Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Мой брат невозмутимо заглянул в пробитую в гипсокартоне дыру, словно искал там что-то. Даже засунул туда руку и стал шарить среди обломков штукатурки и заплесневелых пучков изоляции.

Опасаясь, как бы он снова не начал биться головой в стену, я вскочил с кровати и схватил Дэнниса за широкие плечи. Если бы он хотел вырваться, то без труда мог это сделать. К счастью, Дэннис послушно вытащил руку из пробитого отверстия, отошел от стены и всей своей тяжестью опустился на кровать.

– Джейми Уоррен,– сказал он, понуро глядя на меня в темноте номера. Голос дрожал, как будто его душили слезы. Я включил прикроватную лампу и увидел, что Дэннис плачет.

– Дэннис, что случилось? – Я сел на кровать рядом с ним.– Ты опять ходил во сне?

Он наклонился к моему лицу. Его потный лоб был в пыли от гипсокартона.

– Нам нужно спуститься глубже,– сказал он.

– Как это сделать, Дэннис? – спросил я.– Скажи, как нам это сделать.

– Найти. Колодец.

– Где?

– Я не знаю.– Он опустил большую, похожую на дубинку руку мне на плечо.– Джейми Уоррен тоже не знает.

– Верно. Не знаю.

Я обнял его за плечи одной рукой. Затем посмотрел на дыру, которую он проделал в стене.

Идеальный круг.

5

Клэй и Миа с облегчением выдохнули, когда встреча с Уэйном Ли Сталлом подошла к концу. Усевшись в «тойоту», они включили кондиционер и посмотрели друг на друга.

– С этим парнем определенно что-то не так. Согласен? – спросила Миа.

– Я собирался рассказать ему о связи с ярмаркой, но решил, что не стоит,– подтвердил Клэй.

– По-твоему, он все это выдумал?

Клэй знал, что Сталл не выдумывает: после разговора с Ашидой Роу он погуглил информацию о том инциденте. История, которую только что поведал этот человек, совпала с историей, которую Клэй нашел в интернете. Брата Сталла, Роберта, убили, а убийцу так и не привлекли к ответственности. Более того, детские показания Сталла в полиции совпадали с той версией, которую он рассказал им сегодня. Клэй сообщил обо всем этом Мие.

– Хотя,– добавил он,– я с тобой согласен. Впечатление от него жутковатое. И это никак не связано с…

– Знаю, знаю.– Миа протянула руку и похлопала его по колену.

– Я имею в виду, не мне судить других по внешности. Да я и не собирался. Дело в другом…

– Ты прав,– согласилась Миа.– Здесь что-то…– Слово вертелось на языке, но она никак не могла сосредоточиться и его ухватить.

Только поздним вечером, когда Миа вошла в полосатую красно-белую палатку Престидижитатора Патча, ее осенило. Будучи кинорежиссером с полудюжиной независимых хоррор-фильмов и многолетним опытом работы с актерами, Миа Томасина поняла, что именно во время их встречи с Уэйном Ли Сталлом вызвало у нее беспокойство. Возможно, он и говорил правду, только его реплики звучали так, будто читались по сценарию.

Глава 19. Бибби и Волшебник

1

Сталл сидел в своем «киа» на другом конце парковки у ресторана и ждал, когда Уиллис и женщина по имени Миа выедут на шоссе. Голубки о чем-то ворковали за запотевшим лобовым стеклом и, похоже, никуда не торопились. Того и гляди начнут тискать друг друга.

На заднем сиденье зашевелился Бибби.

Сталл взглянул на отражение мертвого братца в зеркале заднего вида. Роберт «Бибби» Сталл, навечно оставшийся десятилетним. Вечно обитающий на краешке сознания своего брата-близнеца Уэйна.

В теории они были идентичными близнецами. Однако Сталл видел их детские фотографии – те немногие, что мать держала в ящике комода в прихожей старого дома на Слотерхаус-роуд,– и всегда знал, который из двух младенцев он, а который – Бибби. Никаких сомнений быть не могло.

Лицо малыша Уэйна было разделено пополам вертикальной расщелиной, и две половинки верхней губы приподнимались к сплющенным, искривленным ноздрям, словно театральный занавес. Верхняя десна походила на открытую створку устрицы. На тех фотографиях, где малыш Уэйн смеялся, сквозь расщелину можно было увидеть заднюю стенку горла. Когда у него прорезались молочные зубы, они росли не вертикально вниз, а торчали из десны вперед. Позже, в подростковом возрасте, ситуация с зубами только усугубилась. Уэйн выглядел так, будто упал на тротуар с большой высоты.

«Бибби»,– произносил он, когда близнецы учились говорить. Не Бобби, не Роберт, а эту исковерканную версию имени его брата. Бибби, Бибби, Бибби. Мать в раздражении с силой стискивала челюсть юного Уэйна большим и указательным пальцами, словно щипцами, и он чувствовал, как сжимается нёбо, изгибаются челюстные кости, а неровные зачатки зубов наползают друг на друга.

Каждый раз, когда его язык высовывался из расщелины на лице, мать отвешивала Уэйну пощечину. «Никому не нужны твои слюни в тарелке,– отчитывала она его.– Думаешь, кто-то хочет смотреть на розового червя, выползающего из твоей пасти?» Поэтому Уэйн работал над речью, уделяя особое внимание словам на букву «с», на букву «т», долгим и коротким звукам «о», которые причиняли ему столько трудностей и огорчений.

Роберт не испытывал никаких трудностей. Роберт не ведал огорчений. Роберт был красивым воспитанным мальчиком. «Таким сыном гордился бы любой отец,– не раз внушала мать Уэйну.– Видишь, как Роберт артикулирует? Видишь, как он держит язык во рту, когда говорит?»

Маленький Уэйн все это видел. И держал розового червя в норке. Он пытался подражать манере речи Роберта, но, увы, ничего не мог поделать с расщелиной на своем лице.

Таким сыном гордился бы любой отец. Вот только в холодном доме-склепе на Слотерхаус-роуд никогда не было отца. С возрастом Уэйн Ли Сталл пришел к убеждению (впрочем, без каких-либо реальных доказательств), что они с Робертом – сыновья одного из тех мускулистых, перепачканных кровью мясников, которые работали на скотобойне дальше по улице. Так или иначе, с его рождения и до десяти лет в скрипучем, рассыпающемся доме их было только трое.

До определенного момента мать обучала их с братом на дому. Потом, в возрасте восьми или девяти лет, Роберт пожелал ходить в государственную школу в городе. Сначала мать, казалось, была уязвлена тем, что ее любимый сын намерен бросить семью ради чужих людей. Однако в конце концов согласилась.

Роберт получил новые ботинки, рюкзак и пенал с крутыми мультяшными героями на крышке. Когда юный Уэйн попросился в школу вместе с