Календарь убийцы - Изабелла Мальдонадо

– Предоставь вести разговор мне, – бросил он через плечо, прежде чем толкнуть дверь вперед. – Возможно, Чапмен тебя не узнает, а я не стал объяснять, зачем ты здесь.

Дани ничего не имела против. Чапмен пригласил их к себе, но, по словам Флинта, тон у него был недовольный, и он согласился выкроить время только в знак одолжения коллеге по профессии, после того как Флинт объяснил, что они хотят взглянуть на одно его старое дело.

Следуя по пятам за Флинтом, Дани вошла в «стойло» с четырьмя письменными столами, заваленными обычным полицейским хламом. Стены были украшены значками, плакатами и дипломами.

В комнате не было никого, кроме лысеющего широкоплечего мужчины, которого Флинт представил как следователя первого разряда Стэна Чапмена. Дани сразу же его узнала, но не подала виду, предоставив Флинту раскрыть то, какое отношение она имеет к делу, которое они намеревались обсудить.

Пока мужчины разговаривали ни о чем, Дани осмотрелась вокруг. Она удивилась, увидев стопки бумаг рядом с каждым компьютером, – учитывая сплошную цифровизацию. Новенький пластмассовый череп лежал на видавшем виды столике рядом с кофейником, чья молодость прошла уже давным-давно. Ауру старины дополняли массивные пробковые доски с листками, закрепленными кнопками. На одной доске висел плакат:

Конечно, никакая охота не похожа на охоту за человеком, и те, кто долго охотился на вооруженных людей и вошел во вкус, уже не способны ничем по-настоящему увлечься.

Эрнест Хемингуэй

И действительно, эти следователи – охотники. Судя по возрасту Чапмена, он был из тех, кто не собирался отказываться от охоты, выходя в отставку.

Когда с любезностями было закончено, Чапмен указал на два дешевых кресла на колесиках, обтянутых кожзаменителем.

– Так что насчет дела десятилетней давности? – спросил он. – У вас появилась какая-то новая информация?

– Убийство в Касл-Хилл, – сказал Флинт. – Жертвой был Серхио Вега.

Откинувшись на спинку кресла, Чапмен задумался, закрыв глаза.

– Да, – через какое-то время сказал он. – Помню. – Печально покачал головой. – Настоящая трагедия. Его убила жена. Она так и не предстала перед судом, поскольку была признана невменяемой.

Дани внутренне напряглась, приготовившись выслушать изложение обстоятельств дела без прикрас. Она понимала, что Чапмен вел бы себя более тактично, если б знал, кто она такая. Но прежде чем Вега успела его просветить, он удивленно уставился на нее, после чего прищурился, глядя на Флинта.

– Так, секундочку… Кажется, ты сказал, что ее зовут специальный агент Вега?

– Я Даниэла Вега, – опередив Флинта, подтвердила Дани.

– Вы старшая дочь, – пробормотал Чапмен. – Я вас не узнал.

Суровая армейская служба изменила Дани во многих отношениях, и в первую очередь внешне. Сейчас она мало напоминала того подростка, которого следователь допрашивал десять лет назад.

– Я… сочувствую вам по поводу вашей утраты, – сказал Чапмен, после чего метнул обвиняющий взгляд на Флинта. – Ты мог бы предупредить меня по телефону, что приведешь с собой родственницу жертвы.

– Виноват, – обезоруживающе улыбнулся Флинт. – Я подумал, что мы объясним всё на месте.

– Ты говорил насчет того, чтобы посмотреть одно из моих дел, – продолжал Чапмен. – Есть какие-либо проблемы с тем, как было проведено следствие?

– Никаких проблем нет, – поспешно заверил его Флинт. – Просто у агента Веги есть новая информация, которая, возможно, представит случившееся в другом свете.

Чапмен повернулся к Дани:

– Если я правильно помню, в последний раз мы с вами встречались в квартире вашей тетки. Я заглянул, чтобы рассказать о ходе расследования и передать личные вещи вашего отца.

Дани непроизвольно поднесла руку к цепочке на шее.

– Вы были очень любезны. Спасибо вам за это!

– Дело об убийстве вашего отца закрыто, – тихо произнес Чапмен. – Нет никаких оснований открывать его снова.

– Моя мать начала говорить, – начала Дани, не зная, как перейти к главному. – Она сказала, что не убивала отца.

– Мне пришлось расследовать сотни убийств, – сочувственно произнес Чапмен. – И, как правило, преступники с пеной у рта заявляют о своей невиновности. При этом родственники, естественно, им верят. Так что это не основание тратить время, которого у меня нет, на расследование уже раскрытого дела.

Разочарованная, но нисколько не удивленная, Дани стояла на своем:

– Я только прошу разрешить мне взглянуть на материалы.

– А когда вы на них взглянете, у вас появятся вопросы, – скептически поднял брови Чапмен. – Вам захочется пройтись вместе со мной по всему расследованию. – Он махнул рукой, указывая на компьютер и груду бумаг на столе. – У меня двадцать три нераскрытых убийства, в том числе одно, совершенное больше тринадцати лет назад. У жертв остались близкие, которые верят, что я найду преступников. Возможно, три преступления были совершены одним и тем же человеком. Без убедительных доказательств я не могу тратить время на то, чтобы копаться в закрытом деле.

Дани мысленно представила себе убитых горем родственников, ждущих вестей от следователя. Она не имела права отрывать Чапмена от его прямых обязанностей. Но, может быть, ей удастся помочь ему справиться с ними быстрее…

– Вы говорите, три преступления могут быть связаны между собой? – произнесла Дани, рассуждая вслух. – Серийный убийца?

– Только не распространяйтесь об этом. – Чапмен поднял руки вверх. – Это все, что мне нужно.

– Я прошла специальное обучение, чтобы искать закономерности, – кратко сказала Дани. – Это то, чем я занимаюсь.

– В армии она вскрывала всевозможные шифры, – усмехнулся Флинт. – Я видел ее в деле, и получается у нее очень хорошо.

– Это не шифр, – возразил Чапмен.

– Вы предполагаете, три ваших нераскрытых дела могут быть связаны между собой, – сказала Дани. – Это означает, что во всех трех есть что-то общее. Я могу найти закономерность, мимо которой пройдут компьютерный алгоритм и опытный следователь. – Она пожала плечами. – Не будет ничего страшного, если вы позволите мне взглянуть.

Чапмен помолчал, задумчиво глядя на нее.

– Тут вы ошибаетесь, – наконец сказал он.

Почувствовав, что следователь мысленно перебирает аргументы за и против, Дани ждала продолжения.

– Об одном преступлении вы должны были слышать. – Чапмен провел рукой по редеющим волосам. – Потому что оно произошло в том самом доме, в котором вы когда-то жили.

Нахлынули воспоминания. Дани шумно втянула воздух.

– Лу́на Дельгадо…

Луна жила этажом выше. Она трудилась на двух работах, а по вечерам обходила соседей, предлагая помощь. Мать Дани изредка платила ей за то, что она зашивала порванную одежду и подрубала постельное белье.

– Кто такая эта Луна Дельгадо? – спросил Флинт, переводя взгляд с Дани на своего коллегу.

– Она была убита на следующий день после Серхио Веги, – сказал Чапмен. – Дело поручили Питу Морроу, следователю из моей бригады. После того как два месяца назад тот умер от инфаркта, мне