Русская фея и Лев настороже - Илона Волынская

Словно в подтверждение ее слов, загремел засов, дверь распахнулась и на пороге появились два совершенно квадратных стриженных типа. Один из них прорычал нечто нечленораздельное, отдаленно напоминающее приказ выходить.

Ну и рожи, ох и рожи! Они же не люди, до людей тут как до луны, они всего лишь связующее звено между комодом и бабуином! И эти генетические уроды убили Чарльза! Не-ет, ничего они от нее больше не получат! Она им не дастся! Она отобьется и в очередной раз выживет! Вот когда она выживет, тогда уже ляжет и тихо сдохнет, а сейчас главное – выжить!

Гордо вскинув голову, Джейн направилась к выходу. За ее спиной Танька облегченно вздохнула. Слава богу, Женька успела очухаться до свидания с Фердадойчиком. Одна Танька бы не справилась, а вдвоем они еще поборются!

Периодически подпихивая своих пленниц в спины, помесь обезьяны с мебелью провели их длинным коридором, вырубленным прямо в скале. Мафиози явно не утруждали себя излишними заботами о комфорте, не удосужились даже пригладить скальную поверхность: стены пестрели выступами, а неровный пол заставлял постоянно спотыкаться. Коридор заканчивался глухой металлической стеной. Сарделькообразным пальцем сопровождающий принялся тыкать в кнопки кодового замка.

– Он цифры знает! – тоном смертного изумления пробормотала Танька.

– И правда! – словно в ошеломлении Джейн уставилась на руки конвоира. Ага, три-два-восемь-шесть-один-один. Она тут же безразлично отвернулась и подергала за рукав шкафо-бабуина, – Парниша, а может вы с напарником еще и читать умеете?

Новый неопределенный рык убедил ее, что уж говорить-то сопровождающие точно не обучены. Доведя эту информацию до сведения всех желающих, и получив в ответ очередной тычок в спину, Джейн влетела в дверь. Открывшаяся ей комната представляла собой странную смесь центра управления и светской гостиной. Вдоль одной стены выстроились в ряд сонно гудящие компьютеры, в другую был вделан роскошный, облицованный мрамром камин, в котором уютно потрескивал живой огонь. Вокруг стояли мягкие кресла и столик с напитками. Сейчас кресла оккупировала компания из четырех мужчин.

– Знаешь, чувствую себя клоуном из дореволюционного цирка, – пожаловалась Джейн Таньке.

– Почему именно из дореволюционного?

– А они выбегали на арену с криком «Ба, знакомые все лица!» – последнюю фразу Джейн проорала, заставив сидящих испуганно вздрогнуть. Улыбнувшись, она светским жестом представила Таньке собравшихся и томно просюсюкала, – Танечка, дорогая, наших одноклассников-двоечников Мокошкина и Фердадойчика ты уже знаешь, а это вот сеньор Томмазо Торизи, банкир итальянской мафии. Здравствуйте, сеньор Торизи, ах, нет, мы же договаривались – просто Томмазо… Оказывается, вы тоже здесь!

– Миледи, поверьте мне, миледи, такая женщина как вы, миледи, если бы не интересы дела, миледи… – забормотал итальянец, привставая и полным отчаяния жестом прижимая руки к сердцу.

– Понимаю, понимаю, производственная необходимость прежде всего… – сочувственно покивала Джейн, – Значит, бросив меня в клубе, вы помчались ко мне же домой, чтобы захватить меня в плен?

– Нет, нет, не вас, миледи, – замотал головой сеньор Торизи, – Вашу подругу. Мое руководство направило меня уладить вопрос с русской программисткой, пустившей вирус в наши компьютеры и похитившей бесценную информацию. Нам удалось выяснить, что она проживает в некоем доме, но я понятия не имел, что это ваш дом, миледи! Просто после одной неудачной попытки добраться до воровки…

– Сам ворюга! – негодующе фыркнула Танька.

