Искатель, 2007 №4 - Алексей Фурман

Когда и откуда появилась эта огромная черная рыбина, никто толком не знал. Но видели ее многие, и чаще всего браконьеры. Они доставали в клочья изодранные сети без единой рыбешки, а поодаль издевательски выпрыгивал из воды во весь свой внушительный рост могучий черный судак. Если на глазок, то росту в нем было не меньше трех метров, а сколько он весил, хотя бы примерно, — определить затруднялись, потому как иногда, будто невзначай, он подплывал под легкую дюралевую лодку браконьера и играючи ее переворачивал. Тогда лихие промысловики стали выходить на тяжелых смоленых «казанках» и ставить сети, сплетенные из тонкого прочного капронового шнура. Сети оставались целыми, но абсолютно пустыми. Браконьерство здесь стало экономически невыгодным, поэтому некоторые бросили это занятие, а некоторые стали промышлять на других водоемах. Но те, кто остался, посчитали делом своей чести изловить черного монстра, даже покойный Поликарыч назначил и объявил награду — тысячу долларов получит тот, кто принесет в его гараж черного судака. Награда, кстати, так и не нашла своего героя.

Вскоре судак перестал напоминать о себе, и ажиотаж вокруг этой загадочной рыбы потихоньку угасал. Правда, в прошлом году прошел слушок, что летом в районе Дични какая-то рыбина будто бы вытолкала к берегу тонущего пацаненка, но достоверных сведений на этот счет не было, и молва так и осталась молвой. Зато браконьерский телеграф разметал в округе радостную весть: пропал куда-то черный судак, снова мы хозяева на море. Однако для пробы кинули пару сетей-паутинок. Проверили — мать честная! Рыбы полным-полно, и все ячейки целые. Ага! Сгинул черный паразит! Сдох, наверное, от старости! И снова рынки всей области забелели свежей рыбой, и снова смердят берега водохранилища недо-багренными тушами сомов и толстолобое, и снова километры сетей наматываются на «кошки» рыбнадзоровского катерка. Хотя какой там рыбнадзор! Каждый его нечастый рейд с точностью до минуты заранее известен всезнающим лихим добытчикам. И они, заслышав тарахтение движка казенного суденышка, сидя в своих лодках, брали в руки для куража какие-то дрыны наподобие знаменитой троицы из гайдаевской киноленты и, размахивая кепками, приветствовали своих радетелей и защитников, а то демонстративно поднимали стаканы с водкой. И с катерка им приветливо помахивали ручкой. Грустно со стороны было наблюдать эту комедию.

И вот на тебе! Снова объявился черный судак. Да еще как объявился! Четверых он в землю уложил, а троих на нары. Да еще день и ночь незримо преследовал Михалыча. А тот уже ни о чем другом думать не мог. И мозг, зацикленный на черном судаке, один за другим выдавал планы поимки ненавистной рыбы. Михалыч считал себя человеком военным, поэтому недооценивать силы и возможности противника он не мог. Но и переоценивать не хотел. В теперь уже заболевшей голове вертелись сотни изощренных планов, большинство из которых роднились с сумасбродством. Михалыч, перестав истязаться, сам для себя утвердил единственный, показавшийся ему наиболее реальным. План этот по замыслу был прост, но исполнение его требовало серьезной подготовки. Прежде всего о своей задумке Михалычу нужно было поставить в известность начальство, без этого не обойтись. Начальство, спокойно выслушав тираду о справедливом возмездии, о безвинно пострадавших, о разбушевавшемся монстре, как ни странно, не вызвало бригаду врачей-психиатров, а дало «добро» на поимку и уничтожение черного судака. Михалыч снова был счастлив. Теперь — срочно к Трофимычу. Этот единственный в области старик мог связать все — от морского трала до ажурного лифчика. Уже через два часа Михалыч объяснял и чертил параметры необычных сетей, подробно рассказывая о принципе их действия. Старик почесал лысую макушку, вроде бы все понял и выполнить заказ согласился. Но когда узнал про срок исполнения, то заломил такую цену, что Михалыч с большим трудом уговорил строптивого старикашку взять в качестве оплаты его новенькую «Волгу». На том и сторговались. Теперь срочно в КБ электронщиков и к знаменитому слесарю дяде Жене. Ну, здесь уж в стоимость дачи можно уложиться, в крайнем случае, есть где подзанять. Деньги сейчас принципиального значения не имеют. Электронщики внимательно вникли в суть заказа, кое-что предложили изменить, кое-что добавить и через пять-семь месяцев работу обещали закончить. Михалыч схватился за нездоровую голову:

— Да вы что, мужики! За две недели надо управиться! Максимум за две с половиной!

Электронщики стали вежливо прощаться. Михалыч достал из кармана ключи от квартиры и хлопнул их на стол.

— Вот плата за срочность! Вы мою квартиру знаете — вторая в городе по крутизне. Первая сами знаете у кого. Сделку оформим завтра.

Электронщики снова уселись за стол, обсуждение продолжилось.

Для слесаря дяди Жени — курского Левши — заказ особой сложности не представлял. Кое-что он предложил дополнить, отчего вся конструкция получалась более совершенной и надежной. Здесь-то как раз и пришлось платить за срочность стоимостью шикарной дачи, да плюс кое-что подзанять.

Теперь к знакомым воякам. Разговор и просьба предстоят щепетильные, поэтому придется отдать последнее — все, что припас на черный день за долгие годы. Черный судак, черный день. Вот уж действительно черная полоса. А может, и не полоса вовсе? Может, черный сплошняк?

На следующий день от Михалыча ушла жена, заодно подав на развод и раздел имущества. Но его это как-то совсем не тронуло — главное, план задуманный начинал приобретать реальные очертания.

Деньги — это не кнут, не пряник, но гораздо более действенный рычаг, который заставляет людей делать невозможное. Заказ Михалыча исполнялся днем и ночью, посменно, без передышки, а сам он мотался по друзьям и знакомым — набирал команду помощников. Но, странное дело, друзья на поверку оказались бывшими; многие, ранее лебезившие перед Михалычем, теперь даже не подавали ему руки, не то что помощь оказать. Кое-как кого уговорил, кого подкупил, но подобрал бывший старший прапорщик, а в быту деловой проходимец, команду из семи-десяти человек, в основном, из разномастных выпивох.

И вот он, день заветный, день так долго ожидавшийся! Все службы, выполнявшие заказ Михалыча, сдали свою работу, как говорится, в срок, в полном объеме и с хорошим качеством. Рано утром старик Трофимыч привез на теперь уже своей «Волге» три огромные сети. В семь утра Михалыч ждал его на берегу теплого канала.

— Ну давай, Трофимыч, не тяни. Где сети? Сзади везут?

— Как — где? Кто везет? Сети здеся, у багажнику.

— Ты что, старый пенек, издеваешься надо мной? Больше десяти квадратных километров сетей уместились в багажнике моей бывшей «Волги»?

Трофимыч кивнул своему водителю — рослому крепышу, тот открыл багажник, достал оттуда три больших