Прощайте, господин полковник! - Леонид Сергеевич Колосов

Наступила пауза. Экке думал. Музыканты исполнили один вальс и взяли несколько аккордов другого, такого же медленного.

— Хорошо. Моя связь работает в военной администрации русских. Англичане дали ему псевдоним Аскет. Этот майор имеет, как правильно вы сказали, отношение к авиации. Сотрудничество с ним идет по закону: даю, чтобы ты дал…

— С этого вечера я тоже хотел бы приобщиться к этому закону. Вся поставляемая вашим русским информация должна быть и у меня…

— Кое-какая информация у меня уже есть, потому что сегодня поздно вечером состоится встреча с англичанином.

— О чем пойдет речь?

— О возможностях истребительной авиации русских и их противовоздушных ракетных установках.

— Представьте, что это могло бы нас заинтересовать.

— Я вас понимаю, но…

Росс достал из внутреннего кармана прямоугольный пакетик.

— Здесь тысяча долларов. Но сначала вы мне напишите всего несколько строк. Итак, «Мною, Вольфгангом Экке, получена тысяча долларов». Написали? Теперь подпись. Так. Число, месяц и год. Давайте расписку и берите деньги.

Экке достал из внутреннего кармана маленькую плоскую коробочку.

— Здесь фотопленка. А что я скажу англичанину?

— Англичанину вы скажете, что ваш человек не явился на встречу. А мы с вами увидимся через неделю в этом же ресторане в это же время.

Экке молчал, словно не решаясь сказать что-то.

— Вы что-нибудь забыли, мистер Экке?

— Да, мистер Генри. Мне кажется, что вы серьезный человек, и я вам поверил. Поэтому я хочу сделать небольшой подарок. Дело в том, что моя встреча с русским майором была однажды тайно сфотографирована. Вот снимок.

Экке достал портмоне, вытащил небольшую карточку. Только огромная выдержка Росса позволила ему не измениться в лице. На фотографии рядом с Экке сидел на скамейке в тенистом углу парка… Сергей Григорьев. Он его сразу узнал…

Росс был опытным разведчиком. Он прекрасно понимал, что такого счастливого стечения обстоятельств в жизни практически не бывает. Что-то здесь туманное, что-то не так.

О своем открытии Росс не доложил начальству ни тогда, ни много позже, когда был сбит шпионский самолет «У-2», сбит именно потому, что американская разведка была дезинформирована в отношении «потолка» советских ракет…

Операция в Риме

Об этом случае вспомнили в кабинете одного из начальников объединенной натовской разведки генерала Джона Швейцера много лет спустя.

Генерал считался крупным специалистом по социалистическим странам. В тот день он беседовал с уже знакомыми нам Симоном Фергюссоном и Жоржем Колгертом, которого готовили к поездке в Москву на должность резидента одного из западных посольств. Оба сидели по сторонам длинного стола, который был приставлен к письменному столу генерала. Швейцер ходил из угла в угол своего просторного кабинета. Остановившись, сказал, обращаясь к Фергюссону:

— Я вызвал Ингвара Росса. Присмотритесь к этому парню. Это один из лучших и перспективных сотрудников нашей службы. Особенно по части вербовочной работы. Видимо, у него какой-то природный дар, ведь не так просто разобраться во всем этом человеческом дерьме. Один любит деньги, другой — слабый пол, третий — острые ощущения. У Росса, правда, случилось несчастье. Женился на очень приличной девушке, мы ее проверили по всем статьям, а она возьми да и умри при родах. Осталась дочка, в которой Росс души не чает. Сейчас учится в Риме, живет у какой-то дальней родственницы жены. Она ведь у него была итальянкой. Да, так вот, вспоминаю, как блестяще завербовал Росс того немца, ну как его, напомните, Фергюссон…

— Это был Вольфганг Экке, агент Интеллидженс сервис…

— Почему был?

— Его, вероятно, убрали сами англичане, когда узнали, что он двойник. Словом, все обставили по классической английской схеме. Экке был в командировке в Мюнхене по своим делам. Всю ночь кутил с каким-то типом в ресторане гостиницы, а утром его нашли в ванне с перерезанной веной. На столе лежал клочок бумаги с каракулями, написанными кем угодно, только не Экке: «Дорогая, прости, я устал…»

— Причем тут «дорогая»? Насколько я помню, Экке…

— Вообще-то, англичане сработали дело без сучка и задоринки, инсценировали самоубийство и убедили полицию, что дело обстояло именно так, покончил, мол, с собой разочаровавшийся человек, применив древнеримский способ: вена вскрывается в ванне с теплой водой. Это безболезненно.

В разговор вступил до этого момента молчавший Колгерт:

— Ну а как реагировала на это ваша служба? Не стали ссориться с англичанами?

— Зачем портить отношения с союзниками, да еще из-за человека, из которого Росс выжал все, что нам требовалось? — Швейцер сделал паузу и закончил убежденно: — Балласт в нашем деле — опасная помеха. Лучше от него избавиться и уж совсем хорошо, если чужими руками…

— Да, безусловно, операция была проведена блестяще, — поддержал генерала Фергюссон. — Экке дал Россу почти все нужные данные об истребительной авиации русских и их ракетах. И это позволило запустить Пауэрса, который проскочил до Урала.

— Но Пауэрса все-таки достала русская ракета…

Колгерт сказал это не без ехидства, но Фергюссон продолжал гнуть свою линию:

— А при чем тут Росс? Может быть, Пауэрс по трусости летел ниже двадцати тысяч метров, может быть, у него отказали приборы.

— Пауэрс не только нарушил инструкцию, предписывавшую умертвить себя в случае угрозы оказаться в плену, но и, спасая шкуру, разболтал, судя по процессу в Москве, все! — Генерал Швейцер после паузы добавил: — Да, русские получили от него все… Кстати, вы ведь до конца вели операцию с Экке вместе с Россом?

Этот вопрос Швейцер задал Фергюссону.

— Да, генерал, до самого конца, то есть до тех пор, пока Экке не потерял своего источника, который внезапно исчез, словно провалился сквозь землю…

— Источник… А не могли русские…

— Не думаю, генерал. Мы получали от Аскета через Экке микропленки, сделанные с оригиналов совершенно секретных документов. Причем мы зачастую имели возможность проверить их достоверность… И потом самолет все же долетел до Урала. Русские не дураки. Если бы они подсунули дезинформацию, то сбили бы самолет на самой границе. Нет, дело в самом Пауэрсе, который…

— Простите, дорогой Фергюссон, — перебил Колгерт, — а что делал Росс потом?

— Занимался многим. Были у него удачи по вербовке людей, выезжавших из России по израильскому каналу, работал на Ближнем Востоке…

Генерал посмотрел на часы:

— Господа, кончаем разговор. Росс должен ждать в приемной. — Он нажал кнопку звонка, появился дежурный офицер. — Ингвар Росс прибыл?

— Так точно, господин генерал.

— Просите!

Вошел Росс в штатском костюме. Он постарел, и загорелое лицо его особенно подчеркивало обильную седину, которая уже тронула когда-то густую шевелюру. Швейцер встал из-за стола, пожал ему руку:

— Рад вас приветствовать, дорогой Росс, в новом звании и с очередной наградой. Ну, полковника Фергюссона я