– …мы решили предпринять вторую. Тут выяснилось, что наши интересы пересеклись с интересами наших дорогих российских компаньонов, – итальянец торжественно поклонился в сторону Фердадоя, – Естественно, мы начали действовать вместе!

– Ага, значит и вы тоже бегали в черном камуфляже по моей гостиной!

– Я? Позвольте, миледи, я человек воспитанный и не позволяю себе являться к даме в дом без приглашения. Для того есть специально обученные люди. Кстати, позвольте выразить вам самые искренние соболезнования в связи с вашим вдовством. Поверьте, я был в полном отчаянии, когда узнал, что мой многоуважаемый компаньон в интересах дела был вынужден лишить вас супруга!

– Не стоит соболезнований, – небрежно отмахнулась Джейн. – Чарльз, любимый, если там ты слышишь меня, пойми и прости!.. Я не слишком высоко ценю брачные узы, во всяком случае гораздо ниже имущества. Вон, Павел может подтвердить. Не так ли, Паша? – она пристально уставилась на четвертого члена компании, красивого, хотя и слегка потасканного, высокого мужчину.

– Точно, – мужчина залпом хватанул коньяк из стоящего перед ним стакана и уставился на Джейн ненавидящим взглядом, – Меркантильной стервой была – жадной сукой осталась!

– Фи, Паоло, как можно так грубо с такой женщиной! – возмутился шокированный итальянец.

– Ничего, он по-родственному, – успокоила его Джейн, – Наши люди, если по-родственному, любую гадость скажут – не поперхнутся. Мы ведь с Пашенькой давно знакомы, как-никак он на моих кровных денежках жениться собирался.

– Ну… – протянула Танька, – Это, значит, твой несостоявшийся жених, – она ткнула пальцем в Фердадоя, – и это тоже, – она указала на Павла, – и симпатичный макаронник, похоже, был не прочь?

Джейн подтверждающе кивнула.

– Прямо какой-то клуб по интересам, – заключила Танька, – членство только для тех, кто Женьку хотел, но не поимел.

– Нехорошие вы, девочки, – осуждающе покачал головой Фердадой. – Нас обижаете, на мужиков своих свежепокойных вам плевать, а они ведь вас спасали. Кстати, почти спасли, ни в жисть мы бы вас на том островке не сыскали, кто бы мог подумать, что вы прямо у нас под боком зачалитесь! К счастью, есть еще на свете нежные девичьи сердца, готовые открыть свое горе понимающему человеку! – видя недоуменные взгляды бывших одноклассниц Фердадой довольно пояснил, – Воблы английские, у которых ты, Женечка, мужика увела. Юрасик наш целый день убил, по парку с ними выгуливался, слушал истории как хорошо им было, пока ты не появилась! Ох и крыли тебя девоньки, ох и крыли, даром что англичанки! – Фердадой восторженно покрутил круглой башкой, – Та, что более тощая даже кровожадным мечтам предалась, как здорово было бы завезти тебя на островок к художнику Майку Петерсону, да там навсегда и оставить. Одна, дескать, беда, Чарльз это местечко тоже прекрасно знает и сможет тебя найти. Молодец, жрец, хорошая работа, качественная! – Фердадой поприветствовал Мокошкина поднятым бокалом.

От начальственной похвалы великий жрец и главный душевед смущенно зарделся.

– Ладно, птички, к делу, хватит выпендриваться, – пухлая лапа Фердадоя слегка пристукнула по столу. – Много вы нам кровушки попортили, денежек наших порастрясли, меня достали крепко, ребятишек моих изобидели, компаньонам в их итальянский борщ наплевали. Пора и ответ держать, воробышки. Начнем с тебя, Танюшенька. Надо, ласточка моя, надо в сознанку идти, насчет подделанного-то аукциона. Так что бери ручку в свои шаловливые программистские лапки и пиши все как на духу! И по-быстрому давай, а то денежек у нас