Назову себя шпионом - Евгений Иванович Таганов

на Копылова упал еще и долг от Циммера (некий клиент оплатил ему весомый адвокатский гонорар). Правда, на вопрос пипла: почему он не купит себе личное авто, Алекс продолжал сокрушенно вздыхать:

— Нету свободных денег, все людям, все людям.

Вот и привалившую денежную массу предпочитал тратить на другое. Для поездок на фазенду были куплены минивэн и микроавтобус, а также три гостевые двуххатки неподалеку от «Биремы», отменно меблирована вся фазенда, реализовано и февральское 30-процентное повышение зарплат, с размахом отмечены в отеле 23 Февраля и 8 Марта.

В том же марте была организована поездка на Пхукет тремя влюбленными парами. К дальнему вояжу готовились как к сверхсекретной акции, пять человек из шести до самой посадки на самолет полагали, что летят в Эмираты. Еще удивлялись, зачем ехать в Москву, ведь и из Питера в Дубай есть рейсы, и для чего отдавать все мобильники в специальный контейнер главного князька. Стас-Сорокин и Зацепин страховались — в большой кубинской игре лучше было лишний раз не подставляться, ведь матрасники за кордоном могут взять в разработку не только Копылова, но и Хазина с Евой.

Две замечательные тайские недели вместили в себя катание на слонах, плаванье по джунглям на бамбуковых плотах, посещение островков, знакомых по голливудским муви, в том числе и остров Бонда (привет Яну Флемингу). Тихое безопасное море, белый песок, скрипящий как снег под голыми пятками, — такого Алекс и на Карибах не встречал. Евин Славик снова сам себе завидовал уже за то, что он здесь есть и все это видит. Дива Инна, как водится, раскручивала Жорку на бесконечные покупки шмотья, за что была к общему веселью укушена мартышкой на одном из островков. Досталось и Вере, честную компанию прямо дрынчило: за что она любит Алекса.

— Ничего не могу с собой поделать — мне за полтора года еще ни разу с ним не было скучно, — призналась она под напором Евы и Инны за очередным черепаховым супом.

— Ну ведь греет же тебя, что с ним ты себе можешь позволить все? — для меркантильной Дивы все шкурное было на первом месте.

— Это-то как раз и плохо, все время ждешь, что карета превратится в тыкву.

— А когда помолвка превратится в свадьбу? — не могла не поддеть Трехмужняя.

— Мы ее решили отложить еще на один год, — к полному изумлению Алекса, вдруг объявила Вера, ему оставалось лишь подтвердить, что «да, мы так решили».

— Ну за год на его руку и сердце еще может кто-то найтись, — продолжила провокацию Ева.

— Все равно лучше меня ему не найти, — не выходила из образа Первой леди Вера.

Придя с пляжа в номер, Алекс поинтересовался:

— Это было для красного словца или как?

— Разве я не вижу, что ты хотел именно так.

— Только поэтому?

— Ты хотел соратницу — ты ее получил, или хотел что-то еще?

Конечно же он хотел соратницу, но не таким же тоном.

— Ладно, раз «мы решили», то пусть так и будет, — подытожил он с неприятным чувством проигравшего.

Внешне у них ничего не изменилось, даже интим «сколько угодно и где угодно» не пострадал. Вот только желание в кого-то влюбиться стало посещать его гораздо чаще. Дом бабушки в Твери Вера к этому времени уже продала, но о покупке отдельной питерской квартиры речь больше не заводила. Здравый смысл взял свое, решил Алекс.

Активный тропический отдых пришелся янычарам в самую масть — к веслам «Биремы» они вернулись, переполненные энергией и свежими идеями, так и рвались свернуть кому-либо шею и надавать пенделей. Благо, что для выпуска неукротимой дури имелись боксерская студия, «Светлобес» с мелкобритами, интриги отельных мадам и конечно фазенда.

Там каждую неделю что-то вступало в строй, будь то мотель, конюшня, пруд для карпов и уток, ангар для лодок и байдарок или фруктовый сад с огородом. Как ни странно, именно конюшня с первого дня стала рентабельной. Среди деньжистых завсегдатаев клуба нашлись перцы, пожелавшие, глядя на князьков, завести себе верховую лошадь с полным круглогодичным ее содержанием и с перспективой получать денюжку за прокат своего скакуна безлошадной публике.

Но все эти активности были чисто для души и удовольствия. Это же такой кайф поработать руками и как следует перепачкаться. Зато куда более серьезных мозговых и моральных затрат требовали дела бандитские.

Втайне от Стаса-Сорокина была разработана целая операция против сановника-предателя Епифанцева. Про шесть тысяч украденных брюликов Алекс ляпнул перед лукачцами просто для эффекта, теперь приходилось как-то выкручиваться. Намечен был вариант с киднепингом внука Епифанцева — и всё к этому тщательно готовилось, но потом выяснилось, что клиент собирается в депутаты Государственной думы, и Копылов решил идти другим путем. Рассказал о своей идее Зацепину, тот не только ее одобрил, но и прислал нужные документы.

В один прекрасный день кандидат в депутаты получил по почте пухлый пакет, в котором в цифрах и фактах описана вся его советская и постсоветская деятельность. То есть посадить тебя, может, и не посадят, но про свое депутатство забудь или плати пятьдесят тысяч сам знаешь чего. Еще в сопроводительном письме говорилось, что в Трибунале «Верность присяге» Высшая мера социальной защиты для Епифанцева была заменена на выплату в течение 10 лет 500 тысяч американских долларов. В случае отказа от уплаты Трибунал вернется к первому виду наказания. Разумеется, о группе «Верность присяге», якобы разгромленной в 1999 году, Епифанцев не мог не знать, поэтому две недели ему было дано на то, чтобы он по своим старым московским связям выяснил, что с этим возрожденным Трибуналом ныне. Затем был поджог авто одного из охранников Епифанцева, и звонок ему с неопределившегося номера: «Платить готовы?»

Момент выбрали так, что или езжай в Москву занимать высокое кресло, или кликушествуй, поднимая волну спецрасследования. Новоявленный Корейко предпочел откупиться, видимо, рассчитывая до второго платежа найти нужный выход. Себе Алекс оставил лишь пять тысяч, остальное ушло лукачцам, участвовавшим в операции, плюс показ им письма от Епифанцева, в котором тот клятвенно заверял, что второй транш из всей суммы он сможет выплатить только через полгода.

— Ну так это всего пол-лимона, и то не понятно когда, чтобы полностью, а ты обещал целый лимон, — бурчали те, кому «за трудовой вклад» досталось меньше других.

Впрочем, их собственные воровские дела без Лукача и Савелы-Ёжика приносили совсем сявые дивиденты, в «Стрельце» места для всех не хватало, и надежда была только на Копылова. Ну не бросать же в самом деле бедолаг — и Алекс, почесав макушку, придумал и им и себе новый