Русская фея и Лев настороже - Илона Волынская

И прежде чем Кшись успел ее остановить, она круто повернулась на каблуках и бросилась прочь, мимо Нурика, мимо застывших под прицелом гангстерских главарей…

Никто не ожидал от грузного Фердадоя такой прыти. Миг, и он уже пятится к компьютерной стене, прикрываясь неистово брыкающейся Танькой.

– Сейчас вы дадите мне пистолет, – напряженно процедил Фердадой, – Потом сложите оружие и отойдете от двери. Я и мои партнеры уходим.

– То пан бредит? – как всегда вежливо и невозмутимо поинтересовался Кшись, прицеливаясь в выпирающие из-за Таньки фрагменты Фердадоя. Чтобы прикрыть главаря целиком таких Танек требовалось как минимум три.

– Пан не бредит, – отрезал Фердадой, – Ты, мент, конечно, в меня попадешь, только видишь эту кнопку? – пухлый палец ткнулся в клавиатуру, – Если ты меня подстрелишь, я упаду как раз на нее, и тут же вся информация во всех наших компьютерах здесь, в России, и в Италии будет стерта! С чем тогда на суд пойдешь!?

Интерполовцы в панике переглянулись.

– Подумай, стоит ли ради четырех человек терять возможность ликвидировать организацию? – заметив, что его слова произвели впечатление, Фердадой стал настойчивей, – Давай пистолет и в сторону! Краля твоя пойдет со мной, чтобы ты глупостей не наделал. Не бойся, на берегу мы ее отпустим.

– Вторую сучку тоже забери! – истерично выкрикнул Павел.

– Да, да, будьте любезны, сеньор, учтите и наши интересы, – нервно кивнул сеньор Торизи, – Одной сеньориты программистки, может, знаете ли, на всех не хватить.

– Вы меня что, жрать собрались? – немедленно возмутилась Танька.

– Умолкни, синичка моя. – потребовал Фердадой, – А ты, поляк, давай быстрее. Оружие сюда, рукояткой вперед!

Опустив руку с пистолетом, Кшись медленно двинулся к толстяку. Танька от изумления даже перестала брыкаться.

– Кшись, ты чего? Ты что, согласен? Отправишь меня с этими?..

– А ты как думала? Твой дружок ради тебя все дело нафиг пустит, карьеру себе заломает? Не стоишь ты того, рыжая! – издевательски расхохотавшись, Фердадой протянул руку за оружием.

Улыбка так и осталась у него на губах, когда пистолет Кшися, словно живой, скользнул вдоль Танькиного бока и выплюнул нестерпимо раскаленный кусок металла. Кшись рванул Таньку к себе, она влетела в его объятия, а туша Фердадоя грузно обрушилась на пульт. Экраны разом мигнули и погасли, привычно тихое гудение смолкло.

– Стоит, – прошептал Кшись, поглаживая дрожащие Танькины плечи. – Она – стоит! – но покойник не мог уже его услышать.

– Мужчина не должен ставить женщину выше своего дела, – сказал сеньор Торизи, укоризненно глядя на Кшися.

– Вы не правы! Вот не правы вы! Любовь, одна любовь повелевает миром, и моя высокочтимая богиня – она тоже за любовь! Правильно я говорю? – Юрка Мокошкин подпрыгивал на месте, попеременно преданно заглядывая Кшисю то в глаза, то в дуло пистолета.

– Правильно, правильно. На пол давай, мордой вниз, руки вытянуть! – Нурик опустился на корточки и принялся аккуратно приматывать запястья Мокошкина к тяжелой ножке компьютерной стойки.

– В-все равно я тебя не прощу, ты меня обманул – дробный стук зубов лишил Танькино заявления подобающей торжественности.

– Я не обманывал, это моя игра, – мгновенно вычислив основную причину обиды, ответил Кшись. – Я программист, но работаю на Интерпол.

– Боюсь, уже не работаешь, – тяжко вздохнул Нурик, затягивая последний узел на запястьях жреца. Потом приглашающе похлопал ладонью об пол, предлагая сеньору Торизи прилечь рядом с компаньоном, вытащил вторую веревку и продолжал. – Я, конечно, буду помалкивать, но наши все равно вычислят, что это по твоей милости все доказательства уничтожены.

– Я не мог ею рисковать, – вспыхнул Кшись.

– Да я понимаю… Любовь… Только нам теперь и на суде предъявить нечего. Попробуем, конечно, пришить им похищение и попытку изнасилования, но… – Нурик пожал плечами, – Эх, а могли ведь целый синдикат накрыть. Вы его хоть простите, барышня, а то как же он теперь и без работы, и без вас.

– Насчет прощения я подумаю, – важно заявила Танька, поуютнее устраиваясь у Кшися в объятиях, – а насчет работы… Вытащите из камина мой ноутбук, там ваши доказательства. Ну что вы на меня уставились? Я еще когда в поместье по их сети лазила, заодно прихватывала все архивы какие попадались. Расшифровать их не сложно.

– Так компьютер же в огне, – растерянно пробормотал Нурик.

– Ничего, у нее сумка уникальная. В воде точно не тонет, вроде и в огне не горит, – рассмеялась Джейн, – Так что сидеть тебе, Паша, до глубокой старости.

– Ах ты сука! – однообразно выкрикнул тот, и не обращая внимания на направленный на него пистолет Кшися, бросился на Джейн.

– Вы с ним знакомы, дорогая? – поинтересовался Чарльз, аккуратно укладывая нападающего на пол.

Джейн кивнула:

– Мой бывший. Сделай милость, успокой его как тех, – она махнула рукой в сторону неподвижных тел, – а то он нервный сегодня.

– С удовольствием, – согласился Чарльз, рывком поднимая Павла. Но вместо того, чтобы аккуратно пережать венку за ухом, он вдруг обрушил на соперника мощный апперкот. Хрипя и булькая, Павел сполз к ногам победителя.

Нурик укоризненно покачал головой и принялся прикручивать к стойке третье, бесчувственное тело.

– Чарли, да ты никак ревнуешь! – восхищенно ахнула Джейн.

– Вот еще глупости! – копируя жену, фыркнул Чарльз.

– Ревнуешь! – Джейн забралась к нему под мышку, заставляя обнять себя за плечи, – Кстати, ты ведь Кшися сразу вычислил. И сюда пришел. Как ты затесался в эту компанию профессионалов?

– С каких пор офицер отряда по освобождению заложников считается любителем? – на миг оторвавшись от Таньки, изумился Кшись.

Джейн поглядела на мужа сузившимися глазами:

– Дома поговорим, ассенизатор хренов, – угрожающе пообещала она.

– Если все уже разобрались с личными делами, может, меня послушаете? – кислым тоном заявил Нурик, – У нас как в том анекдоте, две новости, хорошая и плохая. Какую раньше?

– Давай для разнообразия сперва хорошую, – предложила Танька.

– Ладно. Прежде чем идти внутрь мы передали сигнал и сейчас сюда мчатся все спецотряды Интерпола.

– А что у нас плохого? – поинтересовалась Джейн.

– Слышите постукивание? Это местные охранники дверь к нам взламывают. И скорее всего откроют ее раньше, чем прибудет Интерпол.

– Ребята, так вы что, нас не спасли? – охнула Танька, – Нам теперь всем конец?

– Ну зачем же так грустно, – приободрил ее Нурик, – Наши еще могут успеть, да и этими прикроемся, поторгуемся, время потянем, – он кивнул на уже связанных главарей.

– Много с ними наторгуешься, – безнадежно махнула рукой Танька и печально нахохлившись, уселась на диван. Вдруг она радостно вскинулась, словно ей в голову пришла гениальная мысль, – Слушай, Кшись, раз все так плохо, пошли хоть прогуляемся!

– Прогуляемся? Куда? – изумился Кшись, оглядывая замкнутое помещение.

– Вон за тот книжный стеллажик. Вполне укромное местечко. Ты не красней, мы