паспорт на смену фамилии. Потом придется менять загран и переносить визы…

– Пфф… Дело пары дней. Сразу бы предупредила. Я решу вопрос.

– О… – Софи задержала взгляд на мускулистых руках Даниила и на черепе антилопы. – Спасибо.

– Если полетишь куда‑то в выходные, я смогу составить тебе компанию. Чтобы поддержать уровень спокойствия Якова.

Софи доела последний кусочек круассана с маслом и хмыкнула:

– Только ради этого?

– Я не сильно интересуюсь современной живописью. – Волохов сосредоточенно накладывал себе омлет, бекон и фасоль.

Софи, еле сдержав смешок, расплылась в хитрой неоднозначной улыбке:

– А чем ты сильно интересуешься?

Он поднял на нее взгляд и на секунду замер, заметив ее выражение лица:

– М-м-м… Ты в этом смысле.

– В каком «этом»?

– Софи, я не готов дать тебе то, чего ты хочешь. – Даниил облокотился на стол и уперся подбородком в ладонь, открыто и откровенно глядя на нее.

Софи медленно моргнула и посмотрела в окно:

– С чего ты взял, будто знаешь, чего я хочу?

– Я буду рад, если ошибусь.

Допив свой кофе, она не совсем правдоподобно усмехнулась:

– Может быть, мне достаточно того, как ты искренне ко мне относишься? – Софи сделала упор на слово «искренне», тонко намекнув на смысл татуировки Волохова.

– Очень на это надеюсь. – Он встал из‑за стола, не съев и половины завтрака. – Пришли мне данные своего паспорта. Думаю, к концу недели все будет готово.

– Хорошо. – Несколько секунд Софи смотрела ему в спину, размышляя, действительно ли ей достаточно того, о чем она говорила.

* * *

В восемь часов Волохов зашел в раздевалку «Феникса», заставив утихнуть сонные утренние разговоры.

– Да ладно! – Арчи уставился на него, словно на привидение. – Ты действительно хочешь побороться?

Даниил изогнул бровь и кинул свою спортивную сумку под лавку:

– Если ты боишься, так и скажи. Мы тут все люди понимающие.

За его спиной раздался взрыв хохота.

– Арчи, ты реально боишься старика Волохова? – Дима звонко хлопнул Даниила по плечам и, оперевшись на него ладонями, озорно подпрыгнул. Адвокат слегка качнулся под его весом и раздраженно закатил глаза. – Это должны видеть все!

– Сокол, уймись.

Но тот уже выбежал в коридор, зазывая все свободные глаза и уши присоединиться к зрелищу.

Арчи завязал шнурки, встал и размял плечи:

– Ну пойдем, мистер Двуликий.

В зал вслед за ними подтянулись все остальные. Последними вошли Аня с Лерой, Святослав и Макс, сходу уточнивший:

– Ставки кто‑нибудь принимает?

– Думаешь, тут не все так очевидно? – усмехнулся Морок.

– Я бы поставила сотню на Волохова. – Пики, стоя с кружкой кофе в руках, пыталась сдержать ироничную улыбку.

– Вот ты как заговорила?! Я думал, мы друзья.

– Арчи